Чтение онлайн

– Почему на вас солдатская форма? Вы назвались подполковником?
– немец с интересом меня рассматривал.

– Превратности войны, герр лейтенант. Это так важно именно сейчас?

– Так. Это действительно не важно. Об этом можно поговорить и позднее. Что вы хотите?

– Я уже сказал. Для того, чтобы поставленная вами задача была бы выполнена, я должен максимально точно знать обстановку на станции. Нам потребуется инструмент. Лопаты, багры, возможно топоры и еще что-то. Это будет ясно уже на месте. Ведра, чтобы заливать огонь.

– Я сообщу это командованию. Вы уже имеете опыт в такой деятельности?

А как же! Если б не пожар, я бы и сюда-то не попал! Это уж точно!

– Имею.

– Стройте людей, пора выходить.

– Одну минуту, герр лейтенант. Я просил вас оказать медицинскую помощь раненым. Это благотворно повлияет на остальных, они будут видеть, что их не обманывают. Будут лучше работать.

– Вы сомневаетесь в слове немецкого офицера?

– Я - не сомневаюсь. Но там стоит около семисот человек… Я не могу поручиться за каждого.

Немец оглядел меня еще раз, что-то просчитывая в уме. Кивнул головой.

– Стройте людей в колонну. Вон там. Я распоряжусь.

Подходя к строю, я видел множество внимательных глаз, напряженно смотревших на меня. Не мастер я речи говорить, а что делать?

– Товарищи! Слушать всем меня!

Так, уже лучше. Повернули головы, некоторые приподнялись на носках, чтобы лучше видеть. На земле уже никто не лежал. Интересно, а засланные казачки тут есть? Судя по условиям лагеря - не должно быть. Рискнем.

– Я подполковник Леонов! Командиры есть? Прошу их выйти ко мне.

Строй зашевелился и вскоре передо мною стояло несколько человек. Почти все в солдатской форме, у некоторых сборная солянка. Гимнастерки одни, галифе другие. У многих форма явно с чужого плеча.

– Значит так, товарищи командиры. Познакомимся позднее. Сейчас слушайте меня. Нам из этого лагеря выхода нет. Немец это однозначно сказал. Не пойдем тушить пожар, всех расстреляют прямо здесь. На станции у нас будет хоть какая-то возможность для выбора. Я потребовал у него шанцевый инструмент. Лопаты, багры, топоры. Да и на станции что-то должно быть. Горит эшелон с боеприпасами, так? Значит они там есть. Может быть и оружие отыщем. Всем все ясно?

– Нет. Еще есть вопрос, - это невысокий, плотно сбитый мужик. Волосы седые.

– Представьтесь, пожалуйста. Я должен знать, как к вам обращаться.

– Капитан Мялов. Что будет с нашими ребятами?
– он кивнул на лежащих на земле раненых.

– Им окажут медицинскую помощь, когда мы построимся вон там. До этого к ним никто не подойдет.

– А что потом?

– А что потом будет со всеми нами? Не знаю, капитан. Но так это хоть какой-то шанс. Иначе их просто добьют, или вообще оставят лежать тут.

– Старший лейтенант Козицин. Вы понимаете, товарищ подполковник (ага, звание мое у них сомнения уже не вызывает, хорошо!), что мы оказываем помощь врагу?
– высокий и худой парень смотрел на меня настороженным взглядом.

– В чем именно, товарищ Козицин?

– Тушим пожар.

– И где вы его тут увидели? Мы уже успели что-то потушить? Когда это?

– Нет. Не успели еще. Но мы идем на станцию и там…

– Получим в руки оружие. Не винтовки с пулеметами, но хоть что-то. Или у вас есть иной вариант спасения? Тогда я готов уступить вам командование.

– Почему вы в солдатской форме?
– это немолодой уже дядька. Держится уверенно, манера речи властная. Гимнастерка комсоставская. Опа, а почему рукав оторван? А что у нас там было? Не звезда ли? Так, это уже оппонент. Побьем его, другие замолкнут.

– Представьтесь, пожалуйста.

– Старший политрук Сомов.

– Так и вы тоже, товарищ Сомов, не по форме одеты. В плен я попал в бессознательном состоянии, куда делась моя форма, не знаю. Мог кто-то из бойцов переодеть, сочли, что так лучше будет. Других объяснений у меня нет.

– Откуда вы, товарищ подполковник? (так! и этот меня самозванцем не считает!) Назовите номер части.

– Я из НКВД. Подразделение «А» Первого Главного Управления ГБ. Старший инструктор второго отдела.

Опа! А народ-то враз подтянулся! Уважают мою контору! Так сказать, авансом. Ибо в действительности ее еще нет. Или уже есть?

– Простите, товарищ подполковник, а чем занимается ваш отдел?
– снова политрук. Вот черт неугомонный!

– Диверсионные операции в тылу врага. Ясно?

Похоже, что до политрука, наконец, дошло. Во всяком случае, вопросов он больше не задавал.

– Значит так, товарищи командиры. Ставлю вам задачу. Разбить бойцов на два батальона. Первый батальон - командир капитан Мялов.

– Есть!

– Второй батальон… Товарищ старший политрук, готовы?

– Я политработник, товарищ подполковник, а тут строевой командир нужен. Не потяну.

– Ясно. Будете моим заместителем. Старший лейтенант Козицин!

– Я!

– Примете второй батальон.

– Есть!

– Разбить батальоны поротно, назначить командиров рот. Далее, уже они сами разобьют бойцов на взводы. Времени у нас нет, поэтому формирование будем производить на ходу. До станции идти примерно час. Значит, все формирование должно быть завершено за сорок минут. Здесь я вижу девять человек. Вот вы, вы и вы - к капитану. Остальные - к старшему лейтенанту. Товарищ старший политрук, окажите по возможности им помощь. Всем отходить вон туда, ждать моей команды. Я к немцу пошел, договариваться дальше.

– Товарищ подполковник!
– это Мялов.
– Немцы нам мешать не будут?

– Хороший вопрос, капитан. Постараюсь это уладить. Еще вопросы есть? Нет. Тогда - выполнять приказ!

Я снова вышел из строя и зашагал к лейтенанту. За моей спиной послышалось движение, голоса, начали ребята, молодцы!

Немцы не препятствовали мне и я подошел к офицеру.

– В чем дело, герр подполковник?

– Если вы не возражаете, герр лейтенант, я разбил людей на рабочие команды и назначил им старших. Так будет проще ими руководить, будет больше порядка.