Чтение онлайн

Мнения и точки зрения высказывались одна за другой, но сводились к одному: жалкие смертные не способны ни на что серьёзное, жертвоприношения никому, кроме людей, не мешают, посему пусть люди сами и разбираются. Старейшие и мудрейшие не желали слышать ничего, что не укладывалось в их стройную теорию. Никого не интересовали странности, приведшие империю людей и дикарские кланы на грань истребительной войны.

Отец молчал, не участвуя в дискуссии. Я не понимала, почему он не укажет всем этим специалистам на нестыковки в рассуждениях, но по отрешённо-невозмутимому лицу Владыки прочесть не удавалось ничего, и не только мне.

С трудом дождавшись конца совета, я покинула зал в числе первых, правда, обычным путём, через дверь. Пришлось какое-то время поплутать по коридорам, прежде чем удалось сориентироваться. Отсюда можно было довольно быстро попасть к выходу из дворца, а можно… Можно пойти и в другую сторону. В большой приёмной наверняка собралась целая толпа, мне придётся выслушивать упрёки за неподобающий вид и прочую светскую чушь… Не хочу! Вот в ночи можно попробовать тихонечко проскользнуть мимо стражи, сейчас же мне в первую очередь необходимо найти тихий тёмный угол и обдумать всё увиденное и услышанное. И я знала, где полно подходящих углов. Конечно, вход в библиотечные подземелья запрещён, но я уже нарушала этот запрет, причём неоднократно. Кто мешает повторить?

Приняв такое решение, я направилась вниз. Тёмные коридоры вскоре сменились ещё более тёмными тоннелями. При первом же взгляде на грубо обработанный камень стен становилось очевидно, что эти помещения не предназначались для частого посещения. Ни магических светильников, ни малейших следов отделки, ни даже держателей для факелов… Арранэ видят в темноте не хуже, чем при ярком свете, но мягкое тёплое мерцание придаёт помещению ощущение уюта, да и вообще мои сородичи любят свет и не слишком жалуют тьму. Видимо, я — неправильный дракон. Мне всегда нравился мрак, царящий в древнем книгохранилище. Мрак, тишина, запах старых фолиантов и ощущение полной изолированности от внешнего мира. Пожалуй, это манило меня ничуть не меньше всех тайн Высшей магии или загадок древней войны, именуемой в хрониках Истребительным Безумием. Самые лучшие идеи приходили в мою сумасшедшую голову именно здесь. Может, и сейчас туда забредёт что-то путное?

Увы, сосредоточиться на проблемах надвигающейся войны не удалось. Перед глазами стояли две картинки: замерзающий юнец и атакующий дракон. Почему-то казалось, что я видела ключевые события, осталось лишь сделать усилие и понять их суть и взаимосвязь, чтобы найти ответ! Глупая, ни на чём не основанная уверенность — но избавиться от неё не получалось. Оставалось одно: разобраться-таки в назойливом видении.

С драконом всё более-менее ясно. Отец упомянул Алькэтара, Владыку арранэ, погибшего в последние дни Безумия. Моего деда. Также он упоминал, что совершившие ошибку за неё поплатились — из чего можно сделать вывод, что маги, протянувшие тоннель за пределы нашего мира, расстались с жизнями. Очень может быть, что убила их применённая магия — или последствия волшбы. Многие хронисты склонялись к мнению, что смерть Алькэтара каким-то образом остановила войну. Значит, если отец прав и тупая гора на самом деле видела гибель прежнего Владыки, то мой дед — один из потянувшихся к запретному. Допустим. И что нам это даёт? Да пока ровным счётом ничего. Остальные вопросы остаются открытыми. Почему из всех магов, как арранэ, так и наших оппонентов, гора запомнила лишь гибель моего предка? И что за юноша замерзал на камне? Кто он и какое отношение имеет к Владыке древности? Если предположить, что парень таки замёрз насмерть, то это — первая жертва, пробудившая спящее зло? Могла ли жизнь человека без всякого ритуала разрушить созданный сильнейшими магами «завал»? Стоило тогда спросить отца, как именно они перекрыли тоннель… я ведь не чувствовала никакого намёка на Силу, присущую арранэ! Или преграда рухнула под весом минувших веков? Да, все эти возможности можно и нужно обсудить с Владыкой, но для начала недостающую информацию стоит поискать в другом месте — благо, я в нём сижу!

Не знаю, сколько времени я провела, вчитываясь в затейливую вязь древнего языка. Полагаю, ночь уже готовилась уступить место утру, когда я окончательно уверилась, что между жертвоприношениями на тупой горе, развалом Алькартана изнутри и стремящейся на юг северной ордой существует взаимосвязь. Пока я не могла сказать, что именно объединяет эти события и явления, но чувствовала их зависимость друг от друга.

Само по себе жертвоприношение оказалось весьма многогранным ритуалом. Ну как тут не вспомнить Култиана с его настойчивыми попытками лишить жизни младшего сына Тирисского владетеля! Кстати, учитывая время ритуала, возраст и пол жертвы и прочие известные факторы, можно довольно точно определить цель сего действа. Быстро набросав таблицу, я сверилась с книгой. Результаты не удивляли. Первая попытка, в горной крепости, должна была направить Силу в камень; вторая — выбросить в воздух. Камень — предгорья Аридара… Возможно ли, что эта жертва предназначалась для той же цели, что и жизни умерщвлённых на тупой вершине? Огонь Всесущий, и почему я такой бездарь в магии? А те, кто понимают куда больше моего и могут с лёгкостью ответить на все мои вопросы — они не станут вмешиваться в войну людей! Что им до жалких смертных? Если же я изложу свои опасения, меня поднимут на смех. Даже такому профану, как я, очевидно — Сила, высвобождаемая зверским убийством, поистине колоссальна! И предположение, что человек способен обуздать эту Силу и направить в нужное русло — пусть не сам, пусть при помощи артефактов и ритуалов, всё равно! — вызовет у наших магов крайне негативную реакцию. Разве что с отцом поговорить…

— И часто ты здесь бывала? — голос Владыки раздался, словно по заказу, стоило мне о нём вспомнить. Видимо, подсознательно я ожидала чего-то в этом роде, и даже не удивилась.

— Не возражаешь, если станет посветлее?

Не дожидаясь моего согласия, на стенах заплясали тёплые жёлтые отблески, напоминающие последние лучи заходящего солнца.

— Полагаю, нам надо поговорить. — подобрав полу плаща, Владыка сел на каменный стол, даже не потрудившись смахнуть с него многовековой слой пыли.

— Мне тоже так кажется — нагло заявила я, усаживаясь напротив. — В мире людей намечается глобальная война, и я уверена, что идейный вдохновитель у предстоящего побоища и виденных тобой жертвоприношений один и тот же.

— Рассказывай всё. — негромко велел отец.

И я выложила Владыке действительно всё, что видела и слышала за время недолгого путешествия по землям людей и в их обществе. Так получилось, что рассказ мой включил и Инию, и Тайфуна, и наш визит в Тирисское герцогство, и метель на перевале, и Ортига, с полувзгляда перенимавшего любое движение…

— И ты твёрдо уверена, что твоё место — в Алькартане? — спросил отец, когда я наконец замолкла.

— Да, Владыка.

— А если я скажу «нет»?

На этот вопрос я ответила не сразу — долго подбирала формулировку.

— Я всё равно покину Острова. Ты сам сказал, что я могу стать драконом — так мне не нужен корабль и не страшен Барьер.

— Тогда спрашивай. Я постараюсь ответить на все твои вопросы… прежде чем ты уйдёшь на войну. — маска ледяной невозмутимости дала трещину, и я впервые увидела за ней родительский страх. Страх за меня, за чужака среди своего народа?

— Для чего нужны жертвоприношения? Куда идёт Сила?

— Ключевой вопрос. — Владыка медленно кивнул. — Но я не знаю ответа. Могу сказать лишь, что в нашем мире этой Силы нет.

— А если она собирается в некий артефакт?

— Даже если так. Артефакт, вобравший в себя такую мощь, я бы почувствовал, даже не желая того. Нет, эта Сила, возможно, частично была потрачена на разрушение поставленной нами преграды, частично рассеяна, но основной объём ушёл куда-то… вовне.

— Допустим. Но может ли нечто, сидящее «вовне», впитывать силу и подбрасывать людям информацию о необходимых ритуалах?

— Кто может утверждать хоть что-то, когда речь идёт о неведомом? — спокойно ответил отец, но от моего взгляда не укрылось, как он вздрогнул, услышав вопрос. — Думаю, нам лучше считать, что может. Откуда-то ведь люди узнали о том, как, когда и где надо приносить в жертву своих сородичей!

— Но тогда получается, что нашему неведомому другу зачем-то необходимо, чтобы дикари завоевали Алькартан! Может, ему для воплощения в нашем мире нужен какой-нибудь предмет Силы, спрятанный где-то в империи?

— Для воплощения ему в первую очередь нужна Сила. Просто Сила, но по мощи сравнимая с той, что была пущена в ход в дни Безумия. Полагаю, сейчас такую Силу можно получить одним путём, и люди его уже нашли.

— Жертвы… — прошептала я.

— Именно. В нашем мире не осталось иных Источников. Что касается завоевания… Ты не учитываешь, что исполняющий ритуал человек вполне мог заключить с неведомым соглашение. В обмен на жертвы он мог потребовать власти над Алькартаном… а то и над всем миром. Судя по тому, что мы видели, это самый настоящий безумец, одержимый.