Чёрный пёс
Шрифт:
Честно признаться, я сильно переживал на этот счет. Поскольку знал, что в телах единорогов содержалось большое количество магии, вполне способной нейтрализовать эффект Напитка Живой Смерти. Однако я рискнул и сделал ставку на магическую составляющую самого зелья, которое не является банальной алхимией и не может быть нейтрализовано повышенной регенерацией четвероногих. Ведь волшебники по факту – тоже магические существа, и на них снотворное прекрасно работает, замедляя все процессы в организме. Проверено лично. А единороги отличаются от магов лишь отсутствием разума и большими габаритами, так что результат был вполне предсказуемым.
Первым эффект ощутил на себе вожак. В его движениях появилась вялость, неуверенность. Жеребец начал спотыкаться, а затем и вовсе подогнул ноги и грузно улегся на бок под ближайшим деревом. Именно «улегся», поскольку лошади стоя не спят, несмотря на довольно известную поговорку. В вертикальном положении они могут лишь дремать, вполглаза «мониторя» окружающую обстановку, но снотворное не оставило единорогу иного выхода. С минуту вожак пытался поддерживать наливавшуюся тяжестью голову, оглядывая мирно пощипывающих травку собратьев, а потом устало закрыл глаза и уронил ее, окончательно отключаясь.
Его заразительному примеру вскоре последовали другие жеребцы, а спустя пяток минут весь табун спал мертвым сном, усеяв поляну серебряными телами. Только тогда я начал действовать.
– Твоя задача стандартна – спрятаться и издали наблюдать за происходящим!
– сказал я домовику, оставив того на дубе.
– Если вдруг поблизости появятся волшебники или какие-нибудь иные опасные твари, будь готов меня эвакуировать. Но только по моему приказу! Вполне возможно, ситуация окажется не слишком критичной, и с незваными гостями удастся быстро разобраться.
– Кричер все понял! – отозвался вцепившийся в ветку эльф.
Стремительным рывком я подлетел к ближайшему единорогу и достал из второй сумки паллет с бутылками. Вскрыв пластиковую упаковку и вытащив парочку «пузырей», я нащупал вену на задней ноге спящего животного, очистил небольшой участок шкуры от пыли и грязи, аккуратно надрезал ее трансфигурированным скальпелем и подставил тару под брызнувший серебряный ручеек.
Большая порция Напитка Живой Смерти замедляла абсолютно все процессы в организме волшебника не хуже парализации василиска. Однако для лошадок я умудрился подобрать правильную дозу, обеспечив им всего-навсего глубокую отключку на несколько дней. Накаченное магией тело упрямо сопротивлялось зелью, поэтому дыхание животного не прерывалось, а мощная сердечная мышца ритмично сокращалась. Пусть и заметно медленнее, но все же продолжая поддерживать стабильный кровоток в теле и тем самым избавляя меня от лишней работы.
Мне было известно, что в теле здорового человека содержится около пяти литров крови. Доноры за раз могли отдавать до полулитра без критических последствий для организма. В среднестатистической лошади где-то литров пятьдесят. Решив, что потерю парочки кубических дециметров ценной жидкости взрослый единорог даже не заметит, я заполнил две бутылки, с помощью трансфигурации закупорил их горлышки и отправил в сумку. Ранку на ноге жеребца я за секунду залечил своей магией, не оставив даже следа на серебряной шкуре.
Поглядев на спящую тушу, я задумчиво почесал в затылке и решил не упускать удобную возможность пополнить семейные запасы. Аккуратно срезав пышную гриву животного, я безжалостно остриг его хвост, а затем трансфигурированной ножовкой спилил под самый корень острый рог, который, подобно сброшенной коже василиска, напрочь игнорировал мои заклинания.
Что удивительно, взяв в ладонь витой трофей, я внезапно почувствовал нечто странное - приятное тепло, сдобренное ощущением уюта и удобства. Оказалось, спиленный рог прекрасно проводил мою магию, ощущаясь даже лучше обычной волшебной палочки. Он словно являлся продолжением моей руки! И даже более того – я ощущал содержащуюся в роге собственную силу, которая прекрасно мне повиновалась.
Странно. Помнится, в школьные годы подобного эффекта не наблюдалось. Старый Сириус на уроках зельеварения не раз измельчал купленные в аптеке рога, но ничего похожего не испытывал. Может, все дело в свежести «ингредиента»? Если ученикам Хога продавали лежалые рога, возможно даже, сброшенные самостоятельно, то я крайне удачно затеял свою охоту в сезон спаривания единорогов, когда жизненная сила в их телах находится на пике, вот и случайно открыл необычный побочный эффект. Временный, если моя гипотеза верна.
Попробовав наколдовать помощью трофея банальное «агуаменти», я создал мощный фонтан, в мгновение ока смахнувший желтоватую листву с веток ближайшего куста. Малость охренев от полученного результата, я закончил с экспериментами. От своей идеи подобрать качественную замену стандартным волшебным палочкам, которая сможет выдержать мою силу, я отказываться не собирался, однако выяснение, насколько долго спиленный рог будет сохранять свои полезные свойства, явно следовало отложить. Так что я отправил витой кол в сумку и направился к соседнему жеребцу.
Далее начался самый натуральный конвейер. Четко и быстро я сцеживал волшебную кровь, стриг волосы и спиливал рога волшебным созданиям. Для полного комплекта можно было еще сбривать серебряную шерстку, но я же не живодер какой-то! Зима не за горами – замерзнут бедные животинки! Это потом, ближе к лету можно совершить повторный вояж, а сейчас лучше поумерить аппетиты. По той же причине я не трогал жеребят – у меня не было твердой уверенности, что они благополучно перенесут обильное кровопускание, а тратить драгоценное время ради жалкой сотни миллилитров я посчитал нерациональным.
Несмотря на отсутствие помех в работе, дело продвигалось очень медленно. За час я успел обработать всего полтора десятка единорогов. Понимая, что такими темпами до утра не управлюсь, я решил оптимизировать процесс, снабжая бутылки лейками, которые избавили меня от необходимости постоянного контроля. Процесс пошел веселее, однако появились ошибки. У одной кобылы, которой перепало не так много яблок, кровотечение оказалось чуть сильнее, чем у прочих, и бутылка переполнилась слишком быстро, другой жеребец во сне и вовсе лягнул ногой, сбив тару. В общем, где-то с литр драгоценной крови бессмысленно пролился на траву.
Вдобавок я ощутил, что мой магический резерв, изрядно сокращенный еще на этапе подготовки начал истощаться. Пришлось снять амулеты маскировки, а чуть позже и мантию-невидимку, потреблявшую мою силу слишком уж активно. Положившись на бдительность Кричера, я сосредоточился на сборе ингредиентов, периодически отмахиваясь от навязчивой мысли попробовать какого-нибудь единорога на вкус. Сначала дело, а все эксперименты - потом!
Даже при условии автоматизации, на то, чтобы обработать весь табун, мне потребовалось еще два часа, включая минутку, потраченную на «пис-паузу». Вожака я оставил напоследок, выкачав с него сразу три литра и завладев шикарным тридцатисантиметровым рогом с необычайно острым кончиком и идеальными завитушками. Трофей казался настолько великолепным, что мне очень не хотелось выпускать его из рук. Я поглаживал его и вертел в пальцах, наслаждаясь ощущениями исходящей от рога силы. Интересно, Дамблдор испытывает сходные чувства, прикасаясь к Старшей Палочке?