Чтение онлайн

Из тоннеля мы выбрались минут через пять. Нет – он не кончился. Просто пиромант остановился у вмурованного в нишу электрощита с покорёженной дверцей и, сунув руку в здоровенную дыру, потянул какой-то штырь.

– За мной. – Потушив светившийся призрачным сиянием шарик, Напалм распахнул даже не скрипнувшую дверцу и, пригнувшись, залез в тесный лаз. – И дверцу захлопнуть не забудьте. Мало ли...

Сунувшись вслед за ним, я чуть не свалился ему на голову – почти сразу лаз резко пошёл вниз. Хорошо хоть удалось нашарить вырубленные в стенах выемки для рук и ног – а то чуть всю спину не ободрал, раскорячившись. Судя по ощущениям – спускаться пришлось не так уж и глубоко: на пару этажей максимум. Потом Напалм как-то резко пропал, а через несколько выемок и я полетел вниз, вывалившись из дыры в потолке какого-то тёмного коридора.

– Да отойди ты, – шикнул на меня пиромант и, оттерев в сторону, поймал громко ойкнувшую Веру.

– Аккуратней, – пробурчал я, шипя от боли в растревоженной пятке. Ну и катакомбы здесь! А ведь пройди в такой темени мимо – фиг на потолке лаз заметишь. Да и мало ли какие дыры здесь могут быть?

– Пошли отсюда, – вновь заторопил нас пиромант, когда последним на пол мягко спрыгнул Ветрицкий. Тряпку от лица он уже отнял, и кроме опухшей кожи, никаких признаков ранения заметить не удалось. Ухом у него кровь пошла, что ли?

– Мы где вообще? – догнал я торопливо зашагавшего невесть куда Напалма, но тут коридорчик вильнул, и прямо перед нами оказалась подсвеченная голубоватым сиянием дверь со слегка размытой надписью: «Кошкин дом».

– Блин, не сюда, – развернулся пиромант. – Выход там.

И в самом деле – стоило вернуться, как метров через тридцать коридор вывел нас в просторное помещение, под потолком которого крутился составленный из зеркальных шестиугольников шар. Подсвечивавшие его лучи разноцветных светильников отражались от зеркал и выхватывали из темноты разные углы подземелья.

Жёлтый – выстроились у одной из стен игровые автоматы, огни которых так и зазывали простофиль закинуть в своё нутро одну-две честно заработанных или бесчестно украденных монеты. Красный – небольшую нишу оккупировал наяривавший что-то разухабистое джазовый оркестрик. Зелёный – вокруг стойки безымянного питейного заведения началась заварушка, но её моментально пресекли набежавшие с разных сторон охранники. Синий – ослепительно вспыхнула выведенная почти под потолком во всю стену надпись: «Ленин – жив!». Белый – луч света осветил вывески ютившихся в дальнем конце подземелья сколоченных непонятно из чего лавок: «Нож&К», «Магия рун», «Бистро „Пинг-понг“», «Алхимикс», «Ателье „Золотая антилопа“», «Ворожба», «Амулеты со скидкой».

И во всём этом мельтешении цветов ни на мгновение не останавливалось броуновское движение толпы. И даже усиленная динамиками музыка не могла заглушить многоголосый гул спрятавшихся от лазурного солнца людей. Да уж, народу здесь! Но зато и мы в глаза бросаться не будем. Тут иной раз такие кадры зажигают – нормальным людям только и остаётся, что челюсть придерживать.

– Посторонись, – прикрикнули на нас два тащивших какой-то короб грузчика, и мы подались в сторону. Сразу же вокруг завертелся людской поток, и пришлось изрядно поработать локтями, чтобы не оказаться разбросанными по разным концам помещения.

– Куда нам? – с трудом перевела дух Вера, когда наконец удалось укрыться в закутке между «Ворожбой» и безымянной лавкой, вместо окон у которой были вставлены защищённые чарами аквариумы. А нет – не безымянной, если вон те каракули разобрать, «Сны Кхтулку» получится.

– Сейчас прикину. – Я решил попытаться ощутить биение пронизывавших помещение энергетических потоков, но толком сосредоточиться не успел.

– Найдём закуток потише и решим. – Напалм потянул нас к тёмному провалу выхода, по периметру которого изредка вспыхивала вязь странных рун. – Без разговоров! И перекусим, и поговорим спокойно.

– Времени нет! – заорал ему в ухо, перекрикивая музыку, я, но Напалм лишь выставил в ответ средний палец. Подонок.

В широком коридорчике оказалось непривычно тихо и светло. И люди не толкаются, и музыки почти не слышно. Ещё и лампы дневного света под потолком. Хоть не уходи никуда. Чем мне «Кишка» никогда не нравилась – так это столпотворением постоянным. Летом ещё ничего, а в холода не протолкнуться. Такое впечатление, здесь все днюют и ночуют. Хм... может так оно и есть. Музыканты и торговцы местные точно света белого месяцами не видят. Да и зачем им? Привыкли, поди. А у меня всегда мурашки по коже бегать начинали, когда сюда спускался. Вот и сейчас чем-то жутковатым повеяло. Клаустрофобия, что ли? Да вроде не страдал...

– За мной, – потянул нас пиромант, и мы чуть ли не бегом проскочили небольшой, сплошь заставленный столами зальчик, на возвышении посреди которого изгибалась танцевавшая с удавом стриптизёрша. Обслуживавшие посетителей официанты и выстроившиеся у стен вышибалы проводили нас угрюмыми взглядами, но ни предлагать отобедать, ни выпроваживать не стали.

– А здесь тебе чего не понравилось? – будто бы сквозь силу пошутил угрюмо молчавший последнее время Ветрицкий.

– Мест нет, – не оборачиваясь, объяснил пиромант и сразу же юркнул ещё в один переход.

А вот этот коридорчик оказался полной противоположностью первого: тёмный, на стенах изгибаются переливающиеся всёми цветами радуги граффити, тусуются какие-то мутные личности, от которых так и шибает запахом травки. И где только достают, обормоты? Не растёт она в нашем климате...

Напалм с трудом распахнул тяжёлую дверь, и в нос сразу же ударила смесь аппетитных и не шибко ароматов. Тёмные личности что-то недовольно забурчали, но стоило Ветрицкому обернуться, как они тут же заткнулись. Совсем распустились, понимаешь...

Пропуская вперёд себя Веру, я осмотрел помещение, в которое нас привёл тёмный коридорчик, и остался доволен увиденным. В меру светло: под потолком зависли оранжевые шары чародейских светильников, в меру тихо: расположившиеся у противоположных стен бородатые гитаристы то ли соревнуются, то ли подыгрывают друг другу. Народу тоже не так чтобы не протолкнуться. Есть ещё, как говорится, куда яблоку упасть.

Даже не замедливший шаг пиромант, словно взявшая след гончая, протащил нас мимо выстроившихся в ряд лавок: «Истинное гадание», «Луки и арбалеты», Тату-салон „Сильвер“», «Наследие Предтеч», «ХулиGun» и плюхнулся за свободный столик у непонятного заведения с вывеской «ЧебурекЪ». Тут-то и оказалось, что шибанувшие нам в нос на входе запахи своим происхождением обязаны кухне именно этой забегаловки. Прямо на виду у посетителей что-то шкворчало на сковородах, булькало в кастрюлях и исходило паром в огромном казане.

– Не потравимся? – с сомнением втянул в себя воздух Ветрицкий. – Крысятину подают, поди.

– Купи двадцать чебуреков и собери кошку, – подмигнул ему в ответ Напалм и тут же начал диктовать заказ подошедшей официантке, лицо которой скрывала чадра. А вот на фигуру подобная целомудренность отчего-то не распространялась, и через полупрозрачную шёлковую накидку можно было рассмотреть очень многое. – Четыре порции плова, зелёный чай, лепёшки...

– Мне ничего не надо, – опустил я под стол левую руку, чувствуя, как срываются с пальцев и капают на пол густые капли крови. Голова пошла кругом, но усилием воли удалось прогнать подступившее беспамятство. Нет, терять над собой контроль сейчас никак нельзя. Время на исходе. Чёрт, что я вообще здесь забыл?