Чёрный полдень
Шрифт:
Хранитель пропустил мои откровения мимо ушей и начал рисовать ножом в воздухе сложные узоры. Накачанный колдовской силой клинок засветился неярким синеватым сиянием и оставлял после себя узкие прорези в корчившемся от чужеродного воздействия пространстве.
– Только не рассчитывай продержаться до прихода своих хозяев, – усмехнулся Хранитель. – Не смогут они даже в Чёрный полдень такую защиту взломать. Элементарно энергии не хватит. И портал сюда построить тоже время займёт...
– Ну, тогда я пошёл.
Хранитель остановился прямо напротив двери, и мне пришлось забрать немного влево. Надо валить, пока он своё действо не завершил. Чую, ничего хорошего от него ждать не приходится. Да и от слуг Стужи тоже. Пусть между собой сами разбираются. Мне в эти дела лезть себе дороже выйдет. Только бы ноги унести...
– Тебя хорошо защитили твои хозяева, – ни на минуту не переставая кромсать ножом воздух, северянин сдвинулся мне навстречу. – Но этой безделушке далеко до изготовленного Первым Хранителем инструмента...
– Слушайте, зачем это всё? – пришлось остановиться мне. – Давайте договоримся! Мы же с вами разумные существа. Что вы все упёрлись в эти ножи? Хотите знать, почему такая фигня во время второй попытки произошла? Так я скажу. И стройте потом свои тоннели куда хотите!
Хранитель уставился на меня до черноты посиневшими глазами, но ничего не ответил и продолжил свою монотонную работу. И разрезы пространства теперь уже не затягивались, нет – теперь они чёрными прожилками расчерчивали воздух. И вырисовавшаяся фигура мне совсем не нравилась.
– Ваш этот самый Первый Хранитель, – я осторожно сделал маленький шажок вперёд, – всё собственноручно и похерил. Не знаю, хотел ли он с конкурентами разобраться, или ещё круче стать, но появилась у него идея во время ритуалов силу остальных себе забрать. Он даже свой нож под это дело заточил. Видите разницу? – Мне показалось, что в глазах Хранителя что-то такое мелькнуло. – То-то же! Ему бы вся сила ритуала и ушла!
Нож на какую-то долю мига замер во вскинутой к потолку руке северянина, но почти сразу же метнулся вниз, оставляя за собой чёрную полосу распоротого пространства.
– Да посмотрите же! – шагнув вперёд, заорал я. – Так всё и было! Да только он не самым умным оказался! Хозяин вместо себя какого-то бедолагу зарезал! И всё – Первый Хранитель в пролёте, ритуал насмарку! Вы поднимите его расчёты, заново алгоритм проработайте!
– Неважно. – Северянин на миг закрыл глаза и очертил ножом широкий круг. – Для тебя неважно...
Дрожавшие перед ним чёрные прорези, оставленные синим лезвием клинка, вдруг смазались, а мгновением позже они, будто в калейдоскопе, сложились в какую-то сложную геометрическую фигуру. И эта призрачная паутина, сорвавшись с места, поплыла ко мне. Поплыла? Не уверен. Просто помещение вдруг неуловимым образом искривилось, и в этом новом мире моё местоположение совпало с куском изрезанного ножом Хранителя воздуха. И когда оно меня достигнет...
Шагнув вперёд, я коротко замахнулся и метнул нож. Тяжёлый клинок угодил Хранителю чуть левее и выше солнечного сплетения, и неумолимо приближавшаяся ко мне паутина тьмы в один момент померкла и растворилась в воздухе. Согнувшийся в три погибели северянин какое-то время ещё пытался высвободить засевший меж рёбер клинок, а потом мелькавшие у него в глазах лазурные искры померкли, и он завалился на пол как самый обычный смертный. Из уголка рта на подбородок вытекла тоненькая струйка смешанной со слюной крови, а черты лица ещё больше заострились и окончательно утратили всякое сходство с человеческими. Теперь сразу видно – нелюдь.
Вот так-то! А то заладил – инструмент, инструмент. Если нечто выглядит как нож, то оно, конечно, может являться чем-то другим. Например – могущественным артефактом. Но кто сказал, что этот могущественный артефакт нельзя использовать как обычный нож? Хранителю такая мысль даже в голову не пришла, иначе он бы никогда не подпустил меня так близко. Одна высокая магия на уме. Не боец. Стереотипное мышление, что с него взять.
Я подошёл к трупу и рывком вытащил застрявший меж рёбер клинок. Поморщившись от уколовшего ладонь холода, стряхнул с лезвия вязкие капли почти чёрной крови. Глубоко вздохнул, потянулся за выпавшим из руки ножом Хранителя и неожиданно для себя передумал. Нет, даже не передумал – просто захотелось чего-то другого. Некоторое время сам не мог понять, чего именно, потом поднёс к лицу украшенное тёмно-зелёным узором лезвие ножа и сразу же всё понял.
Хотелось одного – загнать этот кусок остро заточенной стали себе в горло.
Перехватить контроль над собственным телом удалось за мгновение до того, как остриё кольнуло адамово яблоко. С трудом отодвигая от горла ставшую вдруг непослушной руку, я попытался блокировать исходящую от ножа чужую волю, но вдруг осознал – зачарованный клинок ни при чём. Наоборот, именно холодящая ладонь рукоять позволяла худо-бедно сохранять ясность мышления.
Нет – это спасшее меня от чар Хранителя заклинание слуг Стужи взбесилось и толкало на суицид. И тяжким грузом повисшая на левом запястье цепь мультичар вливала в меня всё новые и новые порции пытавшейся поработить волю магии.
Но зачем? Зачем?!! И почему именно сейчас? Неужели чтобы не дать завладеть вторым клинком? Или таким немудрёным способом слуги Стужи рассчитывают построить сюда портал и взломать защиту Форта изнутри?
Да какая разница?!!
Схватку за собственное тело я медленно, но верно проигрывал, и теперь острейшая кромка лезвия находилась в считаных сантиметрах от шеи. И сил просто разжать пальцы уже не оставалось. Да и что толку? Сам же потом и подниму, никуда не денусь.
Взгляд упал на валявшийся рядом с телом Хранителя второй ритуальный клинок, и я решился. Собрал все силы, стиснул зубы и, на миг разорвав сковавшие волю смертоносные чары, упал на колени. Онемевшая левая кисть с трудом сжала каменную рукоять ножа, и меня пронзил разряд магической энергии такой силы, словно руки ухватились за концы повреждённого высоковольтного провода. Из глаз брызнули слёзы, чёрные узоры на правом предплечье обожгли кожу раскалённой докрасна проволокой и начали медленно менять свою форму. Запахло палёным мясом, мышцы скрутила жестокая судорога.
И всё же я сумел преодолеть боль и ещё сильнее сжать пальцы на рукоятях ножей, между лезвиями которых начали проскакивать зелёные и синие искры. А потом – до хруста стиснул зубы и принялся медленно сводить руки. Сокрытые в цепи мультичар заклятия рвали мою волю на куски, между клинками теперь билась слепившая глаза электрическая дуга, но я давил, давил и давил...
В какой-то момент остриё зажатого в правой руке ножа коснулось одного из звеньев покрывшейся инеем цепи, и в следующий миг она брызнула во всё стороны каплями расплавленного металла. Ослепительная вспышка резанула по глазам, а по пальцам словно шибанули здоровенным молотком. Неведомая сила подкинула в воздух, и мигом позже удар о бетонную плиту стены вышиб из меня дух.
Когда очнулся – долго ничего не мог понять. Кто я, где я... Зачем здесь нахожусь, наконец. Сосредоточиться мешала боль: ломило, саднило, крутило и ныло буквально всё. Единственное утешение – рук не чувствовал. А то бы точно от болевого шока помер. Ничего, пальцы шевелятся, и ладно. А чувствительность когда-нибудь уж восстановится. Главное, чтобы не слишком быстро.
Руки действительно выглядели просто жутко. Обожжённые пальцы опухли, кисти отекли, под ногтями – тёмные пятна запёкшейся крови. Кожа на правом предплечье была воспалена, а узоры и колдовские символы теперь располагались совсем не так, как ещё утром. На левом запястье вместо разлетевшейся вдребезги цепочки оказалась полоска абсолютно белой кожи. И на белом фоне – перетёкшие туда с правой руки чёрные письмена и странные узоры.