Чтение онлайн

Луша цветы не сразу заметила, но, уловив болотный запах стоячей воды и прелых листьев, сделала несколько шагов. Обогнув стол, она увидела… В углу около шкафа были свалены как попало подарки. К пакетам, сверткам и упаковкам явно никто не прикасался. Рядом – пожухшие, увядающие и увядшие цветы…

Боже мой. Бедный парень. Ведь тут еще ребенок живет! Надо срочно… Ее мысли прервал появившейся хозяин квартиры с кружкой, тарелочкой в цветочек и детским одеяльцем в руках. На его измученном лице читалась усталость и печаль.

– Извините, Лукерья.... как? – начал он, смешался, но все-таки продолжил. – А меня зовут Эрик. И если вы мне скажете еще раз…

– Ну конечно! Но это я для того, чтоб каждый раз долго не объяснять, что я не школьница и.. .В общем, зовите меня Лушей! Эрик, я вижу, вы страшно заняты. Я постараюсь вам не усложнять жизнь. Наоборот, я чем смогу, помогу. Расскажите мне только, что изменилось за это время. Потом, я хотела бы посмотреть документы, какие есть и.... Будет здорово, если мы сможем спокойно поговорить. Подробно! Так, чтоб вы мне все рассказали, что найдете нужным. А потом я задам вопросы. И вот тогда, если вы не против, для шефа и для нас всех мы запишем ваши ответы на диктофон.

Я для начала прикинула план работы. А дальше жизнь покажет. Не спешите! Я тут командировке. Если надо, я приеду еще раз.

– Я понимаю. Я… Луша, я должен еще раз извиниться за это все… – он махнул рукой и девушка поняла, он имеет в виду царящий в доме хаос. – Вы понимаете… Это так просто не опишешь. Я Питер мало знаю, но ничего, я справляюсь с житейскими делами. Зато здешнюю жизнь – формальности, законы, практику – не знаю совсем! Я бы уехал сразу, но даже этого не могу – я мучаюсь с усыновлением! Кстати, как это назвать? Она девочка… Нет, все же – удочерением, вероятно. И в тоже время… Если это несчастный случай, мне не будут препятствовать уехать. А если нет? Тогда…

– Тогда вы окажетесь под следствием! – Луша внимательно поглядела на него -ни тени беспокойства. Только огромная усталость.

– Ну хорошо! Не будем опережать события. Скажите, пожалуйста, а эту пчелу нашли? Ту вот, которая Ларису укусила. Вы позвонили Потапычу.. .то есть, я хочу сказать – Михаилу Леонтьевичу Скуратову и сказали, поскольку он пчеловод…

– Да, Лушенька. Они тогда диагностировали сразу анафилактический шок. И мне сказали – пчела. Я… позвонил Чингизу. А он мне тут же назвал Скуратова. Мы знакомы –он у нас был и мы у него. И я тут же… Я же никого не знаю! Так вот. А несколько позже… Ну, я же должен был всюду ходить один. По всем инстанциям. У Ларисы тут никого нет. Да у нее и вообще…

Вы понимаете, на свадьбе у нас было немало народу. Но все – приезжие. Наши родственники ближние и дальние из России, ее подружки из Норильска… Я не всех знал. Они – кто где – поселились, пожили несколько дней и по домам.

Эрик запнулся. Он помолчал, потом досадливо тряхнул головой.

– Словом, мне кажется, вполне возможно, мы много нового узнаем. Со временем… Врачи позже мне это уточнили. Это была не пчела. Теперь они говорят – оса!

Это следовало обдумать. Переварить. Как так? Важно это или нет? Что – небрежность? Некомпетентность, а может быть, кто-то кого-то покрывает?

– Эрик, скажите пожалуйста, а вы раньше знали, что Лариса – аллергик, или нет? Была у нее особая чувствительность? – спросила чуть погодя не на шутку озадаченная девушка.

– Видите, аллергик – да. На аспирин – это я давно знаю. Еще у нее отеки бывали. Что-то про комаров я тоже слыхал. Но все же не такое, чтобы она была повсюду настороже…

Крошечная Костина глядела на Эрика Ленца с нескрываемым сочувствием.

– Ясно. Мы с вами приступаем. Составим для вас отдельный план. Вам срочно требуется юрист. Он займется удочерением. Я позвоню – это Питер, я тут не знаю людей. Но шеф найдет порядочного.

– Вы – вот что! Хотите отдохнуть? Нет проблем! Я посижу и почитаю, что дадите. А вы…

Луша приступила у работе.

Теперь перед Синицей лежал ее отчет. Петр углубился в чтение. Прошло минут десять. Он сделал паузу и забормотал себе под нос.

– 

Добро! Крошечная Луша из Питера пишет, что дело там открывать не хотят, хоть Эрик настаивает. Тот не собирается сдаваться. А потому она решила пока разобраться, кто мог быть заинтересован в смерти девушки. И для этого нашлись материалы!

Смотри ты – очень важно и неожиданно. Укус был, только это не так называется. И… мать моя женщина, вовсе не пчела, а оса! Но как… Ага, вот и обоснование:

Пчелы и осы жалят (потому что жалом), а кусаются – челюстями (какой-нибудь большой жук и т.д.). Другой момент, а почему именно пчела? Осы именно в конце лета и осенью как раз весьма активны. Они вездесущи, любят питаться испорченными фруктами и ужалить запросто даже могут. Ну и… А, вот. Луня думает, диагноз они вообще поставили в спешке. Надо все проверить заново. Хорошо бы…

Так, а это что? Ну, согласен. Раздобыть специалиста. Пусть вникнет в результаты вскрытия. И главное – добьется токсикологической экспертизы.

Подведем предварительные итоги. Насколько я понял девочку, причина смерти толком не установлена. Теперь едем дальше. Подозрения? Она пишет, что материалы нашлись. Что бы это… Письма? – Петр удивился.

О! Это класс! В наше время письма – обычные, на бумаге, не так часто и найдешь. Но человек приехал с Севера, переписывался с подружками, да еще письма хранил. Просто любо-дорого! Вот, а потом… А попозже эта погибшая Лариса.... Что? Нет, когда она на компьютере выучилась, мы не знаем. Не исключено, что давно. Но когда ноутбук появился, тут уж она.... как там Лушаня изъясняется? – Петр прочел вслух.

– 

Глубокоуважаемый шеф! Я цирковая сирота. Меня не так просто удивить. Я выросла среди разных толстокожих животных и хищных зверей. Но эти письма и фотографии… Это все, знаете, даже не для детей после сорока. Я понимаю – надо. Только мне стыдно и противно. Эрик сначала сам не смотрел, а мне разрешил читать. Если скомандуете, я отсканирую и пошлю. Ну а пока я для вас сбацала короткий отчет, который и прилагаю.

А, каково? А что нам остается? Я, хоть и не «цирковой», но… Меня, как я следователем лет десять проработал, еще трудней удивить. Хотя… Чем черт не шутит, в самом деле!

Синица, сначала негромко бубнивший про себя, задумчиво замолк. Он углубился в отчет, который, не глядя на обещанную краткость, все же состоял из нескольких страниц.

Луша писала, что, судя по всем, попавшим в ее руки материалом, девушка Лариса была холодная хищница. Ее неласковая судьба, жизнь без любви и без заботы, хоть без нужды, этой неприглядной правды не меняет. Она росла на деньги Мамедова, не зная ничего об этом. Не знала и его самого. Он объявился, когда сам решил, без всякой связи с ее жизнью. И тогда произошли интересные события. Лариса приехала в Мюнхен знакомиться с отцом. Там ее и увидел Эрик. Эрик девушке понравился. Так и пишет. Что до любви… видно, не тот она была человек. Страсти – не ее проблемы. А вот довольства, комфорта и удобств добыть себе она хотела. И добыла почти… Так, что еще? – Синица встал и прошелся по комнате. Эрик говорит, Лариса получала письма с угрозами. Она процедила сквозь зубы, что это «Роберт-урод»! Эрик попробовал уточнить – она отмахнулась. Принялась браниться, но он этого не любил и она замолчала. Фыркнула только – «родственничек»!