Чтение онлайн

Я пил и пил до тех пор, пока не заболели зубы.

Я опустил лицо в ручей, а когда поднялся, то сразу же заметил небольшое сияние серой ауры на камнях. Знак, оставленный Олафом. Аурный след вёл вниз, прочь от пещеры, по направлению к руинам заставы.

Значит, Олаф выжил. Я сомневался, что в окрестностях был ещё хоть один серый ратник.

Столкновение с Кошмаром показало одно: нужно найти, как вновь взять под контроль силу рода Темниковых. Или в крайнем случае дать ей затухнуть. В конце концов, она всегда останется во мне до тех пор, пока я дышу и живу.

Я могу создать новый алтарь. Я могу возродить Темниковых. Я могу обучить новых бойцов. Но сначала найду, какой ублюдок решил использовать мою силу для создания монстров. Я выпил одно зелье лечения, а вторым полил плечо. Большая часть зелья осталась на наплечнике, но тут уж ничего не поделать.

Я пошёл по аурному следу. Идти вниз оказалось проще, чем наверх, хотя частенько приходилось замедлять темп, чтобы не сорваться с мокрых камней. След привёл меня к руинам заставы. Здесь, у останков башни, я и нашёл Олафа.

Он сидел в тени поваленной арки, что когда-то была воротами. Я облокотился на обломок стены и попытался перевести дух.

— Выглядишь дерьмово, — хрипло оценил моё состояние Олаф.

Сам он выглядел не лучше. Доспех был в пыли и саже, лицо осунулось, в глазах была заметна усталость. Да и на щеке, переходя в шею, была наложена повязка. Похоже, у однорукого добавится новый шрам.

— На себя посмотри, — устало выдохнул я.

Я сделал несколько шагов и опустился на камни напротив него.

— Долго я был внутри? — спросил я.

Олаф поднял глаза к небу.

— Где-то неделю, — без раздумий произнёс он.

— Да пошёл ты, — покачал головой я. — Шутник хренов.

Мы немного помолчали.

— А если серьезно? — еще раз спросил я.

— Сейчас утро следующего дня, — невозмутимо поправился Олаф, а затем прищурился. — Что оказалось внутри?

Я выпрямил ноги и с удовольствием откинулся спиной на камни.

— Кошмары используют в качестве подпитки ауру, — прямо в лоб сообщил Олафу я.

В конце концов, у нас с ним было соглашение, и мы оба знали слишком много секретов друг друга.

— Какую? — спросил однорукий.

Я рывком поднялся и взглянул в его холодные глаза.

— Чёрную.

Олаф мрачно кивнул.

— Тогда, как владелец чёрной ауры, скажи, — серьёзно проговорил он, — как уничтожить Кошмаров?

— Да легко, — пожал плечами я. — Нужно всего лишь отрезать кошмаров от их источника подпитки. Желательно всех и одним махом.

Олаф молчал и ждал моих дальнейших слов.

— Маги с Востока наверняка не окажут нам чести, — продолжил говорить я, — Так что у нас два варианта: либо уничтожить источник, либо…

Я сделал паузу.

— Либо? — спросил Олаф.

— Поглотить его.

Олаф замер. Его взгляд померк, он как будто смотрел сквозь меня, и, должно быть, прокручивал в голове все возможные варианты. Я дал ему немного времени. Пока он размышлял, я снял наплечник, обработал рану и перевязал её.

Олаф поднялся на ноги и посмотрел на меня исподлобья.

— Ты сможешь? — были единственные слова, которые он произнёс.

— Да, — ответил я без колебаний.

Я не собирался оставлять наследие рода на потеху волшебничкам и прочим ублюдкам, что решили замарать честь и память рода Темниковых. В горах наверняка покоилось больше одного крупного осколка алтаря Темниковых, или они все были объединены в единую артефактную сеть. Но даже так мне было с чего начать. С когтистого ублюдка.

— Нужно подготовиться, — добавил я.

Олаф развернулся и принялся собираться.

— Тогда пора назад.

Я был с ним согласен. Мы нашли наших коней, всё ещё привязанных внутри руин башни. Они были встревожены, но живы.

Я с небольшим трудом вскарабкался в седло, и мы двинулись в путь. Обратная дорога была ещё тише. Не только природа молчала, но и мы сами, каждый погружённый в свои мысли.

Мимо вновь промелькнул мёртвый лес, чёрный иней на земле, кривые деревья и тяжёлый воздух.

С одной стороны, вылазка к Чёрному Ручью удалась — я узнал тайну гибели моего рода. С другой стороны, мы с Олафом возвращались ранеными, побитыми и усталыми, и я всё ещё не мог точно определить виновных.

Мы добрались до долины и реки Каменки к вечеру, а у усадьбы Суровых были уже к ночи. Найти её нам помогли местные крестьяне.

Окна главного дома горели тусклым светом, а на территории усадьбы слышались приглушённые звуки жизни.

Местные солдаты узнали нас и пропустили без проблем. Во дворе усадьбы первым наше возвращение заметил Иван. Он сидел на завалинке у дома, его лицо тут же расплылось в широкой искренней улыбке. Он вскочил на ноги.

— Командир! Олаф! — голос Ивана прозвучал очень громко в ночной тишине.

Увидев наше состояние, белобрысый перестал улыбаться.

— Что стряслось? — спросил он.

Я спешился. Ноющая боль в теле напоминала о «весёлых» приключениях.

— Звери встретились странные, — пробормотал Олаф, отдавая поводья подбежавшему конюху.

Он не врал. Мы ведь и вправду сражались с дикими зверями, пусть и теневыми.

Я почувствовал на себе взгляд и посмотрел на купеческий дом. На одном из балкончиков стояла Алёна. Её холодный оценивающий взгляд скользнул по Олафу, а затем остановился на мне. Её глаза сузились, но спускаться она и не думала.

— Как же вы так умудрились? — пробормотал Иван, помогая мне снять с коня седельные сумки.

В этот момент дверь у главного дома распахнулась, и на пороге появилась Ярослава. Она была без доспехов, в простой одежде, её распущенные рыжие волосы свободно падали на плечи.

Штаны по фигуре и рубашка, расстегнутая на одну лишнюю пуговицу, смотрелись на ней шикарно. На бедре висели ножны с кинжалом.

Она медленно спустилась с крыльца и подошла ко мне.

— Тим, — её голос был тихим, но решительным, — нам нужно поговорить.