Черный рыцарь Артур Ярош. Книга 2. Спаситель приговорённых
Шрифт:
Старик Монталь очень гордился своим удачным сыном, в котором просто души не чаял.
– Мой Жан молодец на все руки, – самодовольным тоном говорил он, бывало, когда удостаивал своих соседей разговором. – Он получил также обширное всестороннее образование. Я целых три года держал для него учителя и, хотя мне это обошлось очень дорого, но зато и научил, же он моего Жана всем наукам!
Крестьяне с благоговением слушали его и в глубине души сильно завидовали счастью этого жестокого старика.
Жан действительно был не только грамотным, но он обладал также более или менее обширными познаниями в некоторых науках, о которых другие деревенские парни и понятия не имели. Он вообще был очень способный малый.
Однако, несмотря на все свои достоинства, он всегда держался на равной ноге со своими товарищами. Он, не стесняясь, просиживал по целым часам в их компании в трактире, и он только тогда выделялся между остальными парнями, когда приходилось расплачиваться с трактирщиком.
Уже больше полугода в доме Монталя происходили раздоры и ссоры, причиной которых послужила женщина. Жану шел тогда двадцать шестой год, и старик уже начал помышлять о его женитьбе.
Монталь надеялся подыскать для своего дорогого сына богатую красивую невесту, которая не уступила бы Жану ни в достоинствах, ни в богатстве. Уже некоторое время эта мысль начала сильно занимать старика, не давая ему покоя. В голове он создавал все разные планы, один другого заманчивее. И вдруг Жан готов был одной глупой выходкой расстроить все это.
Однажды, молодой Монталь, вступил в комнату отца и с некоторым смущением проговорил:
– Отец, я задумал жениться.
Старик, недавно вернувшийся с прогулки, стоял в это время у теплой печки с дымящейся трубкой в зубах. При этих словах, рот его открылся от изумления, и он вопросительно уставился на сына. Но вдруг его озарила внезапная мысль, и довольная улыбка появилась на его лице.
Он был уверен, что этими словами сын просит его позаботиться о своем будущем, и разрешает ему поискать для него достойную жену.
– Ты прав, мой ненаглядный сыночек, – ласково промолвил старик, стараясь придать своему грубому голосу больше мягкости. – Я вполне с тобой согласен, что тебе пора жениться и мой совет таков…
– Отец, мне никаких советов не нужно, – отрезал его молодой человек. – Я уже нашел себе невесту! Я давно обещал ей, что она, и никто иная будет моей женой!
Монталь съежился как от удара бича и на секунду совершенно растерялся.
– А кто она такая, Жан? – насторожившись, спросил он, быстро оправившись от неожиданности.
– Прости меня, отец, – с некоторым колебанием возразил молодой человек. – Это очень бедная девушка!
– Я так и думал! – проворчал старик недовольным тоном.
Но любовь к сыну все-таки поборола его жадность и смягченным голосом добавил:
– Ну что ж! Мы достаточно богаты, и ты можешь себе выбрать и бедную невесту, сынок! Но она должна быть, зато прекрасна и добра как ангел, чтобы все в деревне завидовали тебе.
– О, отец, она поразительно красива и добра! – с воодушевлением воскликнул ободренный Жан, – Она самая прекрасная девушка в деревне!
– Так говори же, наконец, не томи меня!
– Это маленькая Кло!
Сдавленный, полный безумного бешенства крик сорвался с уст старика, и лицо его позеленело от злости.
– Как? И ты хочешь ввести эту девушку в мой дом, Жан? – хриплым голосом спросил он, – Дочь казненного?
– Отец, не произнеси этого позорного прозвища. Мне больно, когда ты называешь так мою невесту.
– Твою невесту? – не помня себя от гнева, воскликнул Монталь, – Слушай, если ты еще раз повторишь мне эти слова, то клянусь, что я тебе больше не отец! Образумься, пока не поздно! Ха-ха! – саркастически захохотал он. – Или ты хочешь сделать меня посмешищем для людей? Чтобы вся деревня пальцами на меня указывала, на меня, чей дом до сих пор был чист от всякой дряни! Каждого нищего я гоню в шею от моего двора, а тут я вдруг введу в свой дом нищую и сделаю ее полновластной хозяйкой! – кричал Монталь, не унимаясь.
– Отец… прошу тебя… я тебя заклинаю, выслушай меня спокойно! – беззвучным голосом молил сильно побледневший Жан. – Отец, дай мне высказаться!
– Говори, но объясняйся кратко! – прошипел Монталь, в изнеможении опустившись на стул. – Черт бы побрал старую Марту с ее дочерью! Ах, зачем я не прогнал их раньше из деревни, прежде чем эта Кло успела вскружить тебе голову.
– Отец, ты несправедлив к этим женщинам – задыхаясь от волнения, промолвил Жан. – Они очень бедны обе, но честность их безукоризненна. Я в этом неоднократно убедился!
– Это мило, нечего сказать! – насмешливо возразил старик. – Скажи, пожалуйста, эта маленькая Кло уже давно твоя любовница?
– Отец, я еще с детства знаю эту девушку, – дрожащим голосом промолвил Жан, не обращая внимания на оскорбительный тон старика, – будучи еще мальчиком, я шел однажды мимо хижины, где некогда жил казненный. Вдруг я споткнулся о пень дерева и сильно ударил себе ногу. Я громко заплакал и начал звать на помощь. На мои крики прибежала маленькая Кло, бывшая еще ребенком и ее мать, немедленно внесла меня в хижину и с материнской заботливостью обмыла и завязала мне ушибленное место. Я был тронут добротой этой женщины и никаким образом не мог понять, почему все жители деревни так избегают эту хижину, точно в ней жили прокаженные. Старая Марта ласково проводила меня тогда до дверей и попросила меня никому не рассказать, что я был в ее хижине, иначе это может возбудить твой гнев, которого она очень боялась. Я сдержал, конечно, свое слово и никому об этом не рассказал.
– Ага, так вот ты был каков? У тебя были свои тайны, в которые ты и не думал меня посвящать! – гневно воскликнул старик – но говори дальше, говори, я слушаю!
«С тех пор я начал часто захаживать к доброй Марте, которая уже тогда была седой старушкой. Она принимала меня очень ласково и в скором времени до того полюбила, что она охотно открывала мне свои тайны, которые мы с маленькой Кло внимательно выслушивали. Время быстро катилось вперед. Мы оба выросли, и маленькая девочка обратилась в прекрасную молодую девушку, на которую нельзя было глядеть без восхищения.
Года, полтора тому назад, ты отправил меня на несколько месяцев в город учиться, и по моем возвращении я первым делом навестил старую Марту с дочерью и только тогда я в первый раз заметил, как прекрасна и обаятельна маленькая Кло.
Мы были одни в маленькой хижине. Старушка отправилась в лес собирать грибы. На дворе стояла осень, лес так уныло и таинственно шумел, издали к нам доносилась прощальная песнь, последнее щебетанье улетающих в дальние страны птичек.
Тогда мною овладело какое-то странное волнующее чувство. Я быстро привлек маленькую Кло ко мне на грудь, и страстно поцеловав ее, тихо шепнул на ухо: «Ты будешь моей женой!».