Чтение онлайн

– Послушай меня внимательно и запомни: что бы ты ни делала – я всегда буду на твоей стороне. Не буду осуждать и не разочаруюсь в тебе. Делай так, как считаешь нужным, но оставайся при этом, пожалуйста, здоровой. Это моё единственное условие.

– Макс…

– Хочешь прогуляться? – парень чмокнул Вику в нос, отстранился, поднимаясь с постели. – Вывезу тебя подышать свежим воздухом.

– Мг, – Ви неловко улыбнулась. Этот инцидент послужит ей хорошим уроком на будущее.

– Вот и славно. Подожди минутку.

На коляске передвигаться было странно, Вика не считала себя больной, но лечащий врач категорически запретил нагружать ногу. Связки повредились в самых неприятных местах, реабилитация займёт достаточно много времени, поэтому не стоит пренебрегать рекомендациями специалистов.

Они сделали несколько кругов по двору больницы, по пути Макс рассказал о последних событиях, которые произошли в универе. Затем стало немного прохладно, и Соколов настоял на том, чтобы вернуться в палату.

– Влад нашёл чёрного кота на помойке и назвал его Волковыском.

– Что? Волковыск? – лицо Вики удивлённо вытянулось, имя, конечно, в стиле брата выбрано. – Он не говорил мне, – сама же и осеклась, Тарасов не навещал её с того самого дня, видимо, сильно дуется.

– Да, он всё ещё злится на тебя. Но по секрету скажу: твой брат приходит сюда почти каждый вечер, пока ты спишь, – Максим помог девушке пересесть на кровать. Как раз наступило время обеда, медсестра принесла поднос с кашей и соком. Тарасова унылым взглядом окинула сегодняшнее меню. Это одна из основных причин, почему она поскорее хочет вернуться домой. Эту кашу она будет видеть в самых страшных снах, кто-нибудь положите ей в тарелку кусок мяса.

Ну, ничего не поделаешь, Ви взяла в руки столовые приборы. Макс расположился рядом. Он наблюдал за тем, как медсестра заканчивает со своими делами и выходит из палаты.

– Жуть какая, – Вика поморщилась, отправляя в рот ещё одну ложку каши. – Из-за лекарств я крепко сплю по ночам.

– Именно поэтому он и приходит в позднее время. Волнуется, но не хочет сталкиваться. Он обрывает мне телефон несколько раз на дню, твои родители звонят мне и того меньше.

– Детский сад, ему пора остыть, – Тарасова съела ещё несколько ложек. Нет, это просто невозможно. Девушка отодвинула от себя поднос, хватит на сегодня.

– Ты безрассудно подвергла своё здоровье опасности, естественно, он злится. Я тоже на тебя всё ещё зол, на минуточку, но я люблю тебя, так что не могу не приходить и заботиться. Кому вообще понравится, когда его любимый человек по своему желанию лежит на больничной койке?

– Макс, – Вика глупо захлопала глазами. Что только что…?

– Что?

– Ты сказал, что любишь меня?

– Да, я думал, ты в курсе, – будничным тоном отозвался Соколов и достал непримечательный чёрный пакет, который Ви даже не заметила. Он был у него с самого начала?

Парень отставил тарелку с кашей в сторону и поставил на поднос два прозрачных контейнера.

– Я приготовил тебе твою любимую пасту и принёс курочку. Пусть я и рассержен, морить тебя голодом не входит в мои планы.

Вика неверяще уставилась на два ещё тёплых контейнера. Она не ослышалась? Там внутри человеческая еда?

Когда Макс спрашивал, всё ли её устраивает, Тарасова сказала, что да, не хотела близких ещё больше волновать, они и так с ней носились как с писаной торбой. Но вчера она неосознанно проговорилась, что еда здесь просто ужасная, и ей бы хотелось чего-нибудь вкусненького.

Вика готова была расплакаться. Прямо там, прямо в эту секунду. Она не плакала, когда ей было нестерпимо больно от разрыва связок, но сейчас от казалось бы банальной заботы ей хотелось разрыдаться прямо на плече этого замечательного человека.

Ви подняла голову, в карих глазах заблестели слёзы, Соколов испуганно вскочил со стула.

– Макс…

– Малыш, что-то болит? Мне позвать кого-нибудь?

– Макс… – всё же не выдержала и всхлипнула Вика. Она схватила парня за руку, чтобы он не думал бежать и звать на помощь. Соколов замер. – Я так люблю тебя, – прошептала девушка, обнимая своего парня за талию. Она уткнулась носом в его лихорадочно вздымающуюся грудь с бешено колотящимся сердцем. Он переживает за неё, беспокоится, дорожит, как самым ценным, что у него есть.

Максим облегчённо выдохнул. Значит, ничего не болит, хорошо. Он крепко обнял Вику за дрожащие плечи, нагнулся, оставляя несколько успокаивающих поцелуев на макушке.

– Чш, всё хорошо, малыш, всё хорошо.

– Через пару часов заедут Рита с Мишей, – Макс прочитал новое уведомление и убрал телефон в карман.

– У вас там какой-то чат под названием «Кто-то должен быть с Викой 24/7»? — хмыкнула Ви, но когда Соколов ничего не ответил, её лицо изумлённо вытянулось. Да быть не может, она же просто пошутила. – А Влад в курсе, что ко мне приходили Антон с Пашей и остальные?

– Нет, это была несанкционированная акция, – ну, как несанкционированная, им пришлось долго уговаривать Максима помочь и скрыть всё это от Тарасова.

– О которой ты знал? — Ви хитро прищурилась, выражение лица её парня говорило о том, что если он и не был зачинщиком, то точно принимал непосредственное участие.

– Конечно, они бы не посмели не поставить меня в известность.

– А их глубокоуважаемый Ирбис значит, теперь не в почёте? Теряет хватку, бестолочь, – Тарасова вздохнула, носятся с ней как с маленькой. – Скажи ему, чтобы приходил, когда я в сознании, или я позову охрану, – Вика опухшими от слёз глазами наблюдала за тем, как Максим убирает в пакет вещественные доказательства их преступления.

– Конечно, – мозг Соколова лихорадочно придумывал план, как остаться здесь на ночь. Как раз для таких случаев в палате был небольшой диванчик, Максим бы мог спокойно ютиться на нём, главное, что Вика не будет одна.

Парень озвучил свою идею Тарасовой, но она не одобрила. Скептически посмотрела на крошечный диван, затем окинула придирчивым взглядом длинные ноги своего парня, которые никогда не смогут там уместиться. Ни за что. Пришлось скрепя сердце отступить.

– Я приду завтра, – Макс потянулся к Ви, нежно целуя её на прощание. – Пока.

– Пока, – Тарасова улыбнулась, помахав ему вслед.

Тем же вечером к ней приехал Влад.

Два близнеца сидели друг напротив друга уже несколько минут ничего не говоря. Вика выгнула бровь, намекая Владу прекращать вести себя как ребёнок, Тарасов недовольно откинулся на спинку стула.

– Я вообще-то молчу, – не выдержал прессинга со стороны сестры.

– На твоём лице и так всё субтитрами отражается, – хмыкнула Ви. Эти надутые губы и закатывающиеся глаза говорили о многом.