Чтение онлайн

— Я же сказал, что знаю эти места, — объявил Данила, давая знак остальным.

Ведеслава оказалась быстрее любого из врагов. Она рванула к ножу, торчащему из земли в метре от нее, вытащила его и силой метнула в одного из парней, кто стоял рядом с Данилой. Тот проворностью не отличился, и нож воткнулся чуть выше колена. Вновь по лесу разнеслись вопли, наполненные болью, а раненный завалился на холодную землю, держась за ногу. Веда могла попасть выше, могла прицелиться в горло или в грудь, туда, где бьется сердце, но не стала. Мараться в крови этих выродков она не хотела, брать на себя тяжесть убийства тоже. В ее жизни был лишь один человек, чьей смерти она желала.

Влад понял ее без слов, убивать он тоже не хотел, но вот оставить несколько глубоких, болезненных порезов — очень даже. Когда девушка атаковала, он уже сделал шаг вперед, к тому, кто был ближе всего к нему. Пареньку было на вид не больше семнадцати, но взгляд уже ощутимо отдавал злобой и равнодушием к чужой судьбе. Он сделал выпад, но с умениями Охотника ему было не справиться. Влад рубанул по ногам, роняя его на землю, и направился к следующему. Веда последовала за ним, и началась битва.

Способные сражаться с двойной силой набросились на двух путников. Их манил блеск меча Ворона и гладкость кожи травницы. В руках Ведеславы удобно лежал ее кинжал, которым она без стеснения подрезала чужие щиколотки или полосовала бока. Ей несколько раз пришлось перекатиться по земле, уходя от болезненных ударов, отчего в распущенных волосах запуталось много травинок и веточек.

Неподалеку Влад отбивался сразу от четверых, успевая бросать удивленные взгляды на свою травницу, которая двигалась невероятно уверенно и подготовлено. С оружием в руках она была действительно опасной противницей, пусть по физической силе и уступала.

Одного он оглушил ударом резной рукояти, ломая нос. Другого с силой толкнул в дерево. С двумя остальными было немного сложнее, кто-то обучил их сражаться, пусть и не очень умело. А самое главное, они действительно стремились его убить, когда Влад наносил лишь незначительные увечья.

Вокруг Веды кружили двое: Данила и один из его дружков. Девушка вскрикнула, больше от неожиданности, чем от боли, когда одному из них удалось рассечь ей плечо. Зато в ответ она с хорошего размаху пнула между ног, вынуждая с хрипом упасть на колени, сбивая дыхание.

Но Влада уже было не остановить. Забыв о тех двоих, что все еще размахивали своими ножами, он в два шага оказался рядом с девушкой, отбрасывая Данилу в сторону, а ее потащил к лошадям.

— Запрягай, Веда! — шикнул Охотник, сжимая ее предплечье. — И уходим, я чувствую, что придут еще.

Травница без сопротивления закивала, удивительно быстро подчиняясь. Влад прикрывал ее от тех, кто все еще мог сражаться. А она металась между Весной и Призраком, застегивала уздечки, затягивала подпруги. Он был прав, уж больно громкими были шорохи вокруг их полянки. К Даниле спешила подмога, а это значит, что в новой битве придется либо убивать, либо умирать.

Девушка справилась за несколько минут, закрепила наспех собранные сумки, даже успела похлопать обеспокоенного Призрака по плечу и поспешила к Владу. Успела оттащить его в тот момент, когда в него метнули очередной нож, спасая от неприятной, тупой боли в груди. Охотник нанес последний удар, слыша всхлипы противника, и запрыгнул в седло. Веда уже сидела на спине Весны. И они помчались сквозь густые заросли леса подальше от тех, кто желал их ограбить.

Ветки хлестали их по лицам, оставляя ненадолго красные полосы. Лошади недовольно ржали, но все же упрямо продолжали нести вперед своих всадников. Они покинули лес, наконец выезжая на просторную, пустую дорогу, но скорости не сбавляли. Еще полчаса мчали дальше, не желая вновь вступать в битву. Только когда лес позади превратился в неразборчивое, темное пятно, в небо у горизонта стало потихоньку светлеть, они замедлились, а потом и вовсе остановились.

Влад спешился первым, помогая спрыгнуть Веде, хотя она была в состоянии справиться сама, ранено было только плечо. Она недовольно посмотрела на его порезанную ладонь, усаживая Охотника на мягкую траву, и потянулась к сумке.

— А если бы он был отравлен, не подумал? — начала она его отчитывать, но осеклась. Влад, будто и не замечая тона ее голоса, усмехнулся, и здоровой рукой вытащил веточку из ее волос, а потом еще одну и еще. Затем достал несколько сухих травинок и даже один листик.

— Не был, они слишком глупы, чтобы подумать о ядах, — покачал он головой, отчего светлая челка упала на его покрытый испариной лоб.

— Никогда нельзя быть уверенным, Охотник, — буркнула Ведеслава, внимательно рассматривая порез. Влад был прав, отравы не было. Но она все равно нарочно не только промыла и смазала его, но еще и туго замотала ладонь, чтобы неповадно было.

Хотела отстраниться, чтобы вновь разложить вещи и поспать еще немного, но Влад придержал ее за запястье, не давая подняться. Отобрал бурдюк с водой, мазь и бинт. Слегка подвинулся, чтобы оказаться сбоку и рассмотреть раненное плечо. Понимал он мало чего, но просто знал, что его тоже стоит обработать.

— Этот нож тоже мог быть отравлен, Травница, — с ухмылкой выгнул он бровь, аккуратно смывая разводы крови с бледной кожи. — Или тебе просто нравится ворчать на меня?

— Был бы яд сильным, я ничего бы не смогла сделать. А до слабых мне дела нет, — огрызнулась Веда, не поворачивая головы, наблюдая, как аккуратно Влад размазывает прохладную мазь по порезу, а затем разрывает бинты и заматывает руку, чтобы она лучше заживала.

— Вот теперь можешь идти, — довольно кивнул парень, отпуская девичью руку. Она тут же встала, проверяя, как он затянул повязку; все было хорошо, Веда даже могла бы похвалить, но не стала.

— Спасибо, — фыркнула она. И не было понятно, благодарила ли она его искренне за помощь или недовольно отвечала на его разрешение двигаться.

Они неторопливо достали наспех сложенные девушкой тонкие одеяла, готовясь вновь погрузиться в сон. На языке Влада крутилось несколько вопросов, но он всячески старался их сдержать. Он наблюдал, как девушка хмуро распутывала волосы, затем стягивая их кожаным шнурком в низкий хвост.

Веда будто и не замечала чужой заинтересованности, сняла с Весны седло, прошлась рукой по влажной шее лошади, что-то нашептывая, а затем быстро укрылась одеялом, устраивая голову на мягкой сумке с вещами. Но Влад не смог удержаться.

— Кто научил тебя? — спросил он, тут же приковывая к себе взгляд зеленых глаз.

— Ты о чем? — постаралась отмахнуться от разговора травница, умостившись на твердой, неровной земле. Один из бугорков давил ей в левый бок, и она раздраженно сдвинулась ближе к Охотнику.

— Ты знаешь, о чем. О твоих умениях, ты хорошо владеешь ножом, — Влад все еще сидел, скрестив ноги, и, можно сказать, любопытно нависал над девушкой.

— Знаешь, что отрывают таким, как ты, на ярмарках и базарах? — поинтересовалась Веда, но Охотник ничуть не обиделся, очень желая узнать правду. — Меня обучила бабушка, чтобы меня больше никто не смог обидеть, пока в руке лежит нож. Доволен? Теперь я могу спать?