Чтение онлайн

Ханаан-дэй вел себя, как ни в чем не бывало. Движения его были легки и быстры. Ничто не указывало на то, что тянутся по спине две борозды, без сомненья причиняющие боль. Он ни на кого не обращал внимания и Роксана, с тяжестью на сердце ожидавшая подвоха, постепенно успокоилась. Сытый ужин и вовсе настроил ее на благодушный лад.

Стих ветер. До поляны не долетал шум бурной реки. Прощальные лучи заходящего Гелиона чертили сквозь спутанные ветви пыльные дорожки. В столбах света суетилась мошкара.

И надо же было такому случиться, что Роксана позволила себе вспомнить утренний случай у реки. Да ладно бы только вспомнить! Стоило представить себе, как изворачивался кочевник, пытаясь дотянуться до раны на спине, как вымазался в жирной мази словно поросенок в грязи — и не заметила, как с губ сорвался веселый смешок.

Леон вскинул на нее недоуменный взгляд, в то время как быстрее молнии сорвался со своего места кочевник. Не успела Роксана и глазом моргнуть, как намотал он себе на руку ее многострадальную косу. Еще хорошо, что в этот раз не стал коленом на грудь давить.

Вскочил Леон, заметался вокруг, отыскивая меч. А кочевник приблизил к ней черные, горящие яростью глаза и тихо сказал.

— В следующий раз, когда решишь — покажи мне, над чем смеешься. Посмеемся вместе.

И со злостью высвободил руку из спутанного узла волос. Роксана хотел оттолкнуть его коленом, но он уже сидел на прежнем месте и спокойно занимался своим оружием.

Сдерживая гнев, Роксана поднялась, краем глаза замечая, с каким облегчением выдохнул побелевший Леон. Отстегнутый пояс с кинжалом лежал в двух шагах. Роксана медленно подняла пояс, вытащила из самодельных ножен кинжал. Со злорадством отметила, как враз перестал заниматься своим делом кочевник. Как бальзам на душу — его пристальный взгляд, следящий за каждым ее движением.

Правильно, будь начеку, хозяин, — мысленно похвалила кочевника. Потом резким движением, благо кинжал оставался на удивление острым, отхватила себе косу под корень.

Ахнул Леон. Не обращая на него внимания, Роксана сделала шаг к кочевнику и бросила к его ногам бывшее богатство.

— Смотрю я, волосы тебе мои понравились, — негромко сказала она, глядя на него сверху вниз. — В следующий раз, когда надумаешь хватать — поищи что-нибудь другое.

Чего стоило Леону сдержаться и не улыбнуться, Роксана не знала. Интересно, за что стал бы его хватать кочевник, случись тому рассмеяться?

Давно нужно было так сделать! Короткие волосы ворошил теплый ночной ветер и ничто не давило на затылок. Опостылевшая вязаная шапочка лежала в заплечном мешке.

На небе зажглись звезды и вот-вот должна была появиться Селия. В темноте пропал лес и шумный водный поток, получивший ночь в безраздельное господство старался вовсю.

Узкая извилистая дорога поднималась с каждым шагом, но казалось, не приближала к громаде черного на фоне звездного неба замка, а наоборот — отдаляла.

Роксана шла, не слыша звука собственных шагов — победительницей ревела в ущелье река. Оттого, что скрадывала ночь присутствие людей, в душе крепла надежда на то, что удастся незаметно проскользнуть мимо крепостной стены и поднятый мост, ощетинившийся страшными шипами, каждый величиной с человеческую голову, так и останется неподвижным.

Душевному равновесию способствовало воспоминание о вчерашнем происшествии с отрезанной косой. Не столько сама выходка, сколько последующее продолжение. Как вскочил белый то ли от страха, то ли от нанесенного оскорбления — не ему, кстати — Леон. Сжимая в руке освобожденный от ножен меч, парень подскочил к кочевнику, по-прежнему сидящему на земле, и весьма эффектно направил острие ему в грудь.

— Если ты еще хоть раз тронешь ее, — тихо, но на удивление твердо сказал парень, — я тебя…

Он был грозен. И решимостью взгляда мог напугать кого угодно — было что-то сродни безумию, отражавшемуся в карих глазах. Кочевник, судя по всему, плевал на его решимость. Он спокойно отложил в сторону ножны, в которые собирался убирать оружие. Так и не потрудившись подняться, махнул мечом и Роксана вздрогнула от звона клинков, лишний раз подивившись недюжинной силе кочевника. Резкий, сильный удар, не то чтобы выбил — выломал меч из слабых рук Леона.

Парень схватился за поврежденную кисть, нагнулся, но поднять упавшее оружие не успел.

И тогда Роксана поняла, за что ее в случае чего будет хватать Ханаан-дэй.

Не успел Леон оглянуться, как кочевник уже крепко держал его за отвороты куртки. Потом тряхнул как следует и у парня лязгнули зубы.

— В следующий раз не говори — бей. Оружие не терпит разговоров, — нравоучительно сказал он и отпустил едва удержавшегося на ногах парня.

А Роксана с удивлением отметила, что в его тоне не сквозили ставшие уже привычными ноты с трудом сдерживаемой ненависти. Быть может, его успокоила ее коса, сытой змеей свернувшаяся у его ног?

Воспоминание развеселило девушку и вопреки обстоятельствам настроило на смешливый лад. Веселиться в голос она не стала. Конечно, можно успеть отскочить в сторону — буде кочевнику придет на ум поинтересоваться, над чем она так весело смеется, но свалка на подступах к хранящему молчание замку ни к чему.

Спокойствие улетучилось утренним туманом, стоило подумать о том, что через несколько десятков шагов тропа сузится настолько, что придется идти вплотную к крепостной стене, держась для верности за каменную кладку.

В тот момент, когда путники уже миновали щетинистую громаду подъемного моста и Роксана готовилась вздохнуть с облегчением, раздался скрежет механизмов. Звук опускающегося за спинами моста был подобен грому. С грохотом, от которого дрогнули крепостные стены, рухнуло железное полотно на тропу.

Девушка заметалась, понимая, что путь назад отрезан. Кочевник рванулся вперед, увлекая ее за собой. Бежали они недолго. Остановился Ханаан-дэй, в спину ему ткнулась Роксана. Тропа пропала: давно подмытый рекой берег обрушился и осыпь подступала к самой крепостной стене.

Предчувствуя грядущее поражение путников, на небе возникла злорадная Селия. При свете стало заметно, что дорога вперед есть. Можно было попытаться перебраться на другую сторону пропасти, используя каменистые выступы в крепостной стене. Но нечего было и думать о том, чтобы без страховки, с ходу перескочить по шатким от времени камням, блестящим от влаги.

Бурный поток ревел внизу, будто нарочно обдавая путников каскадом холодных брызг.

Выхода было два и оба смертельно опасны. Можно было рвануть по камням и встретить печальный конец в бурном потоке реки. Можно было вернуться назад и заглянуть в черный провал туннеля, открытый упавшим мостом.