Чтение онлайн

— Значит, телепортацию не освоил, а ментальные сражения с духом покойного — это запросто, да? Почему я должен о таких вещах узнавать не от тебя, а от Карпа Матвеевича? Тебе не кажется, что ты меня тем самым в предельно глупое положение ставишь? И почему ему ты о таких важнейших вещах рассказываешь, а со мной ни полсловечком не обмолвился?

Я слегка опешил.

— Подожди, но я так понял, он тебе об этом сообщил еще тогда, когда вы вели переговоры, чтобы ты на службу вернулся. Разве не так?

— Не так! — аж подпрыгнул на месте Семеныч, настолько яростно искря эмоциями, что пришлось аккуратно поставить защиту, чтобы не пробивало. — Мы тогда о технических аспектах нашего будущего сотрудничества разговаривали. А про твоего отца Давыдов упомянул сегодня утром, и мне стоило определенных усилий держать лицо, делая вид, будто я в курсе происходящего. И вот теперь мне хочется взять тебя за грудки и трясти как липку с одним лишь вопросом: и как долго ты еще собирался утаивать от меня информацию про Изюмова, чтоб он сгинул во веки вечные?

— Ну, раз ты так рвешься про него узнать, тогда у меня для тебя еще одна новость по поводу твоего зятя имеется, — вздохнул я.

— Да неужели? — нахмурился Игорь Семенович и с подозрением посмотрел на меня. — Ну давай, чертяка, жги глаголом!

— Николай Алексеевич никуда не сгинул. Доказательством тому — Косыгин Ноябрь Николаевич, студент-некромант третьего курса. Теперь уже совершенно точно — подтвержденный бастард Изюмова, поскольку не будь между ними кровного родства, переселения духа не случилось бы.

— Да ладно?! — мне показалось, что дед на несколько секунд аж дышать перестал.

— Полного подтверждения у меня нет, сразу говорю, — предупредительно поднял я ладони, — но лично считаю, что прав на девяносто девять процентов. Иначе бы с чего вдруг лично незнакомый мне парень, который до этого в глаза меня не видел, вдруг преисполнился столь лютой ненависти, что меня аж будто током ударило? И это, заметь, на приличном расстоянии было.

— Вот же мерзота! — Семеныч покачал головой. — Не погнушался, значит, сына порешить, лишь бы самому к Всесоздателю не отправляться. А знаешь, что? Я его лично с превеликим удовольствием выпотрошу. От меня не закроется. И за Оксану мою спрошу, и за вас с Ираидой. А потом Карпу его на опыты отдам. Очень уж он вопросом переселения душ интересуется, поскольку налицо фундаментальное нарушение человеческих прав.

— Но формально у вас привлечь студента Косыгина не за что, — напомнил я. — А тем более мои ощущения к делу не подошьешь, в противном случае Давыдов окончательно уверится, что я по твоей стезе пошел.

— Думаешь, он настолько глуп, что не догадывается, как мы с тобой его за нос водим? Я тебе сразу же сказал: раскусил он тебя с первой же встречи и явно какие-то свои планы в этом отношении имеет.

— Одно дело лишь догадываться, другое — заиметь неоспоримые доказательства своей правоты, — не согласился я с Игорем Семеновичем. — А ты хочешь их ему прямо в руки выдать? Не слишком ли жирно будет для этой рыбешки? Это вы с ним нынче коллеги, а я ему не доверяю, уж прости.

Дедуля задумался.

— Ладно, что предлагаешь, чертяка?

— У меня от наших разговоров внезапно аппетит разыгрался нешуточный. Может, перекусим где-нибудь, да заодно и придумаем что-нибудь?

— Это можно, — кивнул Семеныч. — Пошли внутрь. Должно там быть одно достойное заведение…

— И сколько лет этому заведению, раз ты про него знаешь? — осведомился я.

— Да сильно поболе, чем тебе, — усмехнулся Игорь Семенович. — Могли, конечно, за давностью уже и закрыться, но что-то мне подсказывает, что ничего пижонам не сделается.

— Пижонам? — переспросил я.

— Заведение так называется: «Пижоны». Потом еще благодарить меня будешь за то, что показал его тебе. Цены там, конечно, ого-го, но марку они держат высоко.

Мы неспешно двинулись по торгово-развлекательной территории Академии.

— Ты, кстати, так открыто ходишь, даже без охраны. Не боишься после покушения? — негромко осведомился я.

— А кто тебе сказал, что я и впрямь без охраны? — довольно прищурился дед. — А то, что ты их не видишь, так и должно быть. Профессионалы экстра-класса!

Я благоразумно промолчал, потому что плечистую троицу, отирающуюся в непосредственной близости от нас, Филин срисовал и показал мне еще в самом начале разговора, но поскольку никаких попыток нам помешать они не предпринимали, я решил чуть позже поинтересоваться у деда, кто они такие. Ну… вышло немного не так, но в целом тоже неплохо.

Семеныч уверенно топал по одному ему известному маршруту и, судя по его довольному лицу, явно предвкушал встречу с любимым местом. Но когда он увидел вывеску «?-жёны», его возмущению не было предела.

— Что? Нет, звучит так же, как и раньше, не спорю. Но какие к лешему жёны? Зачем вот это улучшательство никчемное? Переиграли сами себя и здравый смысл заодно. Прямо матом хочется сказать, когда на это смотришь. Число пи — и бабы. Так и видится, что пи — это прилагательное такое сокращенное. Ну и прикидываешь, что оно подразумевает. И ведь ни одного! Ни одного достойного варианта в голову не приходит!

— Может, тогда поищем другое заведение? — предложил я.

— Ну уж нет, — мотнул головой Игорь Семенович и уверенно продолжил свой путь.

Я двинулся за ним, не в силах отделаться от подкинутой им ассоциации. А ведь и верно: с этими грешными жёнами приличных прилагательных не получается, хоть ты тресни…

Внутри, когда нам выделили отдельную кабинку и подали минеральную воду, дедуля слегка расслабился и подобрел. Видимо, обстановка здесь не слишком сильно поменялась с момента его последнего визита. Он подтянул к себе поближе меню, стилизованное под средневековый фолиант, и принялся изучать перечень блюд.

— Чур я сам сегодня заказываю! — предупредил он. — Хочу, чтобы ты кой-какие вещи попробовал.

— Я не возражаю.

— Ишь ты, не возражает он! Попробовал бы еще у меня возразить! — проворчал Семеныч, но его благодушный тон со смыслом слов ничуть не вязался.

Еще через некоторое время вышколенный сноб-официант, щеголяющий белыми перчатками, принялся выставлять перед нами выбранные дедом яства. Делал он это в полной тишине с отстраненной физиономией и поджатыми губами, перекладывая тарелки с сервировочного столика на колесах, ослепительно блестящего хромом.

Я не удержался и тихонько просканировал его в лайтовом поверхностном варианте. И о чудо! У человека было отличное настроение и конкретно против нас с дедом он ничего не имел! Он просто с полной самоотдачей отыгрывал роль чопорной прислуги, давая тем самым понять забредшим сюда гостям, что они выбрали крайне пафосное место, где всем плевать на их регалии с высокой колокольни.