Чтение онлайн

– Ты так уверен? И что, даже много-много лет назад этого тоже не могло случиться?

Немного поколебавшись, незнакомец признался:

– В Архивах об этом ничего не сказано.

– А ты что, полностью изучил их?

– На это уйдут многие годы, а я только начинаю.

– Тогда ты ме можешь этого знать. Ты знаком только с общепринятым мнением. С тем, с чем принято соглашаться. А человек ученый ничто не должен принимать на веру. Сначала ему надлежит задаваться вопросами, исследовать, изучать, а уже затем строить предположения.

Странный незнакомец молчал, и Раглан бросил еще несколько сухих веток в свой маленький костер. Но тут его собеседник заговорил.

– Я сказал тебе правду. Ты должен уходить. Тот, кого ты ищешь был доставлен к Руке. И Рука избавится от него, как только сочтет нужным. Никто не смеет перечить Руке.

– Совсем никто? А как же последователи Того-Кто-Обладал-Волшебством?

Незнакомец безмолвно разглядывал Раглана, и затем лишь покачал головой.

– Это только легенда. Такого человека никогда не было. А значит не может быть никаких последователей.

Низкие языки пламени костра подрагивали на ветру. Двое мужчин молчали, глядя на огонь.

– Да, было бы гораздо лучше для всех, если кива так оставалась бы скрытой ото всех, - тихо проговорил Раглан.
– Сейчас уже ничто не сможет предотвратить последствий твоей затеи.
– Немного помолчав, он заговорил снова.
– Наши легенды называют ваш мир миром зла. Что это за зло?

Незнакомец избегал встречаться взглядом с Рагланом. Сделав широкий жест рукой, он задал свой вопрос.

– Что это за место?

– Это место в пустыне. Река, что протекает вон в той стороне называется Сан-Хуан. Это испанское название, потому что однажды испанцы пришли в эти сюда и дали этой земле свои имена.

– У вас есть города?

– И очень большие, но они далеко отсюда. До ближайшего, наверное будет не меньше сотни миль, но здесь тоже есть города поменьше, и в них живут люди. Во все города ведут дороги. Большинство из них далеко.

Шеф, до этого мирно лежавший, теперь слегка пошевелился, и незнакомец испуганно встрепенулся и начал подниматься с земли.

– Не бойся, - успокоил его Раглан.
– Это моя собака.

Незнакомец с опаской покосился на Шефа, которого было почти не видно в тени, отбрасываемой кедром.

– Разговоры о прошлом и настоящем культур можно оставить и на потом, - сказал Майк.
– Теперь же мы должны поговорить об Эрике Хокарте. Ты сказал, что он пленник Руки, значит, мы должны пойти и поговорить с этим вашим Рукой.

– Ты сам не знаешь, что говоришь. Этого сделать нельзя.

– Ты можешь проводить меня к нему.

– Это невозможно. Ты не понимаешь. Никто не может войтик Руке. Мои волосы скоро станут совсем седыми от старости, а я до сих пор ни разу не видел его.

Моя жизнь проходит среди древних плит с письменами. Я их хранитель, и мало кто из наших людей даже просто знает или хотя бы догадывается об их существовании. Давным-давно были и такие времена, когда наши правители приходили туда за знанием, но с тех пор сменилось уже несколько поколений. Когда-то те, кого называли Хранителями Слова, собирались и на совет, но только те времена уже давно прошли. Возможно, Рука даже не помнит о том, что мы есть.

Из этого разговора Раглану как будто удалось кое-что уяснить для себя. Выходит, что Архивы, о которых идет речь, были собраны еще в незапамятные времена, начиная задолго до Исхода, когда кое-кто, убоявшись надвигающегося на них зла, нашли себе убежище по другую сторону незримого занавеса. Более тысячи лет прожили они в открытом ими для себя новом мире, пока засуха и непрекращающиеся набеги врагов не вынудили их вернуться обратно. Ведь за целое тысячелетие умерла память о тех ужасах, от которых пришлось бежать их предкам. Но кое-кто все же помнил об этом, и отказался возвращаться. Те, кто остались, растворились среди другух племен.

Сами беглецы испокон веку занимались земледелием. Очень немногие из считавшимися мудрецами людей пошли с ними, так о собственном мире этим людям было известно очень и очень немного.

Раглан задал несколько вопросов относительно Руки. Это один человек или же несколько? Где он живет? И где будут содержать Эрика?

Незнакомец лишь покачал головой.

– Этого я не знаю. В нашем городе есть такое место, заходить куда не разрешается никому. Скорее всего его доставят туда. Войти туда можно лишь по приказу Руки, и мало кто из входящих затем возвращается обратно.
– Он заглянул Раглану в глаза.
– Понимаешь теперь? Многих ведут туда насильно.

Раглан поправил одно из поленьев, заталкивая его поглубже в огонь.

– Почему ты пришел ко мне?

– Я уже сказал. Ты не должен ходить. Ничего не получится.

– А я сказал на это, что если его не найду я, то вслед за мной придут многие, они придут с гневом и уверенностью, против которых ничто не сможет устоять. Эрик Хокарт должен быть освобожден. И если ты хочешь, чтобы все у вас оставалось бы как и прежде, то ты должен помочь мне.

– Я?
– очевидно он был потрясен этой идеей.
– Но что я могу. Я никто, я простой Хранитель Архивов.

– А в тех твоих архивах нет ли случайно легенд о воинах? О тех, кто совершал великие подвиги?

У незнакомца загорелись глаза.

– Много преданий о славе и храбрости! Но сейчас их никто не читает. Никто, кроме меня и еще нескольких мне подобных. Архивы обрастают пылью во всеми забытых чертогах. Никто не желает учиться. Они уверенны, что и так знают все на свете. Я не уверен, что Рука знает о том, что я есть, и Варанели, его стражники просто проходят мимо меня, не замечая.

Он внезапно помрачнел.

– Ты говорил, что я хочу, чтобы у нас все оставалось как прежде. Я знаю, это кощунственно, но только я не уверен, что мне хочется этого на самом деле.

Уроки в школе состоят из зубрежки наизусть. В их значение никто и не думает вникать. Во время проверок можно и смошенничать, но только никто не может понять, что обманывают они при этом в первую очередь себя.

– Ты говорил о ваших архивах. Они что, все на каменных плитах?

– А как же иначе? Таких плит и пластинок там бесчисленные множества, все они аккуратно сложены, а некоторые еще и связаны вместе, если все они посвящены одной теме.