Чертова гора
Шрифт:
Если бы он сумел совсем чуть-чуть помедлить, совсем немного задержаться, то она осталась бы здесь вместе с ним, а сам он уже не считал бы себя морально обязанным отправляться на поиски Эрика. Зато он заполучил бы себе Каваси, и вместе они смогли бы хорошо зажить здесь, в его мире.
– Майк? Так мы идем...?
– Пошли, - сказал он, и они начали спускаться вниз по склону горы, уходя в темноту, вниз, на самое дно каньона, к тому месту, что в свое время обнаружил Джонни.
У Майка пересохло во рту и перехватило дыхание. Ему было страшно.
И в то же самое время его как будто распирало изнутри, его одолевало странное желание, он весь находился в предвкушении надвигающихся событий.
"Сейчас!
– твердил он сам себе.
– Подожди, сейчас все узнаешь! Это будет твоя самая захватывающая, последняя авантюра!"
Авантюра? Его всегда раздражало это слово. А все оттого, что его затерли, превратили в дешевое словечко с налетом романтичности, произносимое по большей части теми, кто ни разу в своей жизни не пережил ничего подобного. Отправиться в плавание по морю в маленькой лодке, несомненно, было "авантюрой", но только кому и зачем это нужно?
Каваси быстро спускалась в каньон, и он шел следом. Теперь ночь как будто уже не казалась такой темной как прежде, или это просто его глаза привыкли к темноте? Нет, наверное над горами всходила луна.
Майк всегда был склонен думать, что в горах ему нет равных. Но Каваси знала горы еще даже лучше, чем он. Она передвигалась быстро и очень тихо, словно призрак, преодолевая попадавшиеся на пути завалы из валунов, почти неслышно ступая по острым камням и пробираясь сквозь заросли низкорослого колючего кустарника.
Она принадлежала к тому миру, если он, разумеется, и на самом деле существовал, и это могло послужить самым простым и логическим объяснением всему. Вскользь Майк подумал и о том, что видать уж так устроен человек, что ему необходимо всему найти свое объяснение. Что бы ни произошло, но всякий раз кто-нибудь неизменно постарается все элементарно объяснить, и тогда налет таинственности либо исчезает совсем, или же отступает на второй план и оказывается отложенным в долгий ящик, где благополучно забывается, затерявшись среди прочих проблем. Разумеется, при участии дюжины людей можно услышать не одно, а сразу несколько объяснений тому или иному феномену, хотя истинным будет объявлено только одно, предложенное лицом, пользующимся среди присутствующих наибольшим авторитетом.
Каваси неожиданно остановилась, упреждающе подняв руку и прислушиваясь. Боже, и во что только он собирается ввязаться? На протяжении всей своей жизни ему время от времени приходилось слышать об аномалиях, связанных с нарушением естественного хода времени, ведь знал же он и прежде, что наш на первый взгляд такой совершенный и устроенный мир на самом деле весьма далек от совершенства.
Стоя позади Каваси, не имея возможности ничего разглядеть в темноте, Майк Раглан изо всех сил старался воспринимать реальность, такой, какой она была на самом деле. Итак, он, молодой мужчина, оказался ночью среди пустыни наедине с хорошенькой девушкой, которая, предположительно, именно сейчас собирается провести его в другой мир, тот мир, что существует параллельно с тем миром, в котором доселе существовал он сам.
– Это здесь, - прошептала она.
– Возьми меня за руку.
Она поспешно шагнула вперед, и он мельком успел заметить, что стоит на краю похожей на туннель ямы. А потом он упал.
Майку перешлось пережить мгновения отчаяния и ужаса, охватившего его при мысли, что он летит в пропасть. Но тут он упал на землю лицом вниз.
Еще несколько секунд он оставался лежать неподвижно; а затем, приподняв голову принялся отплевываться от пыли и наконец попытался сесть.
Чья-то рука удержала его, и кто-то предостерегающе зашипел: "Ш-ш-ш!"
Мысленно ругаясь, он снова занял прежнее положение, но тут же снова насторожился, услышав, как рядом, кто-то шевелится. Что-то было совсем рядом. И оно как будто приближалось.
На земле рядом с ним происходило какое-то движение. Это была Каваси. Она снова упреждающе схватила его за руку. Майк оставался лежать неподвижно, испытывая жгучее желание схватиться за пистолет, и в то же время ужасаясь при мысли о последствиях выстрела в ночной тиши. Своей пальбой он наверняка наведет сюда врагов, если они сейчас где-то поблизости. Возможно таким образом и удастся избавиться от одного из них, но только не исключено, что их там десятки, а может даже и целые сотни.
Майк ощущал свинцовую тяжесть в груди, и внезапно даже собственное дыхание стало казаться ему ужасно громким. Он дышал тяжело, жадно ловя ртом воздух, как будто после длительной пробежки.
Но было и другое, что тут же показалось ему по крайней мере странным. Он лежал на траве!
Не среди камней, а на траве. И кроме всего прочего, он мог явно чувствовать ее запах. И еще запах сырости, указывающий на близость воды. Ко всему этому примешивался еле различимый горьковатый аромат, как будто где-то поблизости что-то горело.
Он чувствовал пальцы Каваси на своей руке. Кто там приближается к ним? И откуда взялась эта трава? На дне Ямы как будто росла трова, но она была гораздо грубее этой.
Послышался чей-то голос, но разобрать слов было невозможно. И тут же, по всей видимости откуда-то издали, кто-то ответил говорящему. Шаги стихли, и Раглан мысленно собрался, готовясь в любой момент вскочить на ноги.
Снова стали слышны шаги. На этот раз они удалялись. А потом снова послышались голоса, говорившие на каком-то иностранном языке. Майк имел некоторое представление о языках, и хотя у него никогда не было возможности подолгу задерживаться на одном месте, чтобы овладеть ими в совершенстве, но только то, что он слышал сейчас не было похоже ни на один из тех языков, что ему когда-либо доводилось слышать. В конце концов он сделал вывод, что больше всего это напоминает кастильский диалект испанского языка. А с другой стороны, как будто даже совсем и не то.
Хрустнула сломанная для костра ветка. Каваси почти бесшумно встала с земли, и он последовал за ней. Все еще держа его за руку, она начала осторожно пробираться куда-то, стараясь держаться темноты. Внезапно Майку стал виден огонь костра, вокруг низкого пламени которого теперь устроились несколько человек, облаченных в синие одежды.
Это же Варанели!
Наверное пограничный патруль, или что-то в этом роде. Но почему здесь? Почему... Он замер на месте так неожиданно, что Каваси тоже пришлось остановиться. Осознание пришло так внезапно, что у Майка захватило дыхание.
Они были на Обратной Стороне!
Нет, этого не может быть! Это...!
– Пошли!
– чуть слышно прошептала она, и он покорно последовал за ней, изо всех сил стараясь не споткнуться. Они все еще продолжали свой путь по траве, пробираясь туда, где, похоже, росли деревья. Как только они оказались под сенью зарослей, Каваси остановила шествие.
– Что-то не так! прошептала она.
– Что-то совсем плохо! Зачем они здесь?
Судя по тому, как это было сказано, еще совсем немного, и она запаникует. Он огляделся вокруг себя, и несмотря на непроглядную мглу, все же сумел различить то, что, видимо, было небом, хотя звезд видно не было. Над лесом, на самой опушке которого они сейчас стояли, возвышалась отвесная скала в добрую тысячу футов высотой. Ничто вокруг даже отдаленно не напоминало местность в окрестностях горы, на вершине которой осталась хижина.