Чтение онлайн

Пластиковые прямоугольнички, рассыпанные по полу вперемешку с пеплом и окурками, выглядели неряшливыми вкраплениями в порядок и чистоту окружающей обстановки. Вообще-то, Портено решил, что домом, скорее всего, занимается женщина. Были в обстановке любовь и вкус, присущие обычно именно лучшей половине человечества. Если за жилищем ухаживает мужчина, это сразу заметно. Несмотря на то, что порядок может быть просто идеальным, в нем все равно будет присутствовать налет небрежности, а уж если еще учесть неряшливый вид Макси, то Чарли мог бы со стопроцентной уверенностью утверждать, что здесь заправляет женщина. Если бы тут жил только Хеллар — дом довольно быстро превратился бы в свинарник, разгребаемый исключительно по большим праздникам, да и то не очень тщательно, так, слегка, для внешнего вида. Чтобы совсем не зарасти плесенью. Кстати, если уж быть честным, то и Чарли не отличался большой любовью уборке своего пентхауза. За него это делала приходящая горничная.

Подцепив мыском кожаной туфли даму червей, Пор-тено откинул ее в сторону и, расслабившись, начал наблюдать за деревьями, покачивающимися в солнечном свете за окном. В отличие от Нью-Йорка их еще не тронула осенняя седина увядания. Листья казались шелковистыми и гибкими, в них пока не появилась сухая ломкость. Они подрагивали под мягкими порывами теплого ветра.

Внезапно Чарли увидел океан. Лазурную гладь, сверкающую раскаленными бликами. Это был сон. Белый песок сползал к самой воде, приобретая темно-бежевый оттенок, и где-то неподалеку играла музыка. Он узнал мелодию — Рондо. Только на этот раз звучало оно тревожно. В нем пробивались грязные фальшивые ноты, как если бы вальс напевал Макси Хеллар. Музыка становилась все громче, заполняя побережье, исковерканная, оглушающая. Казалось, ею пропитано все. И небо, ставшее из голубого отвратительно серым, и потемневший океан, выводящий прибоем такты кошмарной мелодии, и песок, расползающийся под ногами, шелестящий в том же извращенном ритме. Тягучий гул, перекрыв вальс, поплыл над миром, пошатнув солнце, и небо, и землю, и самого Чарли…

Он вздрогнул и проснулся.

БББОООООООООУММММ! — рондо ушло, но гул остался. Явный и тяжелый. Лишь через секунду Чарли понял: часы. Это бьют напольные часы в гостиной. Тишина дома стала напряженной, насыщенной электричеством. Портено чувствовал, как по спине ползут тонкие иглы, покалывая кожу острыми кончиками тревоги. Он не один. Тут кто-то есть. Где-то в глубине мозга мигнула красная вспышка опасности. Чарли медленно сунул руку в карман пиджака и вытащил «кольт». Стараясь не производить лишнего шума, он взвел курок. От вошедшего его скрывала высокая спинка кресла, и Чарли надеялся, что успеет сделать хотя бы один выстрел, прежде чем гость заметит, что он не один. Тело напряглось, готовясь реагировать на внезапный приказ. Выстрел и бросок в сторону, уход с линии огня. Не дать подстрелить себя, изувечить, убить.

— Макси, дорогой, я вернулась!..

Голос принадлежал женщине, и Портено беззвучно выдохнул, расслабляясь. Судя по всему, это была та, кого он ждал. Жена Макса Хеллара. «Кольт» нырнул в боковой карман, однако Чарли так и не снял палец с курка.

— Его здесь нет, миссис Хеллар! — громко сообщил он.

Следом раздался тонкий стук каблучков. Сперва приглушенный толстым ковровым покрытием, потом звонкий, по дубовому паркету. Он замер на пороге.

— Кто вы?

Чарли усмехнулся. Нет, она, конечно, не станет стрелять. Если бы это было так, женщина попыталась бы взвести курок пистолета, а щелчок собачки он бы услышал за сто ярдов. Вынув руку из кармана пиджака, Портено упруго уперся ладонями в массивные подлокотники и вытолкнул тело из мягких объятий кресла. Он еще не успел сдвинуться с места, как изумленный голос за его спиной выдохнул:

— Чарли?

Еще не веря своим ушам, Портено резко развернулся.

Перед ним стояла Айрин Уокер. В руках она сжимала пакет с продуктами. В распущенных волосах застыли капельки летнего дождя. От нее пахло ветром и тонким ароматом духов.

— Айрин? — наконец выдавил Чарли. — Что ты здесь делаешь?

— Почему ты не позвонил? — растерянно упросила она. — Всегда звони перед приездом.

«Черт побери, я не стал звонить, потому что ехал не к тебе!» — захотелось заорать ему. Ощущение было такое, что он медленно сходит с ума. Происходящее отказывалось укладываться у него в голове, слишком уж невероятно выглядела вся эта история. Слишком невероятно.

— Ты — жена Макса Хеллара? — хриплым голосом спросил Чарли. — Ты замужем за Максом Хелла^ом?

Она кивнула утвердительно. О, боже! Значит, Айрин врала ему насчет того, что муж бросил ее, насчет… Господи! Чарли ничего не понимал. В какое-то мгновение он даже решил, что еще не проснулся и видит дикий, нелепый сон. Ему захотелось ущипнуть себя посильнее, чтобы стряхнуть душный дурман, рассеять чувство нереальности, невероятности случившегося. Однако, в следующую секунду Чарли сказал себе: «Нет, парень, это — не сон. Это все наяву. И теперь тебе нужно…» Внезапно, с каким-то бездонным ужасом до Портено дошла жуткая истина: теперь ему придется убить ее. Убить! Так же, как Макса. Чарли стало страшно. Если можно было бы отмотать время назад, чтобы… И что бы тогда? — спросил он, и сам же ответил: — А тогда он выбил бы из Макса деньги, выколотил бы, пусть даже ему пришлось бы нарезать этого ублюдка на тысячу кусочков, сделать из него спагетти. Да, он заставил бы Макси сказать, где эти чертовы деньги. Проклятые деньги. Ибо теперь ему придется убить Айрин.

Чарли представил бесстрастное лицо Хеллара и заскрипел зубами. Ублюдок! Дерьмо!! Сукин сын!!! Макси подставил его. Вот уж действительно трахнул. Урод долбаный, дерьмо собачье. Неужели он не подумал о жене, а? Или ему было плевать на нее?

«Сукин ты сын, Макс! — подумал Портено. — Сукин ты сын».

— Где деньги? — угрюмо спросил он.

— Деньги?

Удивление Айрин выглядело совершенно искренним!

Она явно не понимала, что происходит, и от этого Чарли было еще тяжелей.

— Хватит дурака валять!!! Твой муж убил Френки Палоу из-за денег!!! Ясно?! Из-за денег, которые были украдены из казино! Где они?!!

Лицо Айрин заметно побледнело, хотя и не утратило природной красоты. Она была даже не растеряна. Раздавлена.

— Я… Я не понимаю, о чем ты говоришь… Какие деньги? Где Макси?

— Мертв! — рявкнул Чарли, и женщина сжалась, словно от удара. — Он мертв! Лежит в багажнике своего автомобиля! Хватит дурака валять!!! Где деньги?!!

— О, господи… — она запустила руку в волосы, обдумывая услышанное. — Подожди… Он привез с собой какой-то саквояж… Сейчас я тебе покажу…

Айрин развернулась и торопливо зашагала в глубь дома. Чарли последовал за ней, вновь утопив руку в кармане с «кольтом».

Черт возьми, а если у нее тоже где-нибудь припрятан пистолет? Она ведь неглупая женщина и прекрасно понимает, зачем он приехал сюда. К тому же мертвый Макси в гараже. А Айрин — свидетельница. Черт побери этого Хеллара.

Женщина миновала гостиную, длинный коридор, стены которого украшали акварели, и вошла в небольшой уютный кабинет. Чарли, идущий позади нее, моментально огляделся, оценивая степень опасности. Стол, ящики со стороны окна. Если в них и есть какое-нибудь оружие, Айрин не сможет быстро достать его. Но она и не повернулась к столу, а деловито шагнула к створкам встроенного шкафа, проговорив:

— Если их нет здесь — их нет нигде.

Пальцы Айрин сомкнулись на пластиковых ручках, и в ту же секунду ладонь Чарли впечаталась в дверцы, не давая женщине заглянуть внутрь.

— Отойдите в сторону! — приказал Портено, извлекая из кармана пистолет. Айрин замерла. Расширившиеся глаза смотрели на черный цилиндр глушителя. Чарли не стал повторять свои слова дважды, а просто схватил женщину за плечо и оттолкнул к двери. Не отводя от нее пистолета, он распахнул дверцу. На груде толстых ватных одеял стоял саквояж. Отличный, прочный, из натуральной кожи. Никелированные замки хитро поблескивали, ловя последние лучи прячущегося солнца. Чарли подхватил его за удобную ручку и, стараясь находиться постоянно лицом к Айрин, пошел к столу.

Женщина стояла у двери, не предпринимая ни малейшей попытки скрыться или позвать на помощь. Вся ее поза выражала покорность. Хорошо ли это было? Вряд ли. Чарли, пожалуй, предпочел бы, чтобы она попыталась убежать. Не так уж и не прав Макс Хеллар, подумал он. Я, действительно, не люблю драться.

А сейчас ему придется драться, но с самим собой, что ничуть не легче, а, скорее всего, еще и сложнее.

Чемоданчик звонко плюхнулся на стол. Замки щелкнули и… Внутри были тугие пачки денег, перетянутые банковскими ленточками. Купюры оказались, в основном, достоинством в двадцать и пятьдесят долларов. Чарли пересчитал один ряд, затем быстро проверил количество пачек и повернулся к Айрин.