Чтение онлайн

«Интересно, — подумал он, — какая глубина здесь?» В темно-свинцовой воде дно пропадало менее чем в футе от набережной. Впечатление было такое, будто дно просто отвесно уходило вниз, обрывалось как отрезанное острым ножом.

Еще один порыв холода мазнул Доминика соленой ладонью по лицу. Прицци вздохнул и взглянул на часы. Семь. В то же мгновение до него донесся звук шагов. Тонкие каблучки отмеряли секунды на мокром асфальте. Высокая женщина в светлом элегантном плаще медленно шла по набережной, рассматривая залив. Она никуда не спешила и ни разу не повернулась к стоящему у парапета старику. Просто прогуливалась, наслаждаясь осенним сырым воздухом, в котором витал терпкий аромат тления, поднимающийся от сопревшей листвы. Походка у женщины была легкой и грациозной, да и сама она отличалась поразительной, совершенной краcjтой.

Доминик выпрямился, подошел к скамейке и сел, открыв журнал и выставив обложку. Он наблюдал за женщиной поверх страниц. Все-таки семь часов, никого больше не видно…

А что, если это не она? — вдруг испугался Доминик.

— А если киллер вообще не придет? Нет, такого не может быть! Нс может быть! Он правильно назвал и место, и время встречи… А что, если это все-таки не тот человек?..

Женщина уже поравнялась с ним. Взгляд ее равнодушно скользнул по сидящему на скамейке старику, по названию журнала. Губы тронула легкая улыбка, которая могла означать что угодно: от удовлетворения, что заказчик уже здесь, до насмешки над абсурдом ситуации — одинокий пожилой господин сидит под дождем на совершенно пустой набережной. Ветер пронизывает его до костей, но он все-таки упорно сидит, дрожа от холода, и читает, точнее, делает вид, что читает научный журнал. Полный идиотизм!

Она сделала еще пару шагов, и Доминик вдруг с отчаянием понял: это не тот человек, которому он звонил. Не тот!

Внезапно женщина, словно решив для себя нечто важное, свернула, подошла к лавочке и села на другой стороне. Прицци затрясся от охватившей его радости. Она! Она пришла! Или все же…

Доминик взял журнал в правую руку и повернул так, чтобы женщина без труда могла прочитать название. Она вновь улыбнулась. Ее явно забавляло поведение старика. Волны с легким чавкающим плеском продолжали разбиваться о стенку парапета. За спиной желтые листья шептали симфонию осенней поры, а дождик слепо отстукивал им в такт.

Женщина задумчиво взглянула на зыбкий Джамайка-Бей, легко поднялась и пошла к воде. Остановившись у гранитного ограждения, она обернулась, и улыбка вновь тронула ее губы. Доминик вздохнул с облегчением. Сердце забилось быстрее, чем обычно, и ему пришлось на несколько секунд задержать дыхание, чтобы унять эту «барабанную дробь».

Не хватало еще упасть здесь мертвым. Сейчас, когда отмщение так близко.

Горло перехватило, и Прицци тяжело закашлялся, прикрыв рот слабой ладонью. Он встал и подошел к женщине.

— Вы принимаете заказы? — голос дрожал от волнения.

Она вновь улыбнулась и молча кивнула. Ветер перебирал ее волосы, играл с ними, как с океанской волной. Только эти волны были цвета золота. Повернувшись, Доминик и женщина медленно пошли вдоль по сонной мокрой набережной.

— Сколько это будет стоить? — вновь задал вопрос Прицци.

На этот раз она ответила.

— Это зависит от того, о ком вы говорите.

— Человек из Бруклина. Чарли Портено. Хотя вы все равно его не знаете.

— Чарли Портено? — переспросила женщина. В вопросе не было удивления. Скорее, желание удостовериться в точности имени.

— Да, — Доминик кивнул.

— Что он из себя представляет?

— Гангстер, — коротко ответил тот, но сразу же счел нужным добавить: — Убийца. Серьезный малый. И мне нужно, обязательно нужно, чтобы он умер.

— Несчастный случай? — равнодушно спросила она.

— Нет. Я хочу, чтобы это выглядело именно как убийство. И еще… мне бы хотелось, чтобы способ был очень болезненным.

— Хм… — женщина быстро взглянула на старика. — Этот парень, наверное, сильно не угодил вам.

— Хуже, — в голове Доминика вновь начала вспыхивать ненависть. Тавро раскалялось, выжигая ему глаза изнутри. Иссушая мозг до размеров грецкого ореха. — Я хочу, чтобы он умирал долго и мучительно. Но перед смертью вы должны будете назвать ему имя.

— Какое? — заинтересованно спросила она.

— Сперва я должен заручиться вашим согласуем, — выдавил Прицци. — Только после этого мы оговорим детали.

— Хорошо. Я согласна выполнить этот заказ. Но, как вы сами понимаете, он довольно специфичен и поэтому обойдется несколько дороже обычных ставок.

— Я заплачу, — прохрипел Доминик. — Сколько?!

— Семьдесят тысяч.

— Хорошо, — кивнул он и торопливо добавил: — Но вы должны будете представить мне доказательства!

— Разумеется, — спокойно подтвердила женщина. — Какие именно доказательства вас устроят?

— Фотография тела… или… или отрезанное ухо. И магнитофонная запись всего… процесса… Я хочу слышать его крики и то, как вы назовете имя.

— Вы не доверяете мне? — усмехнулась она.

— Нет. Вам доверяю, но мне важно услышать, как он станет выть, когда вы назовете ему это имя.

— А почему вы думаете, что он обязательно будет выть? — поинтересовалась она.

— Он должен выть, — упрямо повторил Доминик. — ДолженI

— Ну хорошо, — согласилась женщина. — Что за имя я должна назвать?

— Мейроуз. Так и скажите: «Мейроуз». И он завоет!

— Договорились.

— Когда вы выполните заказ? — Доминик задыхался от волнения. Казалось, еще секунда, и его хватит апоплексический удар. — Когда?

— Через неделю, — ответила она.

— А почему не раньше? — Доминик прищурился. Было очевидно: его бы воля, он отвел бы ее прямо сейчас и сам бы посмотрел, как Чарли станут рвать на куски.

— Почему не раньше?

— Нужно время на подготовку, — ответила женщина.

— Затем, аванс. Вы должны передать мне половину суммы.

— Я сделаю это завтра, — едва не заорал он.

— Но мне все равно придется некоторое время наблюдать за ним. Учитывая то, что он сам — профессиональный убийца, я хотела бы быть уверенной, что все пройдет как надо. Еще. Мне понадобятся сведения о жертве. Адрес, телефон, словом все, что вы знаете. Остальное я выясню сама.

— Хорошо. Я буду ждать вас завтра у входа в нью-йоркский аквариум в полдень, на углу Боардволк и Восьмой Вест-стрит. Там всегда много народу, и мы не будем привлекать внимание.

Женщина улыбнулась такой, немного наивной, конспирации.

— О’кей, — сказала она. — Я буду там завтра в полдень. Теперь слушайте меня. Сейчас я уйду, а вы еще несколько минут постоите здесь, а затем не спеша идите к выходу. Мне не хотелось бы, чтобы нас видели вместе. До завтра.

— До завтра, — немного обескураженно ответил он.