Чтение онлайн

Описание движения Д. Михаиловича было бы неполным без упоминания еще одного регионального явления, не столь значительного по численности и влиянию на развитие военных событий в Югославии, но крайне индикативного, чтобы понять суть военных стремлений ЮВвО. Речь идет о «югославянской идее», которая не покидала лидеров ЮВвО в течение всей войны, хотя и не выходя на первый план, но постоянно оставаясь в фарватере равногорской историографии: от осеннего восстания в Сербии, когда И. Фрегл был расстрелян вместе с А. Миши-чем вместо Д. Михаиловича, и до весны 1945 г., когда генерал М. Дамьянович, по приказу Д. Михаиловича, пытался собрать под свои знамена словенских домобранов и группу хорватских проюгославских добровольцев из Приморья. Среди четников, убитых на Лошине, было и несколько хорватов-югославян, несколько сотен которых входило в отдельные итальянские части MVAC. В Боснии был и еще более экзотический случай, когда одна из добровольческих антикоммунистических мусульманских частей оказалась в составе ЮВвО как отряд мусульманских добровольцев. Летом 1944 г. в расчете на расширение этого явления командование ЮВвО даже приступило к изданию газеты «Восток. Вестник югославских мусульман», причем было выпущено не менее 4–5 номеров [275] .

Однако наиболее удачной «югославская сторона деятельности» оказалась в Словении на оккупированной Италией территории [276] . В годы войны в Словении, сначала в зоне итальянской оккупации, а во второй половине и в зоне немецкой оккупации (включенной в Рейх), действовали против партизан части словенских националистов «Белая гвардия», созданные по образцу сил Б. Джукановича в Черногории и М. Недича в Сербии. Однако кроме них существовала еще и так называемая «Синяя гвардия», т. е. те офицеры и солдаты «Белой гвардии», которые втайне были лояльными ЮВвО (поддерживавшие радио- и курьерскую связь с Д. Михаиловичем и выполнявшие его разведывательные задания на территории Словении и Италии, в том числе после ее капитуляции). При этом ситуация была весьма похожа на сложившуюся в Черногории, т. к. словенские политики в эмиграции (М. Кик и А. Кухар) признавали «патриотическую роль» словенских националистов в борьбе с коммунистами, несмотря на неудобность этой позиции на территории под контролем англо-американцев. Таким образом, «Синяя гвардия» выступала в роли своеобразного алиби перед союзниками для более многочисленной «Белой гвардии».

Присутствие словенцев в штабе ЮВвО было заметно с самого начала восстания: майор И. Фрегл, капитан Р. Перхинек, подпоручик Т. Прекоршек и др. Чтобы усилить свое влияние в Словении, в сентябре 1941 г. Д. Михаилович послал в Словению своего специального курьера — подпоручика Т. Пре-коршека с инструкциями и письмом на имя майора К. Новака.

В Словении уже знали о восстании в Сербии, и потому на призыв Д. Михаиловича отбыли майор К. Новак и полковник Я. Авшич, которые порознь и с фальшивыми документами успешно добрались до Равна-Горы. Д. Михаилович назначил полковника Я. Авшича командующим силами четников в Словении, а майора К. Новака — ею начальником штаба. Однако по возвращении в Словению полковник Я. Авшич передумал и присоединился к более активной и агрессивной партизанской фракции повстанцев [277] .

Майор К. Новак стал первым лицом ЮВвО в Словении и начал организовывать подполье в соответствии с инструкциями, полученными от Д. Михаиловича. После неудачных попыток выступления повстанцев в итальянской зоне оккупации в Словении словенские министры королевского эмигрантского правительства призвали по радио народ проявить мудрость и терпение и ориентироваться на движение Д. Михаиловича. К. Новак принял участие в организации добровольческой «сельской стражи», видя в ней способ легализации своих сил по модели четников в Сербии. Основную роль в формировании этих частей сыграл все же Э. Ламберт, активист самой популярной словенской партии Католическая акция. Итальянцы преобразовали «сельскую стражу» 6 августа 1941 г. в части MVAC. К июлю 1943 г. ряды MVAC в Словении насчитывали 6134 человека: 5064 человек в 107 гарнизонах и Люблянской городской страже, 953 в Легионе смерти (полк из трех батальонов, выдвигавшихся в случае нападения на гарнизоны по приказу местного итальянского командования) и 117 добровольцев в качестве проводников и переводчиков, разделенных повзводно в боровшихся с партизанами в итальянских батальонах охотников на партизан [278] .

К. Новак утверждал, что все командиры «сельской стражи» приняли оружие от итальянцев, но принесли перед ним тайную присягу югославскому монарху. Однако отличием словенской ситуации от ситуации в Сербии и Черногории было то, что там лишь часть сил была «постоянно легализирована», а другая часть находилась на иллегальном положении, балансируя между враждой с оккупантами и подписанием с ними перемирий. В маленькой и законопослушной Словении такую аферу провернуть не удалось. Согласно донесениям из Словении, «…в августе 1942 г. появился первый иллегальный отряд в регионе Нижняя Краина… Иллегальный отряд был слишком слаб, чтобы выжить в окружении коммунистов в горах, и ему пришлось присоединиться к белой гвардии» [279] . Всего за годы Второй мировой войны в отрядах, полностью подконтрольных руководству «Синей гвардии», действовало около 300–600 четников ЮВвО.

Командующий силами ЮВвО в Словении майор К. Новак отбыл в качестве представителя Д. Михаиловича при штабе союзников в Италию в сентябре 1944 г., где он получил сообщение эмигрантского правительства о присвоении ему звания подполковника, по представлению Д. Михаиловича. После него словенскими четниками управляли полковник (позднее бригадный генерал) В. Ваухник, капитан 1 — го ранга А. Клинар-Хрен, а также полковник (позднее дивизионный генерал) И. Прежель-Андрей. «Синяя гвардия» в 1944–1945 гг. нелегально действовала и под германской оккупацией. В конце войны вновь были восстановлены нелегальные отряды «Синей гвардии»». Однако куца большую пользу «Синяя гвардия» принесла, действуя в режиме подполья, представляя собой логистическую агентурную сеть, использовавшуюся английской и американской разведкой при проникновении в Рейх. Информация о принадлежности к подполью ЮВвО известных словенцев (А. Байт, Л. Штукель, X. Мейстер), ставшая известной в 1999–2006 гг., изменила мнение историков о «Синей гвардии» и об ее вкладе в борьбу ЮВвО против Третьего рейха [280] .

Поздней осенью 1944 г. генерал Д. Михаилович оказался в ситуации, когда победа Тито в гражданской войне стала казаться неизбежной. Тито держал под своим контролем восточную часть страны, его партизанские отряды действовали и на еще не освобожденных от немцев западных территориях страны; англо-американцы, как и СССР, признали Тито; королевское правительство воссоединилось с правительством Тито (договор Тито — Шубашич). В этих условиях выбор у Д. Михаиловича было невелик: либо бороться до конца, надеясь на чудо, либо уйти из страны, признав дело проигранным. Практических путей к спасению было несколько. Д. Льотич и М. Недич, соединившиеся в Словении с четниками М. Джуича и Д. Евджевича, в конце 1944 г. — начале 1945 г. неоднократно обращались к Д. Михаиловичу с предложением перейти в Словению, откуда можно было бы легче выйти к союзникам. Возможность такого выхода из ситуации неоднократно упоминается между Д. Михаиловичем и его различными корреспондентами в радиообмене за период с 12 декабря 1944 г. по 7 апреля 1945 г. [281] Однако Д. Михаилович был непреклонен — в радиограмме Д. Льотичу в Словению от 21 марта 1945 г. генерал отвечал из Боснии: «Мы стремимся в

Сербию — это наша цель», убеждая Д. Льотича, что в Сербии еще не все потеряно, что народ ненавидит коммунистов и т. д. [282] Предложения об эвакуации из Югославии осенью 1944 г. поступали и от западных союзников. Подполковник Р. Макдауэлл перед своим отлетом в ноябре 1944 г. предложил генералу покинуть страну вместе с ним, но Д. Михаилович решительно отказался [283] . В письме от 18 ноября 1944 г. М. Топалович (супруге Ж.Топаловича) генерал писал: «В Вашем письме Вы упоминаете и крайнюю возможность — нашу эвакуацию. Однако народ продолжит борьбу, и я вместе с ним, до последнего. Определенное число командиров, к сожалению, проявили стремление скрыться за границей. Я это решительно пресекаю, хотя может быть в дальнейшем, тех, кто бы хотел уйти за границу, будет больше, что для нашего дела не было бы полезным. Мы должны остаться с народом. Я очень благодарен Вам за Вашу заботу о моей безопасности, но я, честно говоря, фаталист и верю, что судьба каждого человека предрешена. Мы должны продолжать нашу борьбу, как нам Бог заповедывает. Мы глубоко уверены, что справедливость в конце концов восторжествует. Но нашим страданиям нет конца, и они тем тяжелее, что незаслуженны» [284] . Был ли уход на Запад (эвакуация с союзниками или через Словению) вариантом спасения? Вряд ли. Конечно, УСС и УСО не теряли интереса к движению Д. Михаиловича и самому генералу, полезному для оперативных комбинаций. Однако политическое руководство США и

Англии в период с ноября по декабрь 1944 г. уже договорились о том, чтобы выдать Д. Михаиловича по неизбежной просьбе И. Тито. В глобальной геополитической партии конца войны это представлялось им логичным. Соответствующие решения были приняты на уровне Госдепартамента США, отказавшегося принять Д. Михаиловича на свою территорию, и британского Форин офис, не пожелавшего предоставить генералу место даже в Кении или на Маврикии [285] . Трудно сказать, знал ли генерал об этих настроениях, но его решение помогло сохранить его имя от осуждения на Западе (без которого выдача была бы невозможна) и до сих пор приносит посмертные плоды его единомышленникам [286] . В любом случае сдаваться генерал не помышлял, как не сдавался он осенью 1915 г. или весной 1941 г.

Планы Д. Михаиловича, отступившего осенью 1944 г. в Боснию, сводились к созданию в оставленных районах Югославии подпольной сети, которая, согласно его планам, должна была бы организовывать народное недовольство, заниматься подготовкой диверсий и в решительный момент поднять восстание. Для подготовки кадров к этой диверсионной войне Д. Михаилович, находившийся в то время в Центральной Боснии, решил формировать специальные диверсионные группы, которые он на английский манер назвал «коммандос» [287] . Это решение было выражено в Указе о задачах королевских «коммандос» [288] , принятом 4 декабря 1944 г. Этот указ известен также по номеру, как указ № 101. В нем Д. Михаилович констатировал, что Германия проиграла войну, но немцы все еще оказывают сильное сопротивление, связывая, таким образом, значительные силы партизан. Поэтому партизаны не имеют в «захваченной ими части Сербии» значительных свободных сил, их только что установленная власть еще недостаточно сильна и не приспособилась к работе. Исходя из этой обстановки, Верховное командование ЮВвО решило террором бороться с вражеской пропагандой, давая надежду народу, который выразит свое мнение на «свободных выборах», проведение которых обещали союзники. Задачи отрядов, предназначенных для переброски в Сербию, будут таковы: не дозволять стабилизации ситуации в пользу партизан; защитить и поддержать мирное население Сербии; вызвать своей борьбой интерес к судьбе сербского народа у всего мира; помешать созданию массовой поддержки партизанам; психологически и политически подготовиться к предстоящим выборам. Данные задачи предполагалось решать следующими способами: поддерживать духовную организацию народа; восстановить равногорские комитеты; наказывать преступников и предателей нации; совершать покушения на руководителей партизанского движения; вести последовательную и сильную пропаганду в пользу свободных выборов; собирать точную информацию о происходящем и доставлять ее Верховному командованию ЮВвО; подрывать и усложнять партизанские линии связи и коммуникации; стремиться свергать партизанскую власть в Сербии на местах, чтобы представители местного населения отказывались становиться ее носителями; вести все виды саботажа, чтобы не допустить улучшения ситуации в пользу партизан.

Для борьбы со стабилизацией партизанского режима в составе ЮВвО создавалось Командование королевских коммандос, подчиненное Верховному командованию ЮВвО. Руковод ителем Командования коммандос был назначен полковник Д. Павлович. Командованию коммандос было приказано организовать особые диверсионные курсы (школу коммандос при штабе ЮВвО) для подготовки кадров. Закончившие обучение королевские коммандос должны были перебрасываться в Сербию, а по прибытии к месту назначения вербовать и обучать новые кадры. Каждый королевский коммандос должен был получить псевдоним, личный секретный номер и документы на новые имя и фамилию для легализации в случае надобности, уничтожив перед выходом на задание все документы и письма о прошлых биографических данных. Строжайше запрещалось разглашать любые сведения о подготовке и о деятельности Командования королевских коммандос. В пояснительной записке (указ № 102) говорилось, что обучение в школе коммандос должно проводиться по следующим предметам: моральная подготовка, общевойсковая подготовка, специальная подготовка (для выполнения задач покушения, наблюдения, разведки и доставки), диверсионно-техническая подготовка (простейший саботаж, работа со взрывчатыми веществами, уничтожение объектов), пропагандистская подготовка (ведение пропаганды и выбор вербовочного контингента). Для уточнения направления деятельности королевских коммандос Д. Михаилович разработал также «Проект акций в Сербии», а также инструкцию «Краткие основы и наставления для деятельности коммандос». Территорию Сербии Д. Михаилович разделил на десять зон, каждую зону — на несколько областей, области— на районы, а районы — на участки действий отдельных ударных групп. Каждая зона, объект и район должны были получить отдельного командира со своим штабом. Школа коммандос, под руководством Д. Павловича, начала свою деятельность в Среднем в декабре 1944 г., а с января 1945 г. — в Модриче (Центральная и Северная Босния). Школа успела дать два выпуска курсантов— первый — 82, а второй — 37 коммандос [289] .