Чтение онлайн

Можно подумать, что он имел ввиду наркобизнес и его связь с властями и судьями, но нет, он говорил о недопустимости признания существования индейских народов Мексики, признания их коллективных прав.

Созданием Улиток и Хунт Хорошего Правительства, мы, сапатисты, решили осуществить на практике Договоренности Сан-Андреса и на деле показать, что мы стремимся быть частью Мексики (которой раньше мы не являлись, если, разумеется, не переставали быть самими собой).

Через год после рождения Улиток и хунт, наша страна действительно расчленена. Но не по причине индейской автономии, а из-за настоящей внутренней войны, безжалостного разрушения основ государства — таких, как контроль над природными ресурсами, социальной политикой, и национальной экономикой. Эти три основы национальной независимости, ослабленные в ходе сепаратистских и имперских войн, подрываются сегодня всеми тремя ветвями государственной власти.

Национальный контроль над нефтью и энергоносителями, например, — одна из целей проекта конституционной реформы, мертвым грузом лежащей сегодня в Конгрессе. Социальная политика (или государство общественного благосостояния) превратилась в нечто смехотворное — институты, занимающиеся этим вопросом сегодня стали всего-навсего благотворительными организациями, занятыми раздачей подачек. В результате секретных пактов, сопровождаемых шумными медийными кампаниями, исчезают важнейшие исторические завоевания трудящихся (случай МИСС — самый последний, но далеко не единственный). Национальная экономика уже давно перестала таковой являться. Сегодняшнее национальное производство — это масса промышленных отходов и воспоминаний, торговля монополизирована крупными транснациональными предприятиями, банковская система пронизана иностранным капиталом, а скачки финансовой спекуляции полностью зависят от мировых и вовсе не национальных факторов.

В переводе — все меньше работы и качество ее все хуже, все больше безработицы и временной занятости, высокие цены, низкие зарплаты, импортируется то, что мы можем производить сами, производство ведется не столько для внутреннего потребления, сколько для мирового рынка, для которого мы — лишь еще один макроэкономический показатель. Бедность уже становится уделом не только трудящихся, но и мелких и средних предпринимателей, богатых мексиканцев становится все меньше, хотя делаются они все богаче.

Вывод — федеральное правительство отказалось от выполнения своих функций и национальное государство рушится от ударов сверху, а не снизу.

Существует только одно слово, способное назвать процесс столь глубоких перемен, навязываемых нашей стране сверху и без попытки малейшей консультации с теми, кто внизу. Это слово — контрреволюция.

Единственный выход из этой ситуации — это воссоздание нашей страны заново. Путем нового общественного пакта, новой Конституции, нового класса политиков и новой формы делания политики. То есть необходима программа действий, но не та, что рекламируют политики и средства массовой информации, а другая, выстроенная снизу, из реальной национальной проблематики. Как вы увидите из этой и последующих частей видео, ничто из сделанного Хунтами Хорошего Правительства и автономными повстанческими сапатистскими муниципалитетами не подтолкнуло национальное государство к расчленению.

Тот, кто правит хорошо, должен делать это для всех, а не только для тех, кто ему симпатизирует или участвует в одной с ним организации, не только для тех, кто относится к его народу, культуре, цвету или языку.

Согласно нашему разумению, борьба за включение одного не является борьбой за исключение другого. Поскольку существование метиса не должно предполагать исчезновения индейца, наше признание себя теми, кем мы являемся, не предполагает отрицание тех, кто на нас не похож. Эта же самая логика касается и того, что связано как с индейским так и с сапатистским вопросами.

Хунты Хорошего Правительства — доказательство того, что сапатизм не стремится ни возглавлять, ни причесывать под одну гребенку согласно своим идеям и понятиям, мир в котором мы живем.

ХХП родились, чтобы служить и сапатистам, и несапатистам и даже антисапатистам. Их цель — посредничество между властями и гражданами, а также между различными властями разных сфер и уровней. Они это делали и продолжают делать. Год назад, при праздновании рождения Улиток и хунт, команданте Давид пообещал уважение тем, кто будет нас уважать. Мы выполняем это обещание.

В результате, Хунты Хорошего Правительства установили отношения взаимного уважении с различными общественными организациями, со многими из официальных муниципальных правительств, действующих на той же территории что и автономные, и в некоторых случаях даже с правительством штата. С ними происходит постоянный обмен мнениями и ведется совместный поиск путей к решению возникающих проблем путем диалога.

В отличие от федерального правительства, чей «уполномоченный» занят превращением за казеный счет своей функции в посмешище, правительство штата решило не проводить медийных кампаний (против сапатизма) и предпочло дать сигналы доброй воли и терпеливо ждать. Зная, что задачи у сапатизма не местного, а федерального масштаба, правительство Чьяпаса решило не становиться частью проблемы, а наоборот, постараться стать частью ее решения.

Тем временем, как дона Луиса Альвареса дурачат некоторые ловкачи, и заставляя его верить, что у них есть контакт с САНО, выуживают из него деньги и возят его то в один, то в другой конец, обещая ему личную встречу с «этим самым» (Маркосом), и он безрезультатно пытается создать «крестьянскую силу» для ПНД, раздавая стройматериал и солнечные батареи, правительство штата создало настоящую линию контактов с сапатистскими общинами.

В принципе мы не возражаем, чтобы правительство Фокса платило зарплату самозванному «уполномоченному за мирный процесс», но мы думаем, что оно должно было бы пересмотреть род его деятельности — вместо того, чтобы платить ему за поиск диалога с сапатистами (чего он не делает), ему следовало бы платить с целью экономии расходов антисапатистов.

Хунты Хорошего Правительства действовали вместе с правительством штата Чьяпас как посредники в случаях с похищеными СИОАК в Лас-Маргаритас, в решении вопроса по возмещению ущерба жертвам нападения в Синакантане, в организации выплаты компенсации крестьянам, пострадавшим в результате строительства шоссе в зоне сельвы Цельталь, в решении вопроса о «велотакси» на побережье Чьяпаса и может быть еще в каких-то других вопросах, о которых я сейчас не могу вспомнить. Когда вы откроете отдельные отчеты каждой из хунт, вы все это увидете, здесь нет ничего секретного. Основная наша работа все это время была направлена на то, чтобы избежать столкновений между индейцами.

Сейчас проводятся мероприятия по расследованию случаев недавнего убийства одного товарища из базы поддержки в Поло и изнасилования 11-летней девочки в Чилоне.

Уважение — это прежде всего признание, и Хунты Хорошего Правительства признают существование и юрисдикцию правительства штата и официальных муниципалитетов, и в большинстве случаев, официальные муниципальные власти и правительства штата признают существование и юрисдикцию ХХП. Точно так же Хунты Хорошего Правительства признают существование и законность других организаций, уважают их и требуют к себе уважения.

Только так, с уважением, можно о чем-либо договариваться и затем выполнять эти договоренности.

Несмотря на то, что вначале это заняло немало времени, сегодня, как люди, так и организации, не являющиеся сапатистскими и даже наши противники знают, что для решения любых проблем они могут обратиться в ХХП, что никто их там не арестует и не задержит (ХХП — инстанции диалога, а не наказания), что их вопрос будет рассмотрен и скорее всего удастся найти справедливое решение. Если же кому-нибудь хочется кого-нибудь за что-нибудь наказать, он должен обращаться в официальный или же автономный муниципалитет, но если его цель — поиск решения проблемы путем диалога и договоренности, к его услугам — Хунта Хорошего Правительства.