ЖАНРЫ

Четвёртое правило волшебника, или Храм ветров (Меч истины - 4)

Гудкайнд Терри

Шрифт:

– Шота, когда мы виделись в последний раз, ты сказала, что, если мы остановим Владетеля, ты будешь у нас в долгу. Ты попросила меня помочь Ричарду.

Мы остановили Владетеля. Это дорого стоило нам, но мы его остановили. Ты у нас в долгу.

– Да, я знаю, - прошептала Шота.
– Именно поэтому я послала Надину.

Кэлен почувствовала, как в ней снова вскипает ярость.

– Весьма странный способ выразить свою признательность, - угрожающе сказала она.

– Нет, дитя, - мягко ответила Шота.
– Ты смотришь на вещи, но глаза твои слепы.

Кэлен понимала, что должна помочь Ричарду, выяснив все, что возможно, - и защитить его, если придется. Но прежде она должна получить ответы, и, значит, придется терпеть эту уклончивую беседу.

– Что ты имеешь в виду?
– спросила она. Шота потягивала чай.

– Ты легла с Ричардом?

Вопрос застал Кэлен врасплох, но она быстро оправилась. Она небрежно пожала плечами и ответила равнодушно:

– По сути дела, да.

Шота отставила чашку и пристально посмотрела на Кэлен.

– Ты лжешь.

Радуясь, что в голосе Шоты проскользнули нотки испуга, Кэлен подняла бровь:

– Это чистая правда. Если тебе не по душе послание, будешь ли ты гневаться на посланца?

Глаза Шоты сузились. Ее взгляд был устремлен на Кэлен как стрела, лежащая - тетиве.

– Где, Мать-Исповедница? Где это было?

Кэлен торжествовала, видя, что Шота начинает злиться.

– Где? Какая разница где? Или ты решила стать не ведьмой, а сплетницей? Я была с ним. Нравится тебе это или нет, но это правда. Я больше не девственница.

Я была с Ричардом; все остальное не важно.

Пристальный взгляд Шоты стал смертельно опасным.

– Где?
– повторила она.

Тон ее был угрожающим, и Кэлен на мгновение забыла, что ей нечего бояться женщины-ведьмы.

– В обители между мирами, - сказала она с внезапной тревогой.
– Добрые духи... отнесли нас туда.
– Она запнулась.
– Добрые духи... они хотели, чтобы мы были вместе.

– Я понимаю.
– Пристальный взгляд Шоты остыл, и к ней вернулась улыбка. Боюсь, что это не в счет.

– Не в счет! Что, во имя всего святого, ты хочешь скачать? Я была с Ричардом. Вот и все. Ты споришь только потому, что это правда.

– Правда? Ты не была с ним в этом мире, дитя. В этом мире, в котором все мы живем. Стало быть, это не в счет. В этом мире ты все еще девственна.

– Чушь какая-то. Шота пожала плечами:

– Думай что хочешь. Я рада, что ты не была с Ричардом.

Кэлен сложила на груди руки.

– Этот мир или другой - какая разница. Я была с ним. Шота насмешливо выгнула бровь.

– Если так, почему же в этом мире вы не ляжете с ним, раз ты уже потеряла невинность, как утверждаешь? Кэлен моргнула.

– Ну, я... Мы... мы подумали, что лучше всего подождать, пока...

Звонкий смех Шоты рассыпался в утреннем воздухе.

– Вот видишь? Ты знаешь, что я права.
– Она снова принялась прихлебывать чай, хихикая между глотками.

Кэлен злилась, но чувствовала, что проиграла спор. Она постаралась напустить на себя уверенный вид и потянулась за чашкой.

– Если тебе хочется всякими формальностями вводить себя в заблуждение прошу. Я-то знаю, как было на самом деле, - сказала она.
– Но я не понимаю, почему тебя это должно касаться.

Шота посмотрела на нее.

– Ты знаешь почему, Мать-Исповедница. Ребенок Исповедницы обязательно наследует ее магию. Если у вас родится ребенок, это будет мальчик. Я велела вам обоим вспомнить об этом, прежде чем вы ляжете вместе. От тебя мальчик унаследует магию Исповедницы. От Ричарда - его дар. Такого опасного сочетания в мире еще не бывало.

Кэлен ответила, стараясь за терпеливым, вдумчивым тоном скрыть внутренний ужас, который охватил ее, когда она в очередной раз услышала это предсказание Шоты.

– Шота, ты могущественная ведьма и, наверное, действительно знаешь, что это будет мальчик. Но ты не можешь знать, что он непременно будет такой же, как большинство Исповедников в прошлом. Не все они были чудовищами. Ты не Создатель, чтобы знать это наверняка.

– Чтобы это знать, не обязательно видеть будущее. Все - не почти большинство, а все до единого - Исповедники были чудовищами, зверями, лишенными совести. Моя мать жила в темные времена, которые обрушил на мир Исповедник. А вы впустите в мир не просто Исповедника, а Исповедника с даром. Ты даже не можешь представить, какой это грозит катастрофой. Именно поэтому, если у Исповедницы рождается мальчик, она должна приказать мужу убить его. Ты любишь Ричарда и никогда не попросишь его об этом. У вас обоих не хватит сил это сделать. У меня силы хватит. Я уже предупреждала, что сделаю это, и могу еще раз повторить - в этом нет ничего личного.

– Ты говоришь о событиях далекого будущего так, словно они уже произошли, - сказала Кэлен, - но неизвестно еще, будет ли все так, как ты утверждаешь. А другие события уже произошли - и лишь благодаря Ричарду ты еще жива. Ты говорила, что, если мы с Ричардом замкнем завесу, ты будешь вечно нам благодарна.

– Я благодарна.

Кэлен наклонилась вперед.

– И в знак благодарности ты угрожаешь убить моего ребенка и пыталась убить меня, когда я пришла, чтобы попросить у тебя помощи?

Шота нахмурилась.

– Я не сделала ни одной попытки лишить тебя жизни.

– Ты приказала Самюэлю напасть на меня и теперь имеешь наглость упрекать меня в том, что я подготовилась к самозащите. Этот твой маленький негодяй набросился на меня. Не будь у меня оружия, кто знает, чем бы это закончилось. И это - твоя благодарность? Он сказал, что, когда ты закончишь со мной говорить, он меня съест. И ты ждешь, будто я поверю в твои добрые намерения?

Шота перевела свой пристальный взгляд на рощу.

– Самюэль!
– крикнула она.
– Самюэль! Быстро сюда! Приземистое существо выскочило из-под деревьев. Самюэль подбежал к Шоте и сел у ее ног.

– Хозяйка, - промурлыкал он.

– Самюэль, что я говорила тебе насчет Матери-Исповедницы?

– Хозяйка сказала, чтобы Самюэль встретил ее. Шота бросила взгляд на Кэлен.

– Что еще?

– Чтобы Самюэль привел ее к вам.

– Самюэль!
– Шота повысила голос.

– Хозяйка сказала, чтобы я не причинял ей вреда.

Поделиться с друзьями: