Четвертый позвонок
Шрифт:
– Джерри, милый, это же ничего не значит! И Чарли тоже сидел в тюрьме два раза. Да и Эрол! Он тоже был в тюрьме. За какую-то аморальность, кажется, а может - за воровство. Я уже не помню точно. Ах, Джерри, как я сейчас люблю тебя!
– Я совершил тяжкие преступления, - продолжал Джерри мрачно.
– Я гангстер.
– О-о, я обожаю гангстеров! Они такие смелые и сильные! Они не бояться даже смерти.
– Вот то-то и оно. А я боюсь...
– Тебе пока нечего бояться. Недели две по крайней мере. Мне нужно скорее поговорить с Чарльзом.
– О чем?
Джоан запнулась и не знала, что отвечать. Джерри почти грубо оттолкнул ее и сказал леденящим душу голосом:
– Актриса!
Джоан быстро обрела равновесие:
– В детстве я всегда мечтала стать актрисой. У меня находили способности, а кроме того, я похожа на Джоан Кроуфорд. Джерри, у тебя золотое сердце!
– Да, это так. Оно такое же твердое и желтое. Теперь его не возьмет и бриллиант. Ты сообщница в преступлениях своего брата. Сначала вы навязали мне чудовищно огромную страховку, а сейчас планируете несчастный случай и мою неожиданную гибель.
– Это неправда!
– воскликнула Джоан.
– Мы еще ничего не наметили. Ты просто выдумываешь. У тебя воображение... О, как ты жалок! Теперь я верю, что все европейские мужчины - трусы. Они хвастаются своей культурностью и не умеют драться.
– О чем идет речь?
– раздался вдруг низкий голос Чарльза.
Он открыл дверь своим ключом и вошел, на замеченный обоими супругами. Джерри невольно коснулся заднего кармана. Молоток был на месте. Он проверил и внутренний карман пиджака. Страховые бумаги были при нем.
– Что это за чемодан там, у дверей?
– спросил Чарльз.
– Я чуть об него ноги не поломал. Джоан, глоток виски у тебя найдется?
Чарльз, зевая, уселся на тахту и сдвинул шляпу на затылок.
– А в самом, деле, о чем это вы тут болтали?
– спросил он снова, когда получил свое виски.
Джоан и Джерри молчали. Лениво отхлебнув, Чарльз опять спросил:
– Что у вас, телефон испорчен? Я звонил весь день, и никто не подходил.
– Нас несколько часов не было дома, - проговорила Джоан как-то робко. Джерри возил меня в больницу...
– Он что, бил тебя?
– спросил Чарльз настороженно.
– Нет... Я упала на лестнице и сильно ушибла спину. Но теперь мне уже лучше, гораздо лучше. Только голова болит ужасно.
– Не надо так много курить, - посоветовал брат и перевел взгляд на Джерри.
– Ну, как твой бизнес?
– спросил он молчаливого шурина.
– Много сгреб сегодня чистенькими?
– Джерри немного устал, - поспешила объяснить Джоан.
– У него сегодня был тяжелый день.
– Деньги никому легко не даются, - заметил Чарльз.
– Кстати, я пришел сообщить, что страховка - о'кэй.
– Мы знаем это, - ответила Джоан, взглянув с опаской на мужа.
– Что творится с твоим супругом?
– спросил Чарльз.
– Ведь эти монголы такие болтуны! На другое-то они и не способны.
– Не обижай Джерри, - сказала Джоан.
Джерри стоял, не двигаясь с места, и смотрел на дверь, что звала на свободу. Джоан подошла к нему и спросила примирительно:
– Милый, ты хочешь виски?
– Нет, - коротко ответил он.
– Твой муж не понимает хороших вещей, - заметил Чарльз, встал и, потягиваясь, подошел к Джерри.
– Ну, старина, что ты скажешь теперь, когда твоя жизнь застрахована? Я действовал быстро и...
– И глупо, - закончил Джерри, вспоминая афоризм мистера Риверса.
– А-а, вот ты как?
– проговорил Чарльз, меняя тон.
– Если ты начнешь слишком раскрывать рот, я тебя живо успокою. Здесь страна сильных людей. У нас делать бизнес и драться - всегда готовы. Давно у тебя последний раз брали кровь на анализ?
Джоан поспешила вмешаться.
– Чарли, что ты так петушишься? Сядь на место и оставь Джерри в покое.
– Я голоден, - ответил братец.
– Пошли своего мужа на кухню.
Джерри стиснул зубы так, что хрустнули скулы; затем он решительно направился к дверям и взялся за чемодан.
– Не думаешь ли ты убраться назад, к себе на родину?
– осведомился Чарльз.
Джерри в ответ на это только презрительно усмехнулся.
– Прощай Джоан, - произнес он с горечью и стал отпирать дверь.
Но Чарльз в два прыжка оказался возле него и крикнул, загораживая дверь:
– Не вздумай только со мною шутить! Со мною и с моей сестрой! Если ты имеешь что-нибудь сказать - давай поговорим! Снимай пиджак и поговорим!
– Джерри, не уходи, - взмолилась Джоан, - я люблю тебя! Чарли, не дай ему уйти.
– Брось чемодан!
– крикнул Чарльз.
– Я готов.
– Я не дерусь с дураками, - ответил Джерри сухо.
– А я дерусь!
– заревел Чарльз и выхватил чемодан у Джерри.
– Я готов драться когда угодно с европейцами, а тем более с англичанами.
– Джерри не англичанин, он из Финляндии, - закричала Джоан, пытаясь помещать столкновению.
– Такой страны нет вообще!
– ответил разгоряченный брат.
– Есть, есть, - уговаривала Джоан.
– Это возле Кореи... Ах, боже мой, ну помиритесь как-нибудь! Как нехорошо, когда родные дерутся!.. Чарли, сядь, успокойся. А ты, Джерри, - пойдем на кухню. Я помогу тебе.
Решение Джерри было бесповоротно:
– Я ухожу!
Но едва лишь он нагнулся за чемоданом, как получил такой удар в подбородок, что отлетел на другой конец передней.
– Теперь ты, парень, больше не будешь фокусничать со своим молотком! крикнул Чарльз ему вдогонку.
– Я тебе покажу! Желтая рожа!
Джерри лежал ничком у стены. Одна его рука была согнута под животом, а другая, расслабленная, откинута в сторону. Он был в сознании, но не мог подняться. Закрыв глаза и насторожив уши, он решил притвориться, что лежит без чувств.
– Чарли! Что ты сделал?
– закричала Джоан в ужасе.
– Не подходи к нему! Пусть отдохнет: его разморило.
– А вдруг он умрет?
– Ты дурочка, Джоан. Как же я мог убить? Но что это за цирк тут у вас?
– Он хочет развестись со мною, - захныкала Джоан.
– А я старалась быть с ним такой хорошей!..