Чтение онлайн

Александр Михайлович тяжело вздохнул. Князь Донской, его первый учитель магии, оказался очень проницательным человеком. А ещё он смог сильно удивить Бродского, когда оказался на пороге его кабинета.

– Вы правы и не правы одновременно. Идея возникла у меня после очередного случая, в котором я, многие преподаватели и охрана школы сражались с ожившими иллюзиями. Достаточно сильно пострадал второй этаж.

– Это там у вас установлены защитные контуры Неймара?

– Совершенно верно. И они не выдержали. А в тот момент в школе находился только один из четвёрки. После произошедшего у меня был очень интересный разговор с Аристархом Павловичем Власовым.

– Правая рука Романова. Человек, который имеет практически неограниченные возможности внутри ведомства, – напомнил для себя собеседник Бродского.

– Всё верно. Власов мне тогда рассказал очень занимательную историю о собственном детстве. Правая рука Романова в подростковом возрасте был совершенно неуправляем и уже к одиннадцати годам несколько раз попадал в полицию с очень серьёзными обвинениями.

– Кажется, я начинаю припоминать. В то время только-только зарождалась традиция проводить соревнования по магии между имперскими школами.

– Всё верно. Так вот, столичной школой тогда руководил Эмануил Елисеевич Ромодин. Также правая рука Романова, но Дмитрия Ивановича – отца нынешнего главы тайной канцелярии. Он приметил Власова и пару лет безуспешно пытался наставить его на путь истинный. Но ничего не получалось. Никак парень не хотел слушать взрослых. Ему ничего не было интересно, кроме кутежа, драк и зажимания визжащих аристократок. А так как у парня оказались весьма специфические магические способности, относились к нему весьма снисходительно.

– Саша, ты сейчас описываешь половину моих студентов. Там каждый второй обожает курить, драться и зажимать аристократок, – рассмеялся князь.

– Это уже в университете, а Власов тогда обучался в школе. Совсем другой коленкор. Ромодин прекрасно понимал, что рано или поздно Власов доиграется, и его просто убьют, несмотря на защиту школы. И тогда он предложил парню представлять столичную школу магии на всеимперских соревнованиях.

– Погоди, кажется, я припоминаю, что фамилия Власов несколько лет подряд стоит на первом месте среди победителей олимпиады. Просто это было уже лет шестьдесят назад.

– Шестьдесят три, если быть точным, – поправил князя Романов. – Власов мне многое рассказал про то время и как он изменился после того, как появилась цель стать лучшим среди других магов своего возраста.

– Получается, что таким образом ты хочешь пробудить в детях чувство азарта?

– Таким образом я хочу, чтобы они все свои силы вкладывали в подготовку к олимпиаде и оставили школу в покое. После той выходки с иллюзиями мне с трудом удалось удержать четырёх преподавателей. Где я найду им замену? Да пока подходящий человек пройдёт необходимые проверки, мне самому придётся затыкать все дыры, и то этого будет недостаточно!

После этих слов старый князь начал смеяться. Долго, заливисто, пока не начал кашлять.

– Всё с тобой понятно, Саша. Либо разбираешься с детьми и пускаешь их неуёмную энергию в мирное русло, либо ищешь новых учителей. Незавидная ситуация, но и ничего страшного в ней я не вижу. Директор – это не только руководитель, но в первую очередь преподаватель, который должен давать свои знания детям.

На этот раз настал черёд Бродского смеяться.

– И это мне говорит человек, который в последний раз выходил за кафедру лет двадцать назад?

– Это другое, – даже не моргнув, ответил князь. – Под моим руководством почти шесть тысяч человек профессорско-преподавательского состава. А всего – больше шестнадцати тысяч сотрудников. И помимо них – тридцать тысяч студентов. Это школ магии в империи больше двадцати, а университет всего один.

– Сдаюсь, – поднял руки вверх Бродский.

– А у тебя, Саша, и полсотни вместе с охраной и уборщицами не наберётся. Да и учеников – три сотни максимум. Так что…

– Понял вас, Валерий Владимирович, – скривился директор Новослободской школы магии. – Но идея с выдвижением великолепной четвёрки на олимпиаду мне очень нравится.

– Да я и не отрицаю, что она хорошая. Вот только после того, как узнал об этом, сразу рванул к тебе. Все школы отправляют на олимпиады своих лучших дарований. А потом эти дарования попадают ко мне. Прошу тебя, сделай так, чтобы они не пострадали. Ни физически, ни психически. В первую очередь это безопасность империи.

– Я сам буду работать с детьми над подготовкой основного заклинания.

– Рад это слышать, – растянулся в улыбке князь. – А теперь не покажешь мне вашу знаменитую лестницу? Уже давно хотел на ней побывать, да как-то всё времени не было.

– Может, не стоит? Она давно не была на профилактике. Да и в магии мы её начали ограничивать. И вообще там пыли полно, и паутиной всё заросло, – как-то подозрительно нервно начал отговаривать Александр Михайлович.

Но по улыбке Донского было понятно, что старый князь не отступит.

Что же, в случае чего он сам будет виноват.

– Что думаете? – спросила Ленка, когда мы собрались после школы в парке.

Дане периодически нужно наведываться в свои владения, чтобы подзарядиться магией и ещё чего-то там – я не особо вникал, когда Мира рассказывала. Ну а мы пошли с ними за компанию: прогуляться, подышать свежим воздухом и решить, что будем делать с предложением директора.

– Думаю, что таким образом Александр Михайлович хочет обезопасить школу. Думает, что если мы будем заняты подготовкой к олимпиаде, то больше ни на что времени у нас не будет, – выдал очень здравую мысль Гришка.

Я сам думал о чём-то похожем.

Правда, Каспер сбивал постоянно. Говорил, что олимпиада по магии – это круто. Особенно когда в ней предлагают выступить таким соплякам, как мы. Обычно туда отправляют как минимум девятиклассников, а в основном – выпускников.

Каждая школа магии хочет занять первое место и получить грант от императорского рода. А это дополнительные магические расходники, переоборудование классов, установка новой защиты от магии и ещё куча всего, что обычно приходится получать за счёт бюджетных средств, которых не хватает даже на десятую часть всего необходимого.

Это как нам Бродский рассказал.

Хотя наша школа уж точно ни в чём не нуждается. Империя и аристо, чьи дети у нас учатся, следят за тем, чтобы имелось всё необходимое.

Сомневаюсь, что в других школах магии иначе. Пусть империя им и не помогает, но детей аристократов там точно больше. Значит, и вливаний в школу должно быть больше.

– Я за, – не стала разводить демагогию Ленка. – Всегда интересно поучаствовать в чём-то новом. К тому же я уверена, что мы сможем утереть нос другим школам.