Чтение онлайн

Навязал руководству ТНХК официальный письменный отчёт деятельности НИЦ (26.04.1993 г.), а работал НИЦ с большой нагрузкой в интересах действующих заводов ТНХК, обосновал важность для комбината иметь теоретически самостоятельный НИЦ, предложил генеральному директору несколько путей поддержки НИЦ. Толстов решил провести в НИЦ ревизию, после чего приступить к финансированию затрат НИЦ на энергоресурсы и доставку сотрудников НИЦ на площадку ТНХК. 07.07.1993 г. подписан первый целевой кредитный договор, в октябре следующий с выделением средств месячными долями при поступлении обосновывающих документов. Вспомните 1993 год — год дикой инфляции. Цены, зарплата индексировались, а вот стоимость подписанных долговременных хоздоговоров НИЦ не удавалось индексировать. Тем не менее, дебиторская задолженность НИЦ значительно превышала кредиторскую.

В марте 1994 г. возникли проблемы с банком. Даже при наличии денег на счету банк отказывался выдавать деньги на зарплату вследствие отсутствия прибыли по итогам 1993 г. Завязалась активная «перестрелка» письмами в треугольнике НИЦ — ТНХК — банк + бесконечные личные встречи с управляющим банка. Убеждён, на примере НИЦ банк пытался воспитывать ТНХК и крупные предприятия в его рамках. У НИЦ же не хватало средств на «нормальную» взятку работникам банка (шампанское и конфеты к празднику взяткой не считались). Весной 1994 г. старый кредит кончился, обратился за новым, получил отказ генерального директора ТНХК под предлогом отсутствия денег. Одновременно объявлено, что 300 млн. рублей ТНХК передаёт в качестве спонсорской помощи политехническому институту (я же просил 200 млн. руб. на год).

Вынуждено принял решение покончить с юридической самостоятельностью НИЦ. Собрал общее собрание акционеров НИЦ (10.06.1994 г.). Единогласно решено расторгнуть договор аренды с ТНХК с 01.07.94 г., передать имущество АОЗТ «НИЦ ТОМСКНЕФТЕХИМ» в счёт уплаты долгов комбинату. Толстовым и мной подписано соглашение о расторжении договора аренды. Одновременно Толстовым подписан приказ о создании подразделения ТНХК — НИЦ без права юридического лица, утверждено положение о НИЦ ТНХК.

Подписана доверенность директору НИЦ на осуществление всех финансовых операций с текущего счёта НИЦ. Доверенность исполнила роль аппетитной морковки для заманивания разбежавшихся зайцев в клетку (объединение самостоятельных подразделений под одну юридическую крышу ТНХК) и через полгода её можно было повесить на гвоздик в общественном сортире. Уже 22.12.1994 г. Толстов подписал приказ о закрытии текущего счёта НИЦ с ликвидацией ранее выданной доверенности. Всё бы ничего, но некорректно подписывать такой приказ, не поставив руководителя предварительно в известность. Понятно, что на финансово слабых (НИЦ, КИПиА, фабрика-прачечная «Кристалл») отрабатывалась модель перевода на полную (надо ли?) централизацию основных производств ТНХК.

С потерей юридической самостоятельности много проблем «слетело с плеч» и, самое главное, забота о своевременности выплаты зарплаты, уровень которой при переходе удалось резко поднять. С другой стороны, мгновенно почувствовалась разница. Сплошная тягомотина, интерес к работе подрубался серостью руководства ТНХК. И это при сравнительно неплохой личной зарплате порядка $700 (декабрь94 — январь95 2.5–3.0 млн. руб. при курсе $1 — 3600–4100 руб.).

Лишение самостоятельности при приёме серьёзных решений и внутренне отлаженная система деятельности НИЦ позволили мне использовать часть рабочего времени (без рекламы) для описания давно задуманной хроники ТНХК.

– --------—

Уважаемый читатель! Процесс приватизации ТНХК заканчивался, но в коллективе никто толком ничего не понимал. В сентябре 1994 г. прочитал в «Комсомольской правде» обращение Мавроди из следственного изолятора. Оказывается «МММ-инвест» имела в портфеле 18.5 % акций ТНХК. Новость ошарашивающая (для меня). Похоже, никто из руководителей ТНХК об этом и не подозревал, по крайней мере, Толстов заявил на правлении, что руководители фирмы, взявшейся вести реестр акционеров ТНХК, ему докладывали о наличии только мелких акционеров. Факт налицо: распространение акций ТНХК выпущено из-под контроля комбината и области. Всё из той же серии «сами с усами»!

1995 год

Возле проходной ТНХК масса «жучков», непонятно на кого работающих и предлагавших за акции живые деньги. В феврале 1995 г. поступила информация: «Биопроцесс», широко известный после приватизации Уралмаша, скупает акции ТНХК. И вот, наконец, 24.03.1995 г. состоялось первое общее собрание акционеров ТНХК. Отчёт Толстова, отчёт ревизионной комиссии. Организаторы собрания сделали всё, чтобы выступающих из зала не было. Пробился только известный в Томске экономист Е.Ф. Гавриленко. Запомнил высокомерное выступление Кахи Бендукидзе: мы лучше вас понимаем, что надо делать с комбинатом. После получения бюллетеня с перечнем кандидатов в совет директоров понял, все решения приняты за кулисами, ушёл с собрания, чувствуя полную бессмысленность участия в голосовании. Настроение отвратительное! В значительной степени на это повлияло полное отсутствие предварительной информации. Какими же дураками должны были чувствовать себя акционеры, рядовые работники ТНХК, хотя их и мало присутствовало (слишком много усилий приложено, чтобы люди не шли на собрание, а передавали доверенность своим начальникам). На мой взгляд, организаторы собрания Толстов и Шахов сознательно или несознательно неверно расставили акценты при его подготовке. И многократные последующие объяснения, что если бы договорились с Восточной нефтяной компанией, если бы голосовали по-другому, то ТНХК мог провести 4-го человека, тогда томские представители получали большинство в совете. Но история не терпит сослагательного наклонения. В совет директоров избраны 6 представителей группы Биопроцесс-Нипек, 3 — ТНХК, 2 — ВНК. Председатель совета директоров ОАО «ТНХК» — москвич М.А.Могутов.

Томск. 29.09.1995 г. В НИЦ праздник фирмы. Справа аудитор ТЮФ из Германии д-р Пирсторф.

23.05.1995 г. 9-е совещание по проблемам ТНХК.

Комбинат работал трудно, с большими простоями, в т. ч. из-за производственных неполадок. Так, в субботу (какое счастье!) 22.04.1995 г. в 17:20 произошёл объёмный взрыв большой силы на производстве диэтилалюминийхлорида. Бог смилостивился, обошлось без жертв.

Новые хозяева появились на ТНХК, интеллигентные ребята, кандидаты наук. Ждал, что кто-нибудь вспомнит о НИЦ. Не дождался, напросился на приём к председателю совета директоров Могутову. Поговорил, наслушался комплиментов и «подожди, сейчас не до тебя». Прошло несколько месяцев. В мае 1995 г. подготовил обширную записку для Могутова «Неотложные проблемы НИЦ» с очередной попыткой достучаться до первого руководителя ТНХК. Остро необходимы средства на пополнение парка лабораторного оборудования, большая часть которого отработала 15 лет. И особенно в связи с необходимостью аккредитации НИЦ как испытательного центра в Госстандарте России и ТЮФ-Рейнланд (ФРГ). Результат? Ни ответа, ни привета. Однако попытки выхода на совет директоров продолжал. Настоял на включении в график отчётов основных производств ТНХК перед советом директоров и НИЦ, раз в полгода в папку каждого члена совета директоров начал вкладывать обстоятельную аннотацию выполненных в НИЦ работ.

Томск. 23.05.1995 г. Ежегодное отраслевое совещание по проблемам и перспективам развития ТНХК. В центре руководитель томского отделения «Пластполимер» В.И.Берзин, справа представитель областной администрации В.И.Подкатов.

Отчёт на совете директоров состоялся 20.10.1995 г., надо ли объяснять, как основательно я к нему готовился. Впечатление осталось тягостное, единственный член совета, отнёсшийся доброжелательно — Могутов. Удивил жёсткий тон и амбиция технического директора ТНХК Рахматуллина, потребовавшего отклонить проект решения (мной подготовлен заранее) и передать на рассмотрение правления ТНХК. А ведь письменный текст доклада был представлен Рахматуллину (тот самый Раис, с которым в 70-е, будучи вызовниками, много вместе времени провели) за 5 дней до заседания, никаких вопросов мне не задавали. 27.11.1995 г. избиение продолжалось на правлении ТНХК. Практически отвергнуты все предложения, включая традиционную встречу с наукой в преддверии дня химика.

С большим трудом на техсовете 28.11.1995 г. всё-таки добился проведения юбилейного 10-го совещания по проблемам и перспективам ТНХК. Основное время планового техсовета занял вопрос о целесообразности совещания. Много труда приложили технический директор Рахматуллин и Иволгин (теперь он уже не заговорщик в НИЦ, а зам. технического директора) для убеждения в нецелесообразности вообще проведения подобных совещаний. Пришлось эмоционально доказывать что же дают наши традиционные совещания по проблемам и перспективам ТНХК. За 9 прошедших совещаний прочитано 1008 докладов, среднее число участников превышает 250 человек из 50–60 организаций десятков городов. На каждом совещании помимо пленарных заседаний проводятся 5–7 специализированных секционных, всегда к началу совещания выпускаются тезисы. Среди докладчиков академик В.Е.Панин, академик К.И.Замараев, директора института химии нефти Г.Ф.Большаков и Е.Е.Сироткина; профессора А.В.Кравцов и В.И.Верещагин (ТПУ), Г.Х.Рипп (СГМУ), А.Я.Розовский (ИНХС), В.А.Захаров (ИК); руководитель проекта ТНХК Е.С.Задорожный; ведущие специалисты «Пластполимера» Н.П.Шестак, П.Ф.Иваненко, А.А.Баулин; Ю.Г.Кряжев (Институт углеродных волокон); Г.А.Берг (БАШНИИНП) и многие другие учёные. Одновременно выступают ведущие специалисты ТНХК. Все последние годы выступали представители нескольких инофирм. Взаимовлияние несомненно положительно сказывается и на работниках ТНХК и на учёных.

Москва, Томск. Директор научно-исследовательского центра. Слева руководитель и организатор стенда ТНХК на международной выставке «Химия-95» (сентябрь 1995 г.).

Москва. Сентябрь 1995 г. Встреча с первым директором ТНХК В.С.Гетманцевым (справа) на международной выставке «Химия-95».

Разговор порой срывался на очень высокие ноты. Поимённый опрос всех участников техсовета дал однозначный ответ: совещание проводить, программу обсудить после сбора заявок на доклады. Голосование: против — Рахматуллин, Иволгин; воздержались — 2; за — остальные, человек 20. Активно возражал против совещания и генеральный директор. Удивительное агрессивное невежество Толстова и Рахматуллина. Внутренняя причина (я так думаю!): ощущение личной убогости при появлении на ТНХК научных светил мирового уровня. Большая разница с предыдущим директором Хандориным, по инициативе которого и началось проведение таких масштабных совещаний с привлечением участников из десятков городов СССР, даже иностранцев. На каждом совещании я выступал с большим докладом. Установлен порядок, генеральный директор открывает совещание в актовом зале ТНХК, я закрываю, а 9-е и 10-е мне пришлось и открывать. 10-е совещание удалось организовать и провести в традиционную неделю перед днём химика, и оно оказалось последним.

– --------—

Уважаемый читатель! К середине 90-х положение на ТНХК ухудшилось, как и в целом в России, в связи с уменьшением платёжеспособности предприятий. В 1993-95 гг. ТНХК оставался на плаву за счёт завода метанола. Несколько крупных аварий в мире, привели к увеличению экспортного спроса, причём цена тонны метанола подскочила в несколько раз. Остальные производства работали от случая к случаю, заводы этилена и полиэтилена начали выпускать продукцию в декабре 1993 г. и быстро остановились из-за отсутствия сырья — прямогонного бензина. Именно прямогонный бензин является базовым сырьём для выпуска полипропилена и полиэтилена, о нём много говорят последние 20 лет руководители разного уровня, но вопрос стабильной поставки бензина на ТНХК не решён.