Чтение онлайн

– Саш... что будем делать?
– пробормотала мама, тихо подойдя ко мне.
– Нельзя оставаться на улице! Хоть оборотней и стало гораздо меньше, они...
– мама вздрогнула, борясь с подкатившим к горлу комом.

Я глянул на остальных: Арина с интересом глядела по сторонам и даже пыталась слезть с Настиных рук. Да уж... маленькие дети боятся только резких движений и звуков. Общечеловеческие страхи им прививают родители. Дай малышке поиграться отрубленной поросячьей головой, она с радостью начнет обсасывать уши да выводить окровавленными пальцами каракули.

Хотя, с другой стороны, не пытайся Настя сейчас крепиться и разрыдайся в голос, дочь бы тоже забеспокоилась.

Но больше других меня удивлял Витя. Мальчишка не плакал, а гневно сводил брови. Его губы яростно подрагивали после каждого выдоха.

– Саш, ну что?..
– вновь повторила мама.

– Тс-с, - приставив палец к губам, я прислушался.

– Кто-то едет!
– обрадованно воскликнула Настя.

– И рычит...
– медленно добавил я, повернувшись на звук.

Шум стремительно приближался, и спустя несколько секунд из-за угла дома на всех парах вылетела черная «Тундра». Не успел я облегченно выдохнуть, как заметил трех люмпусов, по-собачьи скачущих за ней.

– Оставайтесь на месте! Машина остановится - быстро прыгайте на заднее сидение!
– крикнул я, бросившись навстречу пикапу.

– А ты?
– донесся до меня встревоженный голос матери.

– Не спорь!
– даже не взглянув на нее, бросил я, целясь в голову самому быстроногому волкодлаку.

Треск автоматной серии спугнул с ветки синицу, недоумевающую, отчего в кормушке снова нет сала.

Напуганная выстрелами, вновь закричала Арина. Под ее визг я без устали жал на курок, даже с двадцати метров различая голубоватые всполохи энергетического щита.

Рожок непозволительно быстро опустел. К этому времени «Тундра» уже замедляла ход, свистя шипами.

– Живо садитесь!
– через опущенное стекло крикнул Арсений. Взгляд телепата намертво прилип ко второму из люмпусов. Неожиданно для себя монстр перестал перебирать лапами и по инерции покатился вперед. Бежавший за ним волкодлак отпрыгнул в сторону, в последний момент избежав столкновения.

Все происходило так быстро, что размышлять и просчитывать ходы не представлялось возможным. По большей части действовал на инстинктах. Понимая, что подствольник почти в упор не вариант - сами получим, и машина пострадает, я уповал только на трансформацию материи. Еще по пути домой думал о том, что, в отличие от других, я почему-то не зациклен на определенном материале и не ограничен в конечных результатах. Мне уже довелось изменять стекло, гранату (состоящую из множества компонентов) и даже артефакт. Почему не попробовать подчинить воду?

Ощутив уже ставшее привычным тепло в правой руке, я отбросил калаш и с размаху влепил ладонью в десятисантиметровый слой снега у ног. В голове уже имелось представление, что хочу получить. Под снежным покровом будто проползла змея, устремившись к трем люмпусам. Настигнув жертву, она выскочила из укрытия, точно гидра, ощетинившись десятком голов.

– Хр-р-р...
– прохрипел тот волкодлак, в которого я спустил целую очередь. Белоснежное копье пробило насквозь его мохнатую грудь. Инопланетянин умер мгновенно, и его мертвое тело медленно поползло вниз, все сильнее насаживаясь на ледяную пику.

Двух других спасли полные щиты. Белоснежные змеи уперлись в непробиваемую преграду. Но не растерялись, силками сжав люмпусов и лишив их возможности сдвинуться с места.

– Добьем тварей!
– заревел Федор, выскочив из машины и трансформировав топор.

Мама с Настей и детьми уже успели разместиться на заднем сидении. Но мы трое, похоже, рассуждали одинаково - нельзя оставлять хищников в живых. Схватив бластер, я выстрелил в голову одному из них. Черт! Все еще щит! И мне до сих пор недоступны его цифры.

– Федор! Добей!
– рявкнул Сеня, заметив, что белоснежные змеи начали стремительно таять.

– Угу!
– гикнул танк и двумя ударами прикончил подстреленного мной люмпуса.

Остался один враг. Яростно скалясь, он выл в небо, не в силах вырваться из-под контроля телепата. Все вместе мы быстро отправили его вслед за другими членами стаи, тем же способом, что и самого первого, выскочившего из подъезда.

– В машину! Быстро!
– скомандовал Арсений, распахнув пассажирскую дверь.

На заднем сидении «Тундры» разместились трое взрослых и два ребенка. Мысленно я оценил проворность телепата, занявшего удобное сидение впереди рядом с водителем, хотя его тощей заднице самое место там, где оказался я.

– Куда едем?
– деловито поинтересовался Федор, стоило машине выскочить из двора на бульвар.

– Прямо, - ответил Арсений.
– Нельзя останавливаться. Но нужно решить, как будем жить дальше.

– Спасибо вам, ребята, что помогаете Саше, - вставила свои пять копеек мама.

– И за то, что спасли нас, - добавила Настя.

– Круто вы их!
– восторженно выпалил Витя. Малец глядел на нас сияющими от восторга глазами.
– Пулями! И магией!
– больше всего радости он излучал, рассматривая меня. Будто в первый раз видел, ей-богу...

– Тише, Вить, - одернула его мать. Парень надулся и отвернулся к окну. Настя же продолжила, встретившись со мной взглядом: - Не ожидала, что ты придешь нас спасти.

– Ага, Саш, где ты был раньше?
– тут же насела на меня мама.

– Трескотня потом!
– довольно в резкой форме перебил женщин Арсений. А в следующий миг я ощутил вспышку его воли в сидящей рядом матери. С ужасом глянул на нее. Ничего не изменилось. Совершенно. Да и воля ощущалась не так, как в Федоре. В случае с танком наш телепат залезал тому в голову. Здесь же... будто стукнулся о череп и, не пробившись, убежал.

Оп! Еще одна вспышка воли! На сей раз хотел подчинить Настю. Тот же результат!

Едва заметно улыбнувшись, я увидел, как парень сжимает кулаки. Ха! А по пути в отчий дом я до последнего опасался, что спасем маму и папу, а он их подчинит и натравит на меня же... Неужели не может управлять обычными людьми? Другого объяснения у меня нет.

Хм... папу... Не сейчас! Нельзя отвлекаться!

Выдохнув, я твердо проговорил:

– Нам нужно найти убежище. А перед этим разжиться припасами, вещами и топливом. Кое-что у нас, конечно, есть. Но этого мало. Да и машину еще бы одну приобрести не помешает.

Я знал Настюху с самого детства. Ходили в один детский сад, затем восемь лет учились в одном классе (наша параллель была последней в школе, перескочившая через четвертый класс). Потом я поступил в десятый, а она в педагогический колледж. До этого момента мы плотно дружили и даже пару лет встречались (если этот термин применим к отношениям двенадцати-четырнадцатилетних подростков), после же стали видеться редко. Привет-пока, ну и несколько раз отмечали Новый год у нее дома нашей старой компанией.