Чтение онлайн

Обсуждение среди баб:

– Ишь, как вьют круг, ровнехонько, одна за другой поспевают.

Другой молодухе понравилось, как идут девушки рядками, с поклоном то ли морю, то ли родному дому.

– Хорошо идут, как холсты расстилают.

Да, молодухи вздыхают, иные и слезу пускают: еще в прошлом году хоровод водили.

Пожилые, матери женихов, все оценивали с практической точки зрения. Их не хоровод интересовал, а девушки.

– Тяжело ступает Дарья, но уж в работы хороша, могутна девка, дельна невеста будет.

– Марфуше-то не привалило счастье, с лица нехороша, большеноса, когда какой жених возьмет.Матери невест присматривались к женихам, женихов обсуждали.

Огнейка – подросток. Все радостно, все интересно вокруг. К Юре Сорокину она просто привязалась. Носит ему постиранное белье. Тот одаривает ее конфетами.

В страду Юра едет с братом Огнейки на Хорсу. Приходит Огнейка. В новом платье. Собирает ягоды.

– Юра, да ведь Огнейка в тебя влюбилась, – говорит брат.

И это слышит Огнейка. Сердце – тук-тук.

– Огнейка, а хочешь я тебя увезу в город? Не боишься?

– Нет.

– Смелая.

Вечер. Огнейка слышит в избе разговор брата с Юрой о любви. Тот рассказывает о студентке. О любви… Высокой… Пламенной.

Огнейка расплакалась. А дома спрашивает мать:

– Мама, а за политических ссыльных можно девушкам выходить замуж? Вернее – можно ли им жениться?

– Можно, наверно. Тоже люди…

Юра на сенокосе. Кто-то жалуется из мужиков. Просит совета. И Огнейка думает: какой он умный. Мужики советуются с ним.

Огнейка по-детски влюблена в Юру. И мучает его, и своей наивностью часто ставит в тупик.

– Ты на ком потом женишься? Возьми меня в жены. Я прясть умею. Я все умею. А ты чего умеешь? Пахать не умеешь, дрова рубить не умеешь. Рыбу ловить не умеешь. Да с тобой помрешь с голоду. Какой же ты муж? Видал, как мужики-то у нас? Что делают? А ты ничего не умеешь. Ну пошто так? А? Откуда ты такой взялся? Неужели все там такие? А как вы жили? Кто вас кормил?

И тут Юра рассказывает о городской жизни, о городе, о матери. Показывает карточку… Агния настояла, чтобы и другую карточку показал.

– Барышня. Мама, он барышню носит. Я видала таких. В монастырь приезжали… А она только в ситцевом ходит? И завсе?

– Как завсе?

– Завсе не знает. Кажинный день.

– А в чем же она должна ходить?

– Пестрядинное у нее есть? Мы завсе-то в пестрядинном ходим.

– В городе не носят.

– Совсем?

– Да.

– Вот хорошо-то. Краса в городе-то жить. А кто она?

– Знакомая девушка.

– Ну-ка, дайте поглядеть. Баская.

Юра вопросительно взглянул.

– Красивая, значит…

– Так это она невеста?

Юра, мучительно покраснев, пожал плечами.

– Мама, мама, – закричала Огнейка, – у него невеста.

И тут она окончательно смутила Юру.

Анисимова, от природы деликатная и чуткая, помогает ему оправиться. Огнейка после некоторого молчания наклоняется к его уху:

– А сыспода-то у нее тоже ситцевое?

Юра, не сразу поняв, о чем спрашивает Огнейка, готов провалиться сквозь землю.

– Чего она? – спрашивает мать.

– Да, в общем, так…

– Я говорю, нижняя-то рубаха у нее тоже из ситца?

Мать только покачала головой.

Когда Огнейка пошла первый раз на вечерянку, она пригласила и Юру.

– Глупая, – говорит мать. – Интересно ему с морошкой.

Но Юра приходит. И Огнейку он не узнает, ведет себя степенно, кланяется. Юре интересно было наблюдать деревенских девочек, во всем подражавших взрослым… И ребята, подражая взрослым, женятся.

– Весело ли у нас? – спрашивает Огнейка.– Весело, – сказал Юра. И он не врал.

Замужество Огнейки. Жертвует собой ради брата. Ефтя Дурынин, как мог только, издевался над Огнейкой. Он показал себя. За все расплатился: за унижения, за высокомерие… И ему, садисту по натуре, доставляло ни с чем не сравнимое наслаждение помыкать ею, унижать, заставлять ее выполнять самые низменные желания, топтать…

Огнейка сперва боится Максима, свекра. А потом убеждается: добрый.

Скоморошье гнездо и древнее благочестие – вот мир, в который попала Огнейка.

Жизнь на Лае. Одиноко. Скучно. Все в работе. Но иногда выйдет к реке, сядет на бережок и смотрит на Копани. Там другая жизнь. Близко, но не ускочишь.

Проплывали паромы. Кричали мальчишки: верховцы – опалены овцы. Кидали каменья. И она когда-то кидала. Куда они плывут?

Есть где-то другой мир. Щепоткины, город, брат. Шумно, светло. За что же ее брат, как в тюрьму, засадил?

Потом извещение – погорел второй брат. Ради кого же все эти жертвы?

Хотела уйти от мужа. Мать не пускает, плачет.

Огнейка, словно после долгой и тяжкой болезни, вышла к реке, села на бревнышко, вмытое в песок.

Ярко светило солнце, в воде у ног, на неимоверной глубине, огромными белыми стаями клубились облака, по поверхности реки проплывала кора…

А за рекой, на самой горе, погруженная в полдневную тень, стояла родная деревня, под деревней луга…

Какая-то девушка бежала к реке, легко, беззаботно. Так же и она когда-то бегала. А теперь? Где радость? Где счастье? Что сделалось с ней?

И хоть бы польза была какая-нибудь от этого? А то ведь Ивана в армию отдали…

Хотела уйти от мужа. Мать не пускает, плачет.

Проводы мужа в солдаты. И тогда – разгул: вот вам за все…Агния и Юра

Первая встреча после революции… Юра, оказавшись в Копанях, первым делом идет к Порохиным. Невесело. А Агния?

– Агния… Стыдно сказать… Пропащий человек. Мать родну не признает.

Федосья рассказывает историю замужества, падения. Юра идет за реку. Пьяный перевозчик: