Чтение онлайн

Толковый словарь под редакцией Н. Шведовой и Словарь ударений Ф. Агеенко и М. Зарвы предлагают нам только один вариант: «нет будней». Однако в других словарях нет и намека на единство. Орфоэпический словарь под редакцией Р. Аванесова разрешает выбирать – или «будней», или «буден». Никакой принципиальной разницы между двумя этими формами не видит и Словарь-справочник лексических трудностей русского языка А. Семенюка. То есть когда мы с коллегами или с приятелями разговариваем на досуге о наших буднях, в общем, совершенно неважно, как мы будем говорить – «будней» или «буден». Зато если мы попадаем в ситуацию более официальную, строгую, лучше придерживаться формы «будней» – так оно вернее.

Кстати, вы наверняка помните, что есть «будний» и «будничный». «Будний» относится к будним дням, непраздничным. А «будничный» – к той самой повседневной обыденности. Есть в современном толковом словаре даже форма «буднишний», через «ш», но ее, кажется, стали совсем уж редко использовать.

Ну и надо ли напоминать, как похожи слова «будни» и «будильник»! И ведь не случайно: славянское *budьnь от глагола *buditi (будить). Будни – это и были дни, когда будили на работу.

Знаете ли вы, что слово «деньги» – не русское по происхождению, а заимствование (скорее всего, из тюркских языков)? И такие вот «иностранцы» в нашем языке буквально повсюду. Приходит человек утром на кухню и говорит жене: «Дай-ка мне с собой парочку бутербродов с колбасой, я позавтракать не успеваю».

Вот вам, пожалуйста: он даже и не заметил, как произнес иностранное слово. Оно скрывается под привычной, «свойской» маской слова «бутерброд».

Во-первых, слово произносится как /бутэрброд/, с твердым «т», и никак иначе. На таком произношении настаивают все известные словари: Словарь ударений Ф. Агеенко и М. Зарвы, Орфоэпический под редакцией Р. Аванесова и Толковый словарь иноязычных слов Л. Крысина. Именно так обычно бывает с иностранными словами.

Теперь о происхождении. В последнем из перечисленных словарей, где наш «бутерброд» располагается по праву, указано, что слово это по своему происхождению немецкое (butterbrot) и в немецком языке произносится практически так же, как в русском. «Хлеб с маслом» – вот что это такое по-немецки! Постойте, можете вы возразить, но ведь мы преспокойно говорим, например, «бутерброд с колбасой», «бутерброд с рыбой», «бутерброд с икрой»… Что же получается, обязательно должно быть масло – иначе это уже не бутерброд?

Совсем не обязательно! Это же, как-никак, русский бутерброд. А если серьезно, то слово, перебравшись в русский, несколько изменило значение. У нас это – ломтик хлеба с маслом, сыром, колбасой, икрой, с чем захотите. Мы можем даже сказать «бутерброд с маслом», хотя с точки зрения немецкого оригинала это тавтология. А у нас вот нет! Главное – чтобы кусочек хлеба был, с остальным мы разберемся.

Слово «бутик» у нас любят. Так любят, что как только его не произносят, как только не склоняют: зазывают в «бутики», низкие цены обещают в «бутиках», а иногда даже в «бутиках». В общем, слово быстро обжилось в русском языке и ведет себя всё свободнее, всё раскованней.

Тем не менее, словари эту раскованность не одобряют. Единственное число, именительный падеж: «бутик». Не «бутик», а именно «бутик», поскольку это французское слово, прямое заимствование. Boutique по-французски означает лавочку, лавку, небольшой магазинчик. Французы вполне могли назвать так раньше и мастерскую, но чаще всего это все-таки лавочка.

У нас в последнее время так называют небольшие магазинчики, но далеко не всякие. Если это тесное помещение, где продают продукты, никто не назовет его бутиком. Наши бутики – это, как правило, маленькие магазины или (чаще) отделы дорогой одежды, дорогой косметики и т. п. В бутиках должно продаваться что-то изысканное и редкое, иначе никакой это не бутик. «Википедия» определяет бутик как «небольшой узкоспециализированный магазин с ограниченным кругом клиентов». Бывают и гастрономические бутики, это – небольшие магазины изысканных деликатесов. А еще бутиком, оказывается, могут называть небольшую брокерскую компанию с ограниченным кругом клиентов.

Как можно понять, в единственном и во множественном числе ударение всегда на «и». «Он зашел в бутик», «вышел из бутика», «он гордится своим бутиком». Если же бутиков много, то «хозяин гордится своими бутиками». А если вы купили что-нибудь «бутиковое» (попутно образовав прилагательное), то и здесь ударение на «и».

Из окон валит густой дым – скорее всего, там пожар. Дым валит и из заводских труб, это как раз в порядке вещей. А зимой целыми днями валит снег, и, разумеется, это тоже никого не удивляет. Вас вряд ли удивит, если вы увидите, как толпа валит к метро от автобусной остановки. Народ валит к стадиону – там сегодня важный футбольный матч. Итак, «валит». Такое ударение в слове «валить» появляется, когда что-то или кто-то двигается, падает или поднимается большой массой. Не только что-то, но и кто-то: снег валит, дым валит, народ валит.

Но есть и другое «валить», с другим значением: заставлять падать, опрокидывать, а также рубить. И вот тут во втором и третьем лицах возникает иное ударение – ты валишь, он валит. Что делает с деревом лесоруб? Он его валит. Если вы кладете вещи беспорядочно, кидаете их, швыряете – ну, извините, вы их валите. Мы так и говорим: «Посмотри, как он валит вещи в чемодан!».

Наконец, самый скверный случай. Вы сделали нечто дурное, но сознаться в этом не желаете, более того, вы перекладываете вину на кого-то другого. Что про вас скажут в этом случае? Скажут, что вы валите вину на человека, который тут совершенно ни при чем.

Так что смысл оказывается решающим фактором при постановке ударений. Пусть дым валит, снег валит, толпа валит, но лесоруб дерево валит, человек вещи в чемодан валит, а заодно и вину свою валит на другого.

Это слово, будучи составленным из двух одинаковых слогов, звучит довольно забавно. Согласно Историко-этимологическому словарю П. Черных, в русском языке оно давно. Оно присутствовало и в древнерусском, и в старославянском. Слово это есть вообще во всех славянских, а также в большинстве западноевропейских языков. Его источник – греческое barbaros, от него пошло латинское barbarus – «чужеземец, чужестранец».

Между тем, если мы обратимся к французскому языку, то увидим, что слово barbare (варварский, жестокий) похоже на слово barbe (борода). Любопытную версию излагал в свое время Л. Арбатский в своем «Толковом словаре русской брани». По мнению автора, для древних греков слова «бородач» и «чужеземец» были синонимами, потому что сами они носили короткие бородки клинышком, подстриженные и завитые. Между тем соседние варварские племена предпочитали другую моду, если это можно так назвать: нестриженые запущенные бороды.

Почему же у нас, в русском языке, слово звучит как «варвар», а не «барбар»? Словари утверждают, что в русском языке «варвар» появился при посредстве старославянского, из позднегреческого (varvaros). Вот почему «в», а не «б».

Что до бород: С. Паркинсон, автор знаменитых «законов Паркинсона», полагает, что здесь имеет место общая закономерность: каждый раз, когда какая-либо страна переживает упадок, в ней возрождается варварская мода на бороды.