Чисто семейное дело (Рыжая - 1)
Шрифт:
– Однако, герр Липкин...
– майор вздохнул и покачал головой, - вам известно, какой цифрой ограничивается скорость в Чешской Республике? Если верить тому, что вы приехали в Прагу в час, то расстояние в 250 километров ваша машина преодолела менее чем за полтора часа.
– Я сказал, что приехал не в час, а около того. Но какое это сегодня имеет значение, вы что, собираетесь меня оштрафовать за превышение скорости?
Майор вернул ему документы и повернулся к Полетаеву.
– Этот господин въехал в Чехию в половине двенадцатого, его хорошо запомнили на пропускном пункте, он очень нервничал и пытался узнать, не пересекала ли границу некая девушка, красивая, с русским паспортом.
– Вот как?
– явно обрадовался Полетаев.
– А во сколько произошло убийство Луниной?
– В два.
– Не раньше?
– подала голос Даша
– Может, минут на десять, не больше.
– Тогда это не он, - она вздохнула.
– Это еще почему?
– в один голос спросили представители закона относительно дружественных стран.
– Приблизительно с часа и до трех мы были с этим... господином вместе.
– Ах, вот оно как!
– многозначительно протянул подполковник.
– Ну, раз вы готовы подтвердить его алиби...
Томек, сдерживая улыбку, протянул Илье документы:
– Все в порядке, герр Липкин, спасибо за помощь.
– Ну хорошо, допустим, к убийству Луниной он не причастен, - продолжал настаивать Полетаев, - но пани Быстрова сообщила, что он чуть ли не последний, кто видел живой ее мать. Попробуйте его задержать.
Томек лишь развел руками.
– Что я могу сделать? Допрашивать его по делу Луниной-старшей я не имею права. Если только он сам согласится ответить на ваши вопросы.
Илья напряженно вслушивался в незнакомую речь, но мужчины говорили очень тихо и быстро. Наконец подполковник обратился к нему:
– Вы позволите задать вам несколько вопросов? Неофициально, конечно.
– Не позволю, - довольно грубо ответил Илья, - к тому же я немедленно уезжаю домой.
Он бросил на стол триста крон, чем окончательно убедил официанта, внимательно следящего за событиями, в своей принадлежности к русской мафии - десять долларов за пару бокалов безалкогольного пива мог заплатить только русский. Алчно поглядывая на денежки, лысеющий виночерпий все же поостерегся немедленно их забрать, ожидая, видимо, что присутствующий майор экспроприирует их в качестве вещественного доказательства. Илья уже дошел до самой двери, как неожиданно остановился и вернулся к столику.
Ни на кого не глядя, он достал из бумажника визитку и протянул ее Даше.
– Позвони, если что понадобится.
– Брильянтовое колье?
– Золотые зубы.
– И, искоса взглянув на Полетаева, добавил: - Второго числа, около пяти часов вечера к Елене Сергеевне приехал мужчина лет пятидесяти-шестидесяти, невысокий, полный. Мне показалось, что с охраной. Машина - темно-синяя "Вольво", вот номер, - он быстро написал на картонном кружке номер машины, - больше я вам ничем помочь не смогу.
4
Темно-серый плащ мелькнул в дверях, и Даша осталась лицом к лицу с разгневанным подполковником.
– В последнее время все активнее слышны голоса противников смертной казни, - как бы про себя произнес он, присаживаясь за стол, - вот я думаю, может, познакомить их с вами?
– Это еще зачем?
– подозрительно поинтересовалась Даша.
– На свободе вас держать опасно, а в тюрьме накладно. К тому же вы неисправимы.
– А в тюрьму-то за что?
– возмутилась неисправимая рецидивистка.
– За глупость!
– взорвался Полетаев.
– За взбалмошность, за отсутствие какой-либо дисциплины!
– Я что вам, солдат на плацу? И не орите на меня в общественном заведении!
Подполковник скрипнул зубами и, обернувшись к Томеку, махнул рукой:
– Идите, коллега, я тут сам разберусь.
– Желаю удачи, - плутовато улыбнулся толстый майор.
Полетаев подождал, пока тот покинет пивную, и продолжил:
– Кто это был?
– кивком головы эфэсбэшник указал на стул, где несколько минут назад сидел Илья.
– Один мой знакомый.
– Вижу, что не ваша бабушка, я спрашиваю, где вы его откопали?
– Я его не копала! И предупреждаю вас в последний раз - перестаньте на меня кричать.
– Хорошо.
– Не спрашивая разрешения, Полетаев открыл Дашин кошелек, достал визитку ювелира и, прочитав ее, презрительно поморщился.
– Ну, понятно. Разве простому слесарю вы раскроете свою душу...
Даша вскинула голову и постаралась придать своему голосу максимум презрения:
– А куда в следующий раз вы залезете, господин жандарм? Мне под юбку?
– С удовольствием. Но не за тем, о чем вы подумали, - незамедлительно парировал подполковник, - не представляете, с какой радостью я бы вас выпорол.
– Извращенец, - пробормотала молодая женщина.
– Что он хотел от вас?
– А вы не догадываетесь?
– она горделиво повела плечами.
– Ха-ха, не смешите меня. Раскройте глаза и выбросьте весь мусор из вашей пустой головы - если бы не Лунина, этот слащавый красавец прошел бы мимо, даже не заметив, какого вы пола.
– Ну, знаете...
– Даша вскочила, - и знала бы, ничего вам не сказала бы! Надеюсь, вас разжалуют до ефрейтора. И не звоните мне больше - знать вас не желаю!
Она махнула официанту и бросила на стол двести крон.
– Приходите еще, пани, будем рады вас видеть, - в голосе официанта прозвучало столько любви и обожания, что у Даши возникло подозрение, не слишком ли много она ему дала, но требовать счет при паразитском подполковнике ей хотелось еще меньше, и потому, даже не взглянув в их сторону, она покинула пивнушку.
Глава 10
1
Только подъезжая к дому, Даша вспомнила, что ни разу за весь день не позвонила мужу и тут же с ужасом взглянула на часы - пять! В детском саду ее расстреляют. Надо было Сергею заранее позвонить, попросить забрать Ксюшку. Можно представить, что сейчас будет.
После вчерашнего выговора и сегодняшних скандалов ей меньше всего хотелось видеть постные рожи воспитательниц. Выскочив из такси чуть ли не на полном ходу, непутевая мамаша рванула к детскому садику и как ошпаренная влетела в раздевалку.