Чтение онлайн

Свт. Игнатий (Брянчанинов)

О посте [33]  

Глава добродетелей — молитва; их основа­ние — пост.

Пост есть постоянная умеренность в пище с благоразумною разборчивостью в ней.

Гордый человек! Ты мечтаешь так много и так высоко о уме твоем, а он — в совершенной и не­прерывной зависимости от желудка. Закон поста, будучи по наружности законом для чрева, в сущ­ности есть закон для ума. Ум, этот царь в челове­ке, если желает вступить в права своего самодер­жавия и сохранить их, должен прежде всего под­чиниться закону поста. Только тогда он будет по­стоянно бодр и светел; только тогда он может вла­ствовать над пожеланиями сердца и тела; только при постоянной трезвенности он может изучать заповеди евангельские и последовать им.

Вновь созданному человеку, введенному в рай, дана единственная заповедь, заповедь о пос­те... Заповедь не говорила о количестве пищи, а воспрещала только качество. Да умолкнут же те, которые признают пост только в количестве пищи, а не в качестве. Углубясь в опытное изуче­ние поста, они увидят значение качества пищи.

Так важна заповедь поста, объявленная Бо­гом человеку в раю, что вместе с заповедью произнесена угроза казнью за нарушение запо­веди. Казнь заключалась в поражении человеков вечною смертью. И ныне греховная смерть про­должает поражать нарушителей святой заповеди поста. Не соблюдающий умеренности и должной разборчивости в пище не может сохранить ни девства, ни целомудрия, не может обуздывать гнев, предается лености, унынию и печали, де­лается рабом тщеславия, жилищем гордости, которую вводит в человека его плотское состоя­ние, являющееся наиболее от роскошной и сы­той трапезы... Напротив того, пост вводит хрис­тианина в состояние духовное. Очищенный пос­том смирен духом, целомудрен, скромен, молча­лив, тонок по чувствам сердечным и мыслям, легок по телу, способен к духовным подвигам и умозрениям, способен к приятию Божественной благодати...

Горе вам, насыщеннии ныне: яко взалчете! Таково изречение Слова Божия нарушителям заповеди святого поста. Чем будете вы питаться в вечности, когда научились здесь единственно пресыщению вещественными брашнами и ве­щественными наслаждениями, которых нет на небе? Чем будете вы питаться в вечности, когда вы не вкусили ни одного небесного блага? Как можно вам питаться и наслаждаться небесными благами, когда вы не стяжали к ним никакого сочувствия, стяжали отвращение?

Насущный хлеб христиан — Христос. Нена­сытное насыщение этим хлебом — вот пресы­щение и наслаждение спасительное, к которому приглашаются все христиане...

С чего начать нам, никогда не занимавшимся исследованием сердец наших? Стоя вне, будем стучаться молитвою и постом, как и Господь повелел: Толцыте, и отверзется вам.

Чудное совокупление поста с молитвою! Молитва бессильна, если не основана на посте, и пост бесплоден, если на нем не создана молит­ва. Пост отрешает человека от плотских страс­тей, а молитва борется с душевными страстями и, победив их, проникает весь состав человека, очищает его; в очищенный словесный храм она вводит Бога.

Кто, не обработав земли, засевает ее: тот погубляет зерна и вместо пшеницы пожинает терние. Так и мы, если будем сеять семена мо­литвы, не истончив плоти, то вместо правды плодопринесем грех. Молитва будет уничтожать­ся и расхищаться различными суетными и по­рочными помышлениями и мечтаниями, осквер­няться ощущениями сладострастными. Плоть наша произошла от земли и, если не возделать ее подобно земле, никогда не может принести плода правды.. Напротив, если кто обработает землю с великим тщанием и издержками, но оставит ее незасеянною, то она густо покрывает­ся плевелами. Так, когда тело будет истончено постом, а душа не возделается молитвою, чтени­ем, смиренномудрием, тогда пост делается роди­телем многочисленных плевелов — душевных страстей: высокоумия, тщеславия, презорства.

Что такое страсть объядения и пьянства? Потерявшее правильность естественное жела­ние пищи и пития, требующее гораздо большего количества и разнообразного качества их, неже­ли сколько нужно для поддержания жизни и сил телесных, на которые излишнее питание дей­ствует противоположно своему естественному назначению, действует вредно, ослабляя и унич­тожая их.

Желание пищи выправляется простою тра­пезою и воздержанием от пресыщения и на­слаждения пищею. Сперва должно оставить пре­сыщение и наслаждение: этим и изощряется же­лание пищи, и получает правильность. Когда же желание сделается правильным, тогда оно удов­летворяется простою пищею.

Напротив того, желание пищи, удовлетво­ряемое пресыщением и наслаждением, притуп­ляется. Для возбуждения его мы прибегаем к разнообразным вкусным яствам и напиткам. Желание сперва представляется удовлетворен­ным, потом делается прихотливее и, наконец, обращается в болезненную страсть, ищущую не­престанного наслаждения и пресыщения, посто­янно пребывающую неудовлетворенною...

Весьма важно качество пищи. Запрещенный райский плод, хотя был прекрасным на вид и вкусным, но пагубно действовал на душу: сооб­щал ей познание добра и зла и тем уничтожал непорочность, в которой были созданы наши праотцы.

И ныне пища продолжает сильно действо­вать на душу, что особенно заметно при употреб­лении вина. Такое действие пищи основано на разнообразном действии ее на плоть и кровь и на том, что пары ее и газы от желудка подымаются в мозг и имеют влияние на ум.

По этой причине все охмеляющие напитки, особливо хлебные, возбраняются подвижнику, как лишающие ум трезвости и тем победы в мыслен­ной брани. Побежденный ум, особливо сладост­растными помыслами, усладившийся ими, лиша­ется духовной благодати; приобретенное многи­ми и долговременными трудами теряется в не­сколько часов, в несколько минут. Монах отнюдь не должен употреблять вина, сказал преподоб­ный Пимен Великий. Этому правилу должен пос­ледовать и всякий благочестивый христианин, же­лающий сохранить свое девство и целомудрие.

Горячительная пища должна быть изгнана с трапезы воздержника, как возбуждающая те­лесные страсти. Таковы перец, имбирь и другие пряности.

Самая естественная пища та, которая на­значена человеку Создателем немедленно по со­здании, — пища из царства растительного. Сказал Бог праотцам нашим: Се, дах вам вся­кую траву семенную, сеющую семя, еже есть верху земли всея: и всякое древо, еже имать в себе плод Семене семенного, вам будет в снедь. Уже после потопа разрешено употребление мяса.

Растительная пища есть наилучшая для под­вижника. Она наименее горячит кровь, наименее утучняет плоть; пары и газы, отделяющиеся от нее и восходящие в мозг, наименее действуют на него; наконец, она самая здоровая, как наименее про­изводящая слизей в желудке. По этим причинам при употреблении ее с особенною удобностью сохраняются чистота и бодрость ума, а с ними и его власть над всем человеком; при употребле­нии ее слабее действуют страсти, и человек бо­лее способен заниматься подвигами благочестия.

Рыбные яства, особливо приготовленные из крупных морских рыб, уже совсем другого свой­ства: они ощутительнее действуют на мозг, туч-нят тело, горячат кровь, наполняют желудок вредными слизями, особливо при частом и посто­янном употреблении.

Эти действия несравненно сильнее от упот­ребления мясной пищи: она крайне утучняет плоть, доставляя ей особенную дебелость, горя­чит кровь; пары и газы ее очень отягощают мозг. По этой причине она вовсе не употребляется монахами; она принадлежность людей, живущих посреди мира, всегда занятых усиленными теле­сными трудами. Но и для них постоянное упот­ребление ее вредно.