Чтение онлайн

Он в салюте поднял свой капуччино.

Тим выглядел разочарованным.

– Твое здоровье, - сказал он немного ворчливо, чокаясь с Саймоном.

Хотя меня тоже разочаровали слова Саймона, я не удержался и чокнулся с ними.

– Да, твое здоровье, Сайм. Надеюсь, вы с Мишель будете очень счастливы вместе.

– Ну, не знаю насчет «очень», - улыбнулся он.
– Но, по крайней мере, теперь я знаю, что делаю правильный выбор.

И мы подняли наш кофейный тост если и не за счастливый брак, то за знание Саймона, что он делает правильный выбор. Стало быть, в конторе грядет две свадьбы. Это заставляет задуматься. Может быть, брак или, по крайней мере, степенная жизнь подбирается ко всем?

15 ч. 15 мин.

Тим наконец поймал Клару (не у кофейного автомата, а у ксерокса), после чего вернулся на свое место, отчаянно пытаясь подавить ухмылку, а мне, прячась за своим компьютером, показал поднятый большой палец. А потом губами беззвучно проговорил: «Расскажу вечером».

Он как маленький, благослови его бог.

16 ч. 25 мин.

Звонок от Ханны.

– Не хочешь прийти в пятницу вечером? Соберется несколько человек на ужин. Ничего особенного.

– Иными словами, будет лучший ужин, какой я когда-либо пробовал.

– Один из приглашенных - дизайнер, работавший по договору с нашей конторой. Мне нужно мнение человека со стороны.

Я рассмеялся.

– Не думаю, что ты говоришь о его достоинствах в качестве дизайнера.

Молчание Ханны и было ожидаемым ответом.

– И сколько времени ты присматриваешься к этому парню?

– М-м-м, ну…

– Может быть, с тех пор, как порвала с Крисом?

Опять безмолвный ответ.

– Да, конечно, я приду. Мое мнение человека со стороны к твоим услугам.

21 ч. 30 мин.

Тим заговорил, как только открыл дверь:

– Все-прекрасно-Роб-это-ее-друг-из-Штатов-который-приехал-сюда-по-делам-и-ему-нужно-было-убить-вечер-до-отлета-утром-так-что-он-позвонил-Кларе-и-она-сказала-«да-можно-выйти-куда-нибудь-это-будет-неплохо»-и-они-пошли-выпить-а-потом-поужинать-а-потом-в-ночной-клуб-потанцевать-потому-что-он-читал-об-этом-клубе-в-«Тайм-аут»-впрочем-я-был-уверен-что-между-ними-ничего-нет-хотя-не-мог-быть-уверен-не-присмотревшись-разве-я-не-сообщал-тебе-по-и-мейл-что-скорее-всего-они-просто-друзья-так-и-оказалось-хотя-они-оставались-вместе-я-был-почти-уверен-меня-отшили-потому-что-Агнесс-ушла-с-этим-дерьмом-который-увел-ее-у-меня-но-я-все-равно-уверен-насчет-Клары-и-Дуга-это-ее-друг-что-они-не-пойдут-домой-трахаться-так-что-все-прекрасно.

– Отлично. Не возражаешь, если я войду?

– Ой, извини, друг, входи.

Когда мы вошли в гостиную, он продолжал говорить, на этот раз прерываясь, чтобы набрать воздуху.

– Но знаешь, что лучше всего? Pi`ece de r'esistance? Любимая часть сказки, которая открылась мне сегодня у ксерокса?

– Что?

– Он «голубой». «Голубой», «голубой», «голубой», «голубой», «голубой».

Я рассмеялся.

– Да, отличный танцор - пожалуй, мы могли бы догадаться.

– Так что даже если бы она им заинтересовалась больше чем другом, опасность взаимности не возникнет.

– Чудесно, - сказал я.
– Чудесная новость, Тим. Но еще чудеснее в данный момент была бы чашка чаю. Если не возражаешь.

Его маниакальная улыбка потускнела.

– Ах, чаю. Гм, да - я сейчас приготовлю.

Сев на диван, я почувствовал, что подтверждение доступности Клары вызвало у Тима больше восторга, чем у меня. Несомненно, ее обаяние оставалось прежним. Но меня это, похоже, не особенно трогало.

– Значит, ты сделал свою Р?
– сказал Тим, возвращаясь с чаем.

Я ощутил укол раздражения на него за то, что время, проведенное с Карен, он назвал «сделал свою Р», но тем не менее подтвердил это: да, в соответствии с условиями гонки. Тим полез в тумбу под телевизором за хартией и прикрепил ее к стене.

Потом рядом со словом «Ребекка» вписал «река» и отступил назад.

– Все поровну, финишная прямая.

У меня не хватило мужества напомнить ему, что я пытался выйти из гонки. Но все же я чувствовал, что надо что-нибудь сказать.

– Есть какие-нибудь мысли насчет последней А?

– Впервые ты спрашивает меня, имея в виду девушку.
– Он сел.
– Сразу ничего не приходит в голову. А тебе?

– Ничего. А если честно, ты думал?

Он отпил чай.

– Ну, лучше ты подумай сам, дорогой. Вечер в субботу был для тебя предупредительным выстрелом. К несчастью, меня оторвали от победы. Следующий раз тебе так не повезет. Чувствуешь напряжение?

Довольно странно, но я не чувствовал.

4 июля, суббота

17 ч. 20 мин.

У вас с собой карточки для ставок, на кого вы поставили свои кровные в этом любопытном соревновании? Дело в том, что мой долг объявить, что сегодня ночью, а точнее, рано утром выявился победитель.

Борьба за Кубок Клары Джордан-пяти-с-тремя-четвертями-футов-ростом закончена. Победил сильнейший. Не обязательно сильнейший в нравственном смысле, конечно. В действительности я уверен, что среди вас найдутся те, кто искренне осудит эту пошлую затею и то, к чему она привела. Я приношу вам свои извинения, я высоко ценю ваше присутствие на трибунах. Нет, я употребляю слово «сильнейший» исключительно в соответствии с правилами гонки.

Выполнив обычный ритуал по выбору вин для приема у Ханны (дороже пяти фунтов, дешевле десяти, красивая этикетка с медалями), я явился точно в 20 ч. 07 мин. Все уже собрались. Ханна указала мне на потенциальную жертву и шепотом проинструктировала: понаблюдать за ним и высказать свое мнение.

Могу назвать вам его имя: Ричард. И могу сказать, как он выглядит: довольно высокий, светло-русые волосы, чисто выбрит, умное лицо. Но это все, что я могу вам сказать. Он так стеснялся, что постоянно заполнял любую паузу в беседе вопросами. Таким образом, разговор все время возвращался ко мне, как я ни пытался обратить его внимание на вопросы о нем. Мой вердикт - довольно приятный парень и, несомненно, талантливый дизайнер - но дома с чертежными досками, а не с людьми.

Как только он собрался задать мне очередной вопрос (ну если только о группе крови моей бабушки, так как все остальное я уже рассказал), в комнату величественно вплыла Ханна в переднике.

– Ну, не желаете ли сесть за стол? Где хотите. А ты, Роб, можешь помочь мне подать на стол.

Как только мы оказались на кухне, я изложил свои наблюдения. Ханна выглядела разочарованной.

– Правда?
– сказала она.
– На работе он всегда молчит. Но мне он понравился. Я надеялась, что нечто таится в глубинах.

– Боюсь, я не смог отыскать.

Ханна приуныла.

– Что ж, ладно.

Она взяла один из своих крайне навороченных кухонных причиндалов из невозможно сверкающего металла, стоящий не менее двадцати фунтов за штуку в магазине Конрана, который я могу описать лишь как мешалку (где Пол, он так нужен?!).

– Кстати, а как ваш Кубок? Ты мне сто лет о нем не рассказывал.

И тут я вдруг поразился - да, это правда. Пока Ханна носилась по кухне, без усилий доводя все составляющие ужина до точки кипения (или как называется это состояние) точно в нужный момент, я доложил ей об интригах и маневрах Кубка Клары Джордан-пяти-с-тремя-четвертями-футов-ростом, приведших на данном этапе к равенству.