Чтение онлайн

Вблизи она показалась интересной. Я говорю это в буквальном смысле, не так, как говорят, используя этот эвфемизм вместо слова «безобразная». Не назовешь симпатичной, но и несимпатичной тоже. Просто интересная. И отстраненно-скучающая.

Я набрался мужества.

– Похоже, не очень хороший вечер?

Девица даже не взглянула на меня. Она услышала мои слова? Я крикнул громко, насколько возможно для начала знакомства, не рискуя утратить достоинство. По-видимому, я вытащил пустышку. Я рискнул счесть это ответом телефонного оператора («Девушка, к которой вы обратились, не отвечает.

Попробуйте набрать номер снова»).

– Настолько плохой, что вы утратили дар речи? Боже. Это плохо.

По-прежнему никакого ответа. Что ж, подумал я, ничего не остается, как попробовать другие варианты. Я уже открыл было рот, как из-за левого плеча раздался голос:

– Не обращайте внимания, она всегда такая.

Я обернулся. Владелицей голоса оказалась девушка ростом чуть пониже своей подруги, но внешне получше, чем интересная. Рыжие волосы, не натурального, но глубокого и ровного цвета, не нахального в стиле панк. На маленькой круглой мордашке приветливо блестели яркие карие глаза. На щеках виднелись веснушки, а в ноздре уютно поблескивала серебряная серьга.

– Даже не знаю, зачем она приперлась сюда, телка несчастная.

Сам того не желая, я рассмеялся. В ее голосе было что-то необычное (ливерпульский акцент, как я отметил на второй фразе, но легкий, лирический) и явно… ну, первое, что пришло мне на ум, - «очаровательное». Правда, это Ивлин Во в своих романах всегда называет женщин очаровательными, а эта девушка была явно не из романа Ивлина Во. Нет, я бы сказал, «неотразимое». Она говорила, словно пела. И это заставляло слушать ее.

– Похоже, вы не самая горячая ее поклонница?

Ее улыбка, довольно развязная, не соответствовала выражению глаз.

– Мы зовем ее Маяком.

– Как?

– Она постоянно маячит на месте и не ходит потусоваться.

– А сегодня какой-то особый случай?

– День рождения у Андреа.
– Она указала на одну из своих подруг, которая с парочкой других девиц легко отплясывала на танцплощадке, забыв по пьяни, какого рода внимание со стороны мужчин привлекают их телодвижения.
– Двадцать пять. И мы решили на выходные съездить в Лондон. А ее светлость пришла в возбуждение при мысли о «Херродз» и «Селфридже» [46] и решила присоединиться.

– А тебе здесь нравится?

– Да, отлично. Правда, выпивка стоит целое состояние.
– Она держала почти допитый бокал «Баккарди Бризер».

– Можно понять это как намек?

– То есть ты хочешь меня угостить?

Я кивнул.

– Что ж не сказал прямо?
– Эта девушка стояла на земле обеими ногами, приземленнее лишь те, кто вкопал себя в землю.
– Да, конечно. А зачем же, ты думаешь, я с тобой заговорила?

Я снова рассмеялся.

– На этом же месте? Я сейчас. Одну секунду. Быстрый бросок в туалет, ловкое проталкивание к стойке, и через три с половиной минуты я протягиваю ей «Бакарди».

– Меня зовут Роб.

– Карен.

– Ты из Ливерпуля?

– Ловко заметил.
– Ее улыбка убедила меня, что замечание было игривым, а не саркастичным.

– Что еще вы делали в Лондоне?

– В основном пили. Мы пошли взглянуть на Оксфорд-стрит, но в магазинах такая уйма народу, что через час мы сдались и нашли ближайший паб. А ты?
– Она чуть-чуть ущипнула меня за лацкан пиджака.
– Особый случай, да?

– Мальчишник.

– И кто этот несчастный?

Я указал на другой конец помещения.

– Джеймс. Я с ним работаю. Вон тот, высокий, что танцует с парнем пониже и двумя девицами.
– Там действительно отплясывали Пол и его собеседницы по делу Бекхэма.
– А парень за ними, у динамика, - наш эквивалент вашей… - Я указал на Маяк, которая продолжала свою игру в Грету Гарбо.

– Валери.

– Грэм - наш эквивалент Валери. Только Валери сама не хочет ни с кем говорить, а с Грэмом наоборот - с ним никто не хочет.

Карен уставилась в темноту, пытаясь его рассмотреть.

– Какого хрена он отрастил такие усы? Ему никто не говорил об этом?

– Часто говорят. Но он не слушает.

Она покачала головой в недоумении.

– А кто с ним рядом?

– Это Ти… - Но, взглянув, я увидел, что Тим разговаривает с девушкой, которую раньше заприметил Джеймс. И меня тут же охватил страх, но я справился с ним.
– Это Тим. А девушку я не знаю. А парень за ними - Саймон.

– А-а-а. Он выглядит каким-то брошенным. Жалко его.

– Не стоит жалеть, Карен, не стоит. Его дева в блестящих доспехах спешит к нему.
– Мои часы показывали без четверти двенадцать.
– По крайней мере, я надеюсь.

И только слова сорвались с моих губ, а губы коснулись бутылки «Гролша», в двери влетела Элен. Растерявшись в толпе и ошалев от грохота музыки, она не заметила меня.

– Элен!
– крикнул я, пытаясь привлечь ее внимание.

Когда она сфокусировалась на мне, я понял, что ее дезориентация связана не только с толпой и шумом. Она была явно совершенно пьяна. И двигалась к человеку, стоявшему рядом со мной. Хотя рядом со мной никого не стояло.

– Привет, Роб, - пробормотала Элен.

– Привет. Я вижу, ты допила вино?

– М-м-м. Оно было чудесное. И я взяла еще пару «Тиа Мариас».

Я поднял три пальца на правой руке.

– Прежде чем говорить с Саймоном, ты должна сказать мне, сколько тут пальцев. С первой попытки.

Очень медленно и тщательно она пересчитала.

– Четы… три.

Я решил склонить свои сомнения в ее пользу. Было бы глупо оказываться от плана сейчас, в конце концов, доза алкоголя в Элен могла только помочь. Я лишь надеялся, что Саймон на другом конце зала играет ту же игру. Предупредив Карен, которую явно позабавил этот эпизод, что скоро вернусь, я проводил Элен вдоль колышащейся толпы к нашей компании. Для конспирации я представил ее сначала Тиму. Он в свою очередь представил ей обеих новообретенных подруг.

– Роб, Элен, это… - Я понял, что страх вернулся. Ну? Неужели? Неужели ее имя начинается с… - Агнесс.

Тим с трудом скрывал торжество.

Стараясь не обращать на это внимания, я поздоровался с Агнесс. Как я уже сказал, она бесспорно была симпатичной. Правда, я подумал, что не такая уж она обаятельная. Агнесс поразила меня как женщина, привлекательная в основном, физическом смысле, которая не испытывает нужды дополнять внешнюю привлекательность какими-то личностными качествами. Я не говорю, что она была не совсем вежлива, когда ответила на мое приветствие. Просто мне показалось, что кроме внешности в ней ничего нет.