Чтение онлайн

В ту ночь он был особенно требовательным и не давал мне спать почти до утра, словно хотел, чтобы я отработала каждую копейку. Самым ужасным было то, что многого сделать он сам не мог и решил, что удивит меня своим 'рукоделием'. Ему казалось, что я извиваюсь в экстазе, тогда как я пыталась, элементарно, увернуться от его настойчивых пальцев, которые понатирали мне все, что только было можно. Это было настоящей пыткой... я возненавидела секс.

В десять утра мы выехали. Настроение мое значительно улучшалось по мере того, как близился долгожданный момент. Я много шутила, хлопала его по коленке и игралась с Чапой, которую он таскал с собой, как ребенка. Ехали мы в недельное турне - намечались несколько фотосъемок на Самуи и я задумывалась над тем, что как-то да переживу эту неделю, а потом аккуратненько так попрошусь домой. Через полчаса мы заехали на стоянку порта, откуда отправлялся наш паром. Анвар выключил зажигание и повернулся ко мне.

– Извини, дальше ты сама.

– В смысле?

У меня вспотели руки и начал дергаться левый глаз, как это всякий раз бывало в стрессовых ситуациях.

– Мы не сможем с тобой сработаться. Мне нужен помощник, а не учитель.

– Но ты же обещал отправить меня домой!

– Я обещал тебе выбраться из кабалы и взять к себе на работу. А ты не хочешь работать... сбежишь гораздо раньше, чем Лена.

– Ты хоть представляешь, что ты наделал? Куда мне теперь деваться? Сейчас я все отдам за паспорт и что потом?

– Потом - землю грызть, но добиться своего. У тебя обязательно получится.

Он вышел из машины и стал выгружать мои чемоданы, собранные для 'недельной поездки'.

Сидя на вокзале в ожидании парома, я думала о том, что когда людям очень плохо, они иногда расправляются с жизнью. У меня в кармане было почти две тысячи долларов, я могла остаться натанцевать себе на билет и уехать, или все-таки насобирать у подружек недостающие копейки, так что топиться было бы глупо, но мне казалось, что бы я ни сделала, все равно будут появляться новые и новые препятствия. Казалось, что даже если у меня в руках сейчас будет все, что нужно, я все равно не смогу уехать домой, что я застряла в этой треклятой стране навечно, и проблемы мои никогда не закончатся.

Всю дорогу я проспала, скукожившись в твердом пластмассовом кресле, которое показалось мне гораздо удобнее широкой кровати в доме Анвара. По пути в отель я не переставала думать о том, какая я все-таки дура... Я спала с незнакомым дядькой ради того, чтоб поехать домой, поджав хвост, как паршивый пес, хотя могла делать то же самое и при этом зарабатывать хорошие деньги... Мерзкое осознание того, что происходило на самом деле, в очередной раз вызывало отвращение к самой себе, и в то же время захотелось прямо галопом побежать на работу и наверстать зря упущенное, чтобы знать, что я хотя бы не зря продавалась...

Приехав в отель, я забросила вещи к Оле с Жанной и снова спросила насчет денег. У Оли ситуация была все та же, а Жанна, пожав худенькими плечиками, пространственно как-то сказала, что будет знать только на работе.

– Ты дура, оставайся!
– ругалась на меня Олька, когда узнала о сложившейся ситуации.
– Оставь себе деньги, доработай контракт!

– Ты думаешь, мне это не приходило в голову? Мне страшно...теперь я не боюсь, что ничего не заработаю у Артура...теперь я боюсь, что как раз заработаю...проституткой...

Мы вместе отправились в клуб, и я прямиком пошла в офис, все больше склоняясь к тому, чтобы проситься обратно. Лиза, похоже, ждала меня.

– Ну, слава Богу! А то я уже и не знала, как за тебя отчитываться! Мы-то начали стоп проводить еще в пятницу. Как у тебя дела? Готово все?

Я только раскрыла рот, чтобы сказать, что хочу еще подумать, как Лиза перебила меня:

– Ой, тут нежданчик, кстати, вышел. Тебя когда считали, пропустили перевес, там на последнем взвешивании у тебя было пятьдесят три двести от ровно пятидесяти...

Эта фраза стала решающей...

Заплатив нужную сумму и забрав паспорт, я спустилась вниз. Пройдя мимо Жанны, которая была увлечена беседой с гостем настолько, что не соизволила даже посмотреть в мою сторону, я подсела к Марине - девочке, которую гораздо раньше перевели на Самуи.

– Ты стоп сделала, да?
– спросила она, не поворачиваясь ко мне.

– Ага...

– Хорошо тебе...

– Наверное...

Марина затеребила большой овальный страз, какими было украшено неприятного зеленого цвета платье.

– Я тоже до конца недели работаю...задолбали...

– А что потом? Ты давно танцуешь?

– Четыре года... В Японию поеду...не хочешь?

– Не знаю...проверенное место?

– Да, я там три контракта отработала.

– А сюда как?..

– Хотела сменить клуб... я чаще двух раз в одно место, обычно, не езжу. Девочка, вот, посоветовала...

– ...которую Артурка отблагодарил...знаю я таких девочек...

– Вот ты где, - закричала мне на ухо Аленка, появившаяся, неизвестно откуда.

– Ой, привет. Извини, что не зашла, у меня столько проблем сейчас...кстати, есть разговор...
– я вспомнила, что все еще сидела с Мариной, и повернулась к ней - потом договорим, да? Телефон твой знаю, если что.

Мы вышли на улицу, где так же, как и в Паттайе, девочки раздавали листовки, правда, прохожих здесь было на порядок меньше. У соседнего бара Олька приставала к очередному красавцу, но я не стала отвлекаться на нее.

– Ален, что у тебя с деньгами?

– Хороший вопрос, - засмеялась та, - ты что, не знаешь, как я работаю? А с твоим что? Ну, с тем, который приходил. Че, он уже передумал выкупать тебя?

– Да в том и дело...блин, долго рассказывать. В общем, мне завтра нужно свалить. Паспорт у меня есть, а билета домой - нет, и хрен этот кинул меня посреди дороги...без понятия, что теперь делать...хоть на пляже живи...

Алена осмотрелась по сторонам, словно боясь, что нас могли услышать.

– Слушай, есть у меня вариант, но он тебе не понравится...

– Ален, мне сейчас все понравится.

– В общем...ко мне позавчера приезжал кореец...мы отправили малой моей пятьсот долларов, ну, маме точнее...
– она потерла переносицу и замолчала на несколько секунд, - он мне пишет иногда...он сейчас в Паттайе. Можно его попросить помочь, правда, я не знаю, как это все будет...

Я запустила пальцы в волосы и помассировала голову, пытаясь заставить мозги работать.

– Давай хотя бы попробуем...пойдем напишем ему.

Мы поднялись в раздевалку, в которую мне до сих пор не доводилось заходить. Крохотное помещение, примерно с шесть квадратных метров, было непривычно чистым и удивительно вместительным. После Паттайи не представлялось, что такой может быть раздевалка для стриптизерш, со всеми их многочисленными костюмами, косметикой и прочими принадлежностями. В комнате находилась только одна девушка, которая старательно выводила контур губ, готовясь к выходу. Внезапно, мне страшно захотелось на сцену...захотелось аплодисментов, захотелось кружиться под потолком и соблазнять на приват красивенного австралийца...