Чтение онлайн

– Как это?

– На месте покажу. Напомни. Если повезет, можем щуку поймать. Мы с дядей Витей как-то поймали на том озере. Только щука осенью не утром, а днем берет. А так – насадка у нас для нее есть. Может, и клюнет…

– А если не будет клева? – забеспокоился мальчик.

– Мы попробуем ловить на разной глубине и на разные насадки. К тому же есть всякие рыбацкие хитрости. Можно, например, каким-нибудь предметом поднять муть со дна, только без шума – от этого иногда клев улучшается. Клюнет кто-нибудь, не беспокойся! Уж бычков-то наловим.

Но мальчик не хотел бычков: он мечтал о щуке или, в крайнем случае, о большом леще…

Так, за разговорами, незаметно добрались до места. Когда, уже на берегу озера, Андрюша наконец устало опустился на пенек, оказалось, что все только начинается.

– Отдых – десять минут, – сказал папа. – Не расслабляемся: уже шестой час, а у нас с тобой два больших дела – палатка и костер. Надо успеть до темноты. Вот, съешь пока бутерброд.

Андрюша огляделся. Глухое, тихое место. Настоящая пустыня – не такая, где пески и барханы, а такая, в которую уходили святые. Уходили от мира, ставили крест, строили себе келью или землянку… Вот и преподобный Сергий, папин святой, в таком же лесу, только более густом, жил один, кормил медведя, а потом на том месте основал монастырь… Может, и здесь жил когда-то святой отшельник?.. Лес на берегу был редок, к воде склонялись кусты. На песок набегали небольшие волны от прошедшей где-то моторки. Холодало.

Первым делом на сучок ближайшего дерева была водружена взятая из дома небольшая икона Спасителя. Стало уютнее. Затем, благословясь, расстелили на земле палатку, вбили в землю алюминиевые колышки, закрепив дно… Папа за работой объяснял, почему важно уметь поставить палатку быстро и надежно. Он рассказывал, как в студенческие годы они с друзьями ставили палатки «на время» и ухитрялись справиться за три минуты. Как они учились строить шалаши и обходиться в походе без посуды.

– Смотри, как стоит палатка. Площадка слегка наклонная, и мы учли это, чтобы головы у нас были выше ног. А вход в палатку обычно располагают к водоему. Так, теперь забираемся внутрь.

Отец с сыном развернули спальные мешки.

– Хочу дать тебе туристский совет, – говорил папа, – когда заберешься в свой спальник, то второй свитер надень только на шею, оставив его весь сверху, вокруг шеи и головы. Вот так – понял? Будет очень тепло. А для освещения повесим вот сюда карманный фонарик.

Мальчик старался все делать вместе с папой, не отставать от него и быть не помехой и обузой, как маленький, а настоящим помощником.

Наконец дело дошло до костра. Папа легко, будто играючи, наколол одинаковых поленьев, разложил их особым образом, снизу подложил смоляные щепочки, сел на корточки спиной к ветру и разжег костер с одной спички… Сын с восхищением следил за его действиями.

– Запомнил? – спросил папа. – Завтра сам попробуешь.

– А как ты поленья клал?

– Такой костер называется «колодец»: два толстых полешка, на них еще два, квадратом, потом еще два – будто строим колодец. И хватит пока. Ну, и щепочки, хворост, сушняк для растопки. Такой костер дает низкое и широкое пламя и много тепла. На нем удобно готовить пищу в котелке – как раз то, что нам нужно. Есть разные костры. Костер «пирамидой», когда поленья ставят вот так (папа сделал ладонями «домик»), дает высокое пламя, хорошо освещает. А если бы шел дождь, мы развели бы «полинезийский» костер: для него вырывают яму…

Андрюша внимательно слушал, помогая папе чистить картошку. Цепкая детская память схватывала новые понятия, полезные сведения, незнакомые слова. Быстро темнело, но совсем не было страшно. В огне трещали сучья, горьковато пахло дымом, было тепло и уютно. Обстановка располагала к доверительной беседе.

– Я сегодня хор пропустил… – задумчиво сказал Андрюша.

– Ты не жалеешь, что со мной пошел? —

– Нет! Что ты, пап! Я просто хотел сказать, что там, в воскресной школе, мне нравится. Там ребята хорошие.

– А в обычной школе – в твоем новом классе? – осторожно спросил папа и сразу почувствовал, как внутренне сжался его сын. – Вообще-то, на новом месте всегда непросто.

Андрюша молчал.

– Потому что новеньких обычно испытывают, – продолжал папа, – проверяют, стоит ли принимать их в свой круг, дружить с ними. Многие через это прошли.

– Со мной, кажется, не очень-то хотят дружить… – проговорил Андрюша.

– Что, брат, тяжело тебе?

– Главное, я не знаю, чего он ко мне привязался, этот Баулин… Прохода не дает с первого дня. Позавчера портфель из рук вышиб. А все смеются. Так и хочется в глаз ему дать!

– А он сильный, спортивный парень?

– Здоровый очень. Но не думаю, что он спортом занимается. Между прочим, учится хорошо, умный. Что делать? Драться нельзя, атак терпеть… Даже в школу идти неохота.

– А ты с ним поговорить не пытался?

– Да нет… Первый раз, когда он меня толкнул (так, что я в стенку врезался), я удивился, спросил: «Ты что?» А потом решил просто ждать: надоест же ему когда-нибудь.

– Боюсь, что не надоест… Какие у него с другими ребятами отношения?

– Нормальные, все с ним дружат. Там только одного мальчика все обижают, Дрюнкина. Он маленького роста и пухлый такой, над ним все время потешаются. На одной перемене им, как мячом, играли: толкали по кругу, пока учительница не увидела. А Дрюнкин только смеется. Но вид у него жалкий.

– А ты-то таким, как он, не станешь?

– Пап! – Андрюша даже обиделся.

– Да, – подытожил папа, – непростая ситуация.

– Скажи, а как бы ты поступил, только честно? – мальчик напряженно ждал ответа.

– Мама, может быть, не одобрит мои слова, но я бы сначала попробовал «урегулировать конфликт мирным путем», а не получилось бы – дал бы сдачи, пошел на честную драку. Ты удивлен?.. Но давай вспомним какие-нибудь примеры из жития святых. Драчунами они, конечно, не были. Но вот смотри: святитель Николай, услышав богохульные речи одного еретика, не выдержал и при всех «заушил» его, то есть ударил. Правда, тогда не его лично оскорбили, а Бога… А вот совсем другой пример – наш русский святой, благоверный князь Александр Невский. Почему, скажи, он шведов бил, а перед Ордой смирялся?.. Во-первых, потому что шведские «псы-рыцари» хотели Русь от Православия оторвать, насадить в ней чужую католическую веру. А татары при нем на нашу веру не покушались, священников уважали, и даже в Орде был православный епископ. А кроме того, князь был не только храбрый, но и мудрый воин: он умел рассчитывать свои силы. С Ордой мы тогда тягаться не могли – нас бы всех растоптали. Надо было учиться ладить, смиряться. И Александр смирялся, ходил на поклон к хану, привозил богатые дары… Я бы на твоем месте, подражая святому Александру Невскому, все обдумал, взвесил свои силы и сначала постарался наладить отношения с Баулиным. Конечно, не заискивая и не унижаясь перед ним: ты не хуже его (как и он не хуже тебя). Попробуй спокойно поговорить с ним, причем сам начни. Как его зовут?

– Миша.

– Подойди к нему спокойно, можно при свидетелях… Слушай, а ты его не боишься? Такое тоже может быть.

– Не боюсь.

– Так вот. И скажи: «Миш, я тебя чем-то обидел?» И посмотри дальше, что будет. Может, и поговорите.

– Да ну! Он только издеваться будет!

– Откуда ты знаешь? Попробуй! Чем-то ты его задел. Возможно, он боится, что ты ребятами вместо него верховодить будешь. А может, ты ему как раз нравишься и он тебя проверяет: трус ты или нет? И если убедится, что не трус и на его место не претендуешь, отстанет. Тогда ты и ситуацию с Дрюкиным постепенно сможешь переломить: нельзя же, в самом деле, наблюдать спокойно, когда человека унижают.

– А как я ему это покажу – что не трус?

– Прямым мужским разговором. А если уж он совсем обнаглеет… В общем, драки избегай до последней возможности. Почувствуешь, что «руки чешутся», сначала предупреди, что давно спортом занимаешься и знаешь приемы самозащиты, в том числе болевые. Ну, и в крайнем случае, если он начнет кулаками махать, тогда… Но это в крайнем случае. Главное, чтобы он увидел: ты его не боишься, ты просто не хочешь драться. Это я тебе как друг советую…

Где-нибудь на улице, если пьяный или хулиганы пристанут, тут только убегать надо. Это не трусость: «береженого Бог бережет». Вообще, надо быть осторожным и внимательным. Не входить в подъезд, если за тобой кто-то незнакомый входит. Тем более – в лифт. А если что – орать во все горло, как можно громче. Знаешь, как один мальчик от преступника спасся? Стал громко кричать в подъезде: «Пожар! Пожар!» Люди и начали двери открывать, от страха перед пожаром. Уголовник испугался и убежал… Но отношения в классе, со сверстниками – совсем другое дело. Тут нельзя склоняться перед грубостью и наглостью. Это не принесло бы пользы и самому Мише Баулину, если бы он никогда и ни от кого не получил отпора. Чувствуя свою безнаказанность, он будет становиться все хуже…