Что за тень в твоей душе
Шрифт:
«Что ж, теперь можно и отдохнуть. К вечеру зелье настоится и можно приступать к дегустации», - сонно потянулся Гарри, разминая затекшую шею, и стал подниматься наверх. Буркнув приветствие тете и дяде, он взял один бутерброд и под пристальные взгляды направился к себе.
* * *
– Как там Гарри? Почему он не пишет? А вдруг пришибленные на всю бошку родственнички опять замуровали его в чулан, отобрали палочку, заперли Буклю в клетке, вот он и не может нам написать. Надо спасать человека!
– изливался в догадках Рон двум сидящим напротив девчонкам.
– Успокойся ты, Дамблдор часто наведывается на Тисовую улицу. С ним все в порядке. И палочку у него никто не забирал. Ему, между прочим, разрешили магией пользоваться, и не только… - успокоила его сестра.
– Что ты имеешь в виду под: «И не только»?
– удивилась сидящая рядом Гермиона. Джинни замялась, с опаской глянула на двери в комнату и тихо продолжила:
– Ну, я кое-что подслушала… мама с папой увлеклись и не заметили меня на лестнице, и я смогла расслышать часть их разговора. Гарри разрешили пользоваться Непростительными заклинаниями, в случае крайней необходимости, конечно.
– Ух, ты!
– воскликнул Рон, аж подпрыгнув на месте.
– Малфоя бы Гарри под горячую руку, он бы его в…
– Рон, ты дурак! Это ж серьезно!
– шикнула Гермиона.
– Как Дамблдор такое позволил? Это ужасно. Непростительные!
– И правильно, что разрешил, - встал на защиту друга Рыжий.
– А вдруг в город нагрянут Пожиратели? Да, к дому номер 4 они не подойдут, а вот соседние - пожалуйста. Вряд ли Гарри будет сидеть и спокойно смотреть в окно на то, как жгут, рушат и убивают через дорогу. Он обязательно вмешается.
– Продолжал Рон.
– Министерство, Орден...
– Пытались хором вставить девочки.
– Ага, сейчас, нашли силу. Да пока они соберутся, там половина улицы поляжет под Авадами, - закончил он.
– Нет, я считаю это правильно.
В комнате повисла тишина. Все смотрели в окно. Но знакомой совы на горизонте никто не увидел.
* * *
Гарри, удобно устроившись на кровати, с увлечением читал очередную книгу по заклятиям. Раздел, посвященный болевым заклинаниям, поверг его в шок. Столько всего было, что он никак не мог понять, почему же так все боятся Круцио. Ведь есть вещи похуже. Но внимательно почитав, понял - Круцио был легче, другие тяжелее давались в обучении, не все маги могли освоить их. Только самые сильные. Гарри мысленно представил Беллатриссу, и его руки сжались в кулаки. «Я сильный, я овладею ими и тогда, Белла, поговорим о наслаждении в чистом виде. Я никого не представляю под их действием, кроме тебя».
Стук в дверь прервал его размышления.
– Да. Войдите!
– громко сказал он.
Дверь открылась и в комнату вошла Петунья, держа в руках огромную посылку.
– Тебе пришел твой заказ.
– Брезгливо сказала она, поспешно ставя коробку на стол, как будто там были живые мыши, а не вещи.
– Отлично. Подождите, тетя Петунья, заберите, пожалуйста, этот мусор и сожгите его.
– Гарри указал на ворох одежды в углу, кучей свалянной прямо на пол.
Петунья перевела свой взгляд на то место и вскрикнула:
– Но это одежда Дадлика, которой мы прикрыли твои неблагодарные плечи… как ты смеешь называть ее мусором!
– моментально рассвирепела Петунья, сверля глазами племянника.
– В МУСОР!
– громко и отчетливо повторил Гарри, приправив свой голос оттенком презрения и ненависти.
Петунья задохнулась от гнева, но молча собрала вещи и быстро удалилась из комнаты.
Гарри резко сел, глубоко вздохнул и мысленно сказал сам себе: «Пора». Подхватив коробку, он удалился в ванную. Внизу были слышны гневные крики тетки, которая распылялась перед мужем и сыном. «Психичка» - подумал Гарри.
Наложив на двери ванной запирающее и заглушающее заклятие, он стал раздеваться. На столике уже стояли колбы с готовыми зельями.
Спустя полтора часа, дверь ванной открылась и дядя Вернон, все это время дежуривший под ней, дабы лично в глаза заявить очкастому нахалу, кто в доме хозяин, с криком упал на собственный зад. Тетя Петунья, услышав мужа, бросилась наверх, думая, что этот малолетний псих превратил ее супруга в жабу или крота, и замерла на ступеньках, увидев Гарри. Дадли выскочил на шум из своей комнаты и застыл в дверях.
Гарри Поттер молча обвел всех взглядом и неспешным шагом прошел в свою комнату, довольный произведенным эффектом.
Глава 2.
Проснувшись на следующее утро, Гарри долго нежился в кровати. Он решил, что заслужил законный отдых сегодня. Душа его пела: «Как же классно я себя чувствую!». Мальчик потянулся, поднял вверх руки и с радостным криком выпрыгнул из кровати.
Похоже, погода поддерживала его радостное настроение, так как на прежде пасмурном небе наконец-то показалось солнце.
Раздвинув шторы и открыв окно, он всей грудью втянул в себя свежий воздух.
«Да, определенно классно!»
Достав из тумбочки коробку с линзами, Гарри аккуратно вставил их в глаза. Сначала было неудобно, потекли слезы, но через пару минут все прошло. Потом пришла очередь шкафа. Внутри было большое зеркало в рост человека, которое вместо «худорбы» с патлами в разные стороны и очками в круглой оправе, отражало симпатичного парня с телом Бога, длинными до пояса волнистыми волосами и такими глазищами, что самому можно было влюбится. Гарри довольно зацокал языком.
«Мускулио», как и требовалось, не сделал из него тяжелоатлета, а лишь слегка прибавило мяса на костях, причем довольно удачно - он сразу стал шире в плечах, стройнее и ноги казалось, зрительно удлинились. Шея тоже заметно окрепла, лицо слегка изменило форму, придав чертам лица резкость, и в то же время сексуальность. Сильно удлиненные волосы идеально лежали на голове. «Ага, вот что мне нужно было - под своей тяжестью они больше не топорщатся в разные стороны, а плавными волнами падают на плечи. Наверное, надо их слегка укоротить, а то хоть в косу заплетай». Взмах палочкой, заклинание ножниц и дефект исправлен.
«Ну, что же, пошли смущать родственничков, Гарри?» - отражение смеялось.
«Что оденем-с?» Скрип второй дверцы шкафа. «Как на счет «все думают о розовом?» - Гарри засмеялся.
Выбрав все черное, он стал медленно одеваться, наслаждаясь процессом. Новая неношеная одежда совсем иначе чувствовалась на теле, чем обноски Дадли. Через пятнадцать минут он вновь взглянул на себя в зеркало.
«Красавец!»
И довольно насвистывая что-то, принялся расчесываться. Это получалось плохо, Гарри засмеялся, бросив это бесполезное дело. Взмах палочки и он готов сниматься в рекламе шампуней.