Чтение онлайн

— Эй, ты жива? — Гета Лавиц, мрачная, но не раскисшая, как Нора, а готовая кому-нибудь врезать.

— Да, не мешай мне, я слежу за окрестностями.

Нора действительно следила, и не важно, что она сидела в грязи, прислонившись к мокрому камню и прислушивалась к тому, как лихо барабанят капли по её доспехам. Она чувствовала людей в поселении на севере, ещё нескольких небольших и незначительных зверушек в долине, неведомого монстра далеко на юге и людей, гемофилов и лошадей в пещере рядом, но на них она старалась не обращать внимания. Шум дождя заглушал их возню и разговоры, и это странным образом помогало Норе успокоиться.

Время от времени кто-то выглядывал, спрашивая, всё ли в порядке, Нора лишь отмахивалась досадливо, чтобы не мешали концентрироваться. В тот день она удивила сама себя, потому что действительно не ожидала, что ей удастся быть эффективной в таких обстоятельствах.

— Двое идут! — сообщила она, когда Аг и Честер уже согласовали план действий, а Рассо заканчивал перевязывать раны Тодорону. Нора избегала смотреть на своего соплеменника, но даже мимолётного взгляда хватило, чтобы понять, что его пытали.

— Гемофилы или люди?

— Люди.

— Далеко?

Нора не могла точно сказать. Она уже дважды сегодня ошиблась и никак не могла понять, почему её ощущения то обостряются, то снова ослабевают.

— Дальше, чем поселение беженцев, но они… кажется, идут сюда.

— Странно, — задумчиво сказал Аг. — С чего бы им ходить кругами? Не важно, действуем по плану. Рассо, у тебя всё готово?

— Почти, — отозвался целитель. — Ещё пара минут. Этот тоже не сможет ехать сам, ему нужно помогать.

— Каков план? — спросила Нора без особого интереса.

Аг окинул взглядом пещеру, чтобы убедиться, что его распоряжения выполняются, а потом соизволил уделить минутку Норе.

— Честер повезёт пострадавших и пленных в Ункуд, и большая часть нашего отряда — с ним, для охраны в случае непредвиденных обстоятельств. Мы с тобой, Ушаном и Денни останемся здесь и будем наблюдать за местностью до дальнейших распоряжений из города. Думаю, когда свидетелей допросят, станет понятно, как действовать дальше.

— А вы спросили у Тодорона…

— Спросил. Но у него в голове сейчас каша, его надо сначала привести в чувство. Рассо постарается помочь ему, чем сможет, ещё в пути, и как только Тодорон будет способен связать два слова, его расспросят самым тщательным образом. Терпение, Нора. Четыре с половиной года прошло, и если за это время ещё кто-то остался жив, нет причин думать, что это вдруг изменится.

— Есть, — возразила она. — Мы вышли на охоту. Эгон меня узнал.

— Просто продолжай делать то, что ты делаешь, — сказал Аг. — Мы за полторы недели с тобой достигли больших результатов, чем за несколько месяцев всей гильдией. В ближайшие дни мы попробуем ещё немного порыскать по долине, может, ещё что интересное найдём…

— Всё готово, — сказал Рассо.

— Хорошо, — кивнул Аг и повысил голос: — Все готовы к эвакуации? Все помнят, что делать? А теперь вперёд, и шустро. Честер, жду отчёт.

— Не поминайте лихом, — выдохнул тот, и на секунду лицо его стало ужасно мрачным и обречённым, а потом он словно пришёл в себя, запрыгнул в седло и закричал так, чтобы все слышали: — Поехали, народ, пока дождь не закончился! Соблюдаем порядок, как договаривались! Гета, эту лошадь оставь, она шустрая, пусть будет с Агом, если придётся курьера отправлять. Вон та крепкая, тебя как-нибудь дотянет…

Несмотря на суету, перебранки и вялое сопротивление пленных гемофилов, отряд уехал довольно быстро — спустились по пологому склону и направились на северо-восток, навстречу ветру и ливню. Очень скоро они скрылись в гуще деревьев и за пеленой дождя, и Аг ещё раз спросил у Норы:

— Ну что, где там твои двое?

— Не знаю, но теперь они… немного ближе, чем раньше.

— Ещё кто-нибудь?

Нора прислушалась к ощущениям очень пристально, но ничего не обнаружила.

— Только они. Ну и этот, неизвестный третий, который на юге.

— Неизвестный третий, — задумчиво повторил Аг. — Что ж там за зверушка завелась? Ставлю на тролля. Ну, не важно, он нам пока не мешает. Давайте-ка, ребята, забирайте лошадь и уматывайте к лагерю. А я останусь тут, посмотрю, что за мёд намазан тут этим двоим. К полуночи вернусь, самое позднее — к рассвету. Если нет — вы знаете, что делать.

Он вышел из пещеры и начал озираться в поисках подходящего укрытия, чтобы хорошо видеть пещеру и возможные подступы к ней. Ушан взял лошадь под уздцы и повёл её к выходу. Та понурилась, но пошла, куда надо. Нора ещё раз сверилась со своими ощущениями, убедилась, что кроме двоих людей Агу опасаться некого, и последовала за Ушаном.

Ливень становился холодным, но всё равно гармонировал с настроением Норы и удивительным образом отвлекал от горестных чувств. Дорога обратно к лагерю заняла в три раза больше времени, поскольку на этот раз охотникам пришлось идти пешком. Когда они прибыли к подножию Пода, небо стало тёмно-серым, сумерки быстро сгущались. Ушан придержал лошадь и обернулся к Норе.

— Чисто? — спросил он.

Сначала она не поняла, о чём он, а потом сообразила: ведь в их отсутствие им могли устроить засаду! Но нет, чужого присутствия она не ощущала.

— Чисто.

Охотники были так изнурены событиями дня, что даже еду готовить поленились, удовлетворившись остатками с завтрака. Лишь котелок воды на костре вскипятили, чтобы заварить ароматные травы и согреться. Ушан и Денни сразу переоделись в сухое, однако Нора не спешила последовать их примеру — лишь сняла доспехи, чтобы не портились, разложила их сушиться и снова вышла под дождь.

— Эй, ты чего? — спросил Ушан, следуя за ней.

— Всё в порядке, мне просто нужно… остыть. — «Подумать. Перебеситься. Ещё раз подумать. Разобраться с ощущениями. Но все эти подробности тебя не касаются». — Не переживай, я никуда не денусь и ничего не натворю.

— Ладно, — отмахнулся Ушан, как будто у него и в мыслях не было, что она может что-то учудить. — Тогда первая вахта — твоя. Разбуди меня в полночь, ладно? — Нора кивнула. Ушан ещё немного потоптался рядом. — Хотел дать тебе пару советов, как не пропустить лазутчика, но ты же всех и так чуешь, верно?

Нора снова кивнула и прикрыла глаза. Ей хотелось бы подставить лицо прохладным каплям, но заживающая рана на щеке возражала против такого обращения. Нора дышала холодным мокрым воздухом, а перед глазами у неё были мёртвые тела шести её бывших соплеменников и обезумевшее от горя и страданий лицо Тодорона, который когда-то помогал ей с Хвостик. У него были жена и двое детей, что с ними теперь?