Чтение онлайн

— Ни фига себе! Эта хилятина еще и тянет, — возмутился чернявый.

Он схватил Нафаню за грудки.

Что такое «тянет» Нафаня поначалу не понял. Он еще не знал здешнего жаргона. Позже ему объяснят, что «тянуть», это значит задираться, приставать…

Но, на этот раз, состояться начинающейся драке, было не суждено. Раздался звонок, созывающий бурсаков в столовую: война, войной, а обед по расписанию…

Чернявый нехотя отпустил Нафаню и прошипел:

— Я с тобой разберусь немного погодя.

Все ребята сломя голову бросились на обед. Нафаня понуро поплелся следом. В очереди к раздаче он оказался почти последним. Хотя очереди как таковой вовсе и не было. Это была безобразная свалка из беснующихся тел. Каждый норовил пролезть первым. Подростки только что на головы друг другу не наступали. Правда, если внимательно приглядеться — ребята все же держались небольшими стайками, в каждой из которых были свои лидеры. Эти группы в основном состояли из мальчиков, живущих в одной спальне. Так что бессмысленное, хаотическое движение школьников было таковым только на первый, не осведомленный взгляд…

Кормили в этот день овсяной кашей. Нафаня недоумевал, а как же то меню, которое он читал, когда его водила Козлявская? Ни тебе первого, ни кофе с молоком, ни яблока… Да пусть бы даже и салат из морской капусты?.. Ничего подобного нет! Овсянка, хлеб, и все!..

Правда, какое-то питье все же давали. Но какое, Нафаня пока разглядеть не мог. До него еще нужно добраться, в самое начало очереди. Очередь двигалась быстро, хотя на раздаче стояла всего одна толстенная рыжая женщина. Лицо у нее было пухлое — пухлое. И, что странно, чем-то неуловимо она была похожа на Козлявскую. Хотя в ширину, пожалуй, Козлявская в три раза будет тоньше этой буфетчицы.

Большим половником раздатчица шлепала порцию каши, размазывая ее по тарелке, при этом зорко следя, чтоб не дай бог, кто-то не получил еду дважды. Наконец-то очередь почти дошла до Нафани, и еще до нескольких худеньких подростков, которые каким-то образом оказались в столовой даже позже его.

Тетка развела руками:

— Все! Вы касатики что-то поздновато. Кашка у меня уже закончилась. Ну да ничего! Попейте чайку с хлебом. А к вечеру, на ужин, смотрите не опаздывайте, я еще сварю, — говоря это, она соскребала со стенок котла остатки каши для мальчика стоящего в очереди как раз перед Нафаней…

Обидно, но овсянки не хватило совсем немного. Если бы он пришел сюда чуть-чуть пораньше…

Нафаня кинул взгляд на подносы, еще недавно полные нарезанного хлеба, и увидел там только пару горбушек и невероятное количество крошек. Еще бы! Следить за тем, кто сколько берет хлеба, повариха вообще не успевала… Пользуясь этим, впередистоящие, наиболее шустрые ребята, брали хлеба столько, сколько могли унести. Хватали быстро, неаккуратно, с жадностью, отчаянно его кроша… А вот у Нафани не хватило наглости забрать эти два последних кусочка: за ним же в очереди стояло еще несколько голодных. Так что ж им вообще ничего не оставить, что ли?..

Он взял один кусок и налил себе в стакан то, что здесь называли чаем. Если в этом чае и была заварка, то очень немного, до того он был светлым и даже каким-то мутным…

Нафаня оглядел зал, пытаясь найти место, куда можно присесть. Но все столики были заняты.

— Пойдем к подоконнику, — предложил щупленький мальчик, стоявший в очереди следом за Нафаней, а сейчас также как и он оказавшийся с кусочком хлеба и стаканом чая. Этот мальчик молча оценил благородный поступок Нафани, фактически поделившегося с ним остатками хлеба.

— Тебя как звать, — спросил Нафаня нового знакомого, когда они наконец пристроились.

— Буш! Это кличка такая, от фамилии — Бушило. Здесь все к друг другу только по кличкам обращаются. Имя Алексей… Леша, то есть! Но так меня только дома звали. Я здесь тоже недавно… С сентября…

Нафаня рассматривал зал, прихлебывая едва подслащенный чай, хлеб он съел сразу. На них с Бушем никто не обращал ни чуточки внимания. Все бурсаки с невероятной скоростью поглощали свою кашу.

— Почему они так торопятся? — удивился Нафаня.

— Потому что сразу следом за нами, по второму звонку должны обедать девочки. И если мы не успеем в отведенное время, то доесть, не дадут, отберут тарелки и выгонят. Нам то с тобой, собственно, теперь без разницы, а им обидно… — Леша Бушило кивнул на жующую братию.

— Кто выгонит?

— Дежурные. Вон и они!.. Легки на помине.

И действительно в зал вошли пять человек крепкого сложения ребят с повязками на руке. На красных повязках было написано белыми буквами «Дежурный». Среди этой пятерки Нафаня увидел уже знакомого ему Пупыря.

Дежурные начали собирать посуду. Причем они совершенно не обращали внимания на просьбы тех немногих, кто не успел поесть, и просто отбирали у них тарелки с недоеденной кашей.

— Если дежурные не успеют очистить зал до следующего звонка, то сами останутся без еды… А кормят их отдельно, уже после девочек. Вообще на их месте быть хорошо: дают больше еды и в этот день освобождают от занятий в школе… Нам с тобой в дежурные по кухне никогда не попасть! Туда берут наиболее сильных и наглых! — Буш поставил пустой стакан на подоконник и, кивнув на дверь, закончил разговор: — Ну да ладно! Пора по своим группам. Наша комната рядом с твоей… Еще увидимся позже. Пока…

Нафаня с неохотой вернулся в спальню. Он боялся, что последует развязка той встречи, которую ему сегодня оказали бурсаки. Хорошего он, естественно, не ждал…

Но, на удивление, все опять куда-то спешили, и задиристому Чернявому было не до Нафани. Хотя своего обещания разобраться с Новеньким он не забыл. Этого мальчика, все остальные ребята детского дома, называли Катей. Позже Нафаня узнает, что фамилия его — Катин, отсюда и такое странное прозвище. Нужно отметить, что в детском доме не всем давали клички от фамилии, Нафаню так все и прозвали просто Новеньким…

Через несколько минут спальня опустела. Заняться было нечем. Нафаня решил прогуляться по дому, чтобы хоть немного ознакомится с детским домом…

Он вышел в коридор и изучая обстановку направился в другой конец здания. Внимание новенького привлекла комната с надписью ИГРОТЕКА. Он дернул ручку и вошел в помещение. В просторной комнате никого не было. Впрочем, кроме нескольких столов, стульев и пустых шкафов здесь также ничего не было…

«Странно! Во что здесь играть-то?» — подумал Нафаня.