Чтение онлайн

— Я как раз и собираюсь сделать это! — воскликнул Ахилл и, мечтательно прошептав: — «Всадник… богатство… Рим…», — закричал Янусу: — Эй ты! Ну что, вспомнил?

— Да, Ромул! Конечно, Рэм! — торопливо кивнул тот и, подбежав, стал что-то горячо объяснять, помогая себе жестами.

— Наставник! — уточнив у Харона, как следует обращаться к апостолу, с усмешкой осведомился Юний. — Так, значит, даже и у нашего безупречного Ахилла есть ахиллесова пята?

Ахилл, не прекращая слушать Януса, бросил полный негодования взгляд на младшего брата. Тот, как ни в чем не бывало, продолжал:

— А у меня?

— Да ты весь пока — сплошная ахиллесова пята! — с ласковым сожалением вздохнул апостол.

Однако Юний остался доволен и даже горд этим ответом. Его лицо выражало радость от того, что он пусть хоть в плохом, да превзошел брата!

Тем временем Ахилл закончил разговор с Янусом и во всеуслышанье объявил:

— Хвала богам! Теперь я и без помощи оракула знаю, где находится мой отец!

— Где? — мгновенно забывая о вражде с братом, подался к нему Юний.

— Как я и предполагал — в Италии! — важно сказал Ахилл. — Янус вспомнил, что они были там.

— Они что, попали в Италию, минуя Малую Азию, где тоже есть Неаполь? Или перепрыгнули через Элладу и Македонию, где этих Неаполей больше, чем рыбы в море?

Не удостоив его даже взглядом, Ахилл невозмутимо продолжил:

— В любом случае, оказавшись в Италии, я, если и не найду там отца, поеду в Рим, попрошусь на прием к Нерону… — он многозначительно поднял палец. — И подам лично императору жалобу на то, что вопреки римскому закону в рабстве находится гражданин великого Рима!

— Станет тебя слушать сам император! — недоверчиво покачал головой Юний.

— Да! Я уверен в этом! — без тени сомнения отрезал Ахилл. — Нерон, несмотря на молодой возраст, уже показал себя образцом справедливости и милосердия! Говорят, он даже плачет, когда ему приносят на утверждение смертные приговоры, и отказывается подписывать их!

— Погоди, Ахилл! — попытался остановить его апостол. — В Риме сейчас — великие потрясения. Кровавые перемены. И Нерон уже совсем не такой, каким ты его себе представляешь…

— Нет, я не могу больше оставаться здесь ни минуты! — возмущенно воскликнул Ахилл. — Слышать такие слова — значит, самому быть соучастником оскорбления императорского величества!

Он обвел глазами стоящих рядом с апостолом людей и решительно заявил:

— Я немедленно отправляюсь в Рим! К Нерону!

— А я остаюсь здесь! С… наставником! — как всегда принял противоположное брату решение Юний.

— Делай, как знаешь. Отныне я тебе не советчик!

— Это еще почему?

— Потому, что у меня нет больше брата!

— А у меня его никогда и не было! — не остался в долгу Юний. — Желаю тебе кривой дороги и встречного ветра!

— Прощай! — больше не глядя на него, бросил Ахилл и, поклонившись с подчеркнутой вежливостью всем остальным, направился в город.

— А как же мои деньги? — закричал Янус, бросаясь за ним вслед. — Достойный квирит, неужели ты обманешь меня?

— Я? Обману?! — Ахилл приостановился и достал свой кошель... — Вот, держи!

Не желая терять достоинства перед таким большим количеством людей, Ахилл на этот раз щедро отсыпал из кошеля целую пригоршню, правда, еще более мелких, медных монет.

Янус с готовностью подставил под них ладони, но те неожиданно посыпались сквозь дрогнувшие пальцы на землю.

Он вдруг увидел, что Харон подвел к апостолу нового просителя — того самого воскресшего моряка, которого до сих пор скрывала толпа.

Янус ошеломленно смотрел на него и не знал, верить ли ему собственным глазам.

Это был… капитан Сизиф!

Живой и невредимый, знавший теперь о нем все, — капитан Сизиф…

Только тут до него окончательно дошел смысл слов, что, оказывается, достаточно положить рядом с апостолом умершего человека, чтобы тот воскрес!

К счастью для Януса, капитану Сизифу было сейчас совсем не до того, чтобы смотреть по сторонам.

Он уже стоял перед самим апостолом.

— Что тебе надобно? — спросил у него тот. Он смотрел на нового просителя таким же приветливым и участливым взглядом. Чувствовалось, что ко всем людям, не взирая на чины и достаток, апостол относится одинаково.

Капитан Сизиф уважительно поклонился, оглянулся на подбадривающе кивнувшего ему Харона и сказал:

— Триеру! Это такой большой корабль с тремя рядами гребцов. Всю жизнь, сколько помню себя, я мечтаю о ней! Я отказывал себе во всем, не стал заводить семью, строил небольшие суда, чтобы, заработав на них, купить, наконец, триеру... Но проклятые шторма, мели, а теперь вот пираты, как рок, тяготеют надо мной! Помоги... Я знаю, ты можешь! Твои ученики сказали мне, что твоя молитва доходит до богов...

— До Бога! — громким шепотом поправил его Харон.

— Да-да, до Бога! — спохватился капитан Сизиф. — Что они...

— Он! — повысил голос бывший разбойник.

— Прости, что Он, твой Бог, — снова согласно кивнул капитан Сизиф, — делает все по твоей просьбе... Поэтому я умоляю тебя — попроси, чтобы Он дал мне триеру!..

— Хорошо! — подумав, ответил апостол. — Иди со мной, и ты получишь то, что желаешь.

— Это... правда?

— Да, у тебя будет самая быстрая, не боящаяся ни шторма, ни мели, ни пиратов — самая лучшая и надежная в мире триера!

— Хвала богам... я хотел сказать — твоему Богу! — воскликнул просиявший капитан Сизиф. — И я буду ее капитаном? Триерархом?!

— Нет, у нее уже есть капитан. Тот, Кто доведет этот корабль, со всеми его пассажирами, до Вечной пристани!

— О-о!.. — разочарованно протянул капитан Сизиф. — Благодарю тебя, но мне нужен мой, собственный корабль… Я сам хочу быть его капитаном! А у тебя нет другой триеры? — осторожно спросил он. — Пусть не такой быстрой и лучшей! Мне бы... Я...

— Зачем тебе другая, если есть эта? — удивился апостол.

— Как ты не понимаешь? Потому, что я хочу, чтобы она слушалась только меня, чтобы управлял ею только я, чтобы это была моя, понимаешь, только моя триера!

— Но ведь она может погибнуть в шторм!

— Конечно!

— Налететь на камни!

— Да!

— Попасть к пиратам!

— Да, да! Но все-таки это будет — моя триера! И я непременно построю ее!

Голос капитана Сизифа налился непреклонной силой, казалось, что он уже видел перед собой только свой вожделенный корабль: