Чтение онлайн

— Сюда, — позвал его Шустер из глубины пещеры.

Он заметил фонарь Шустера, установленный на стволе его М-16 и, казалось, плывший в темноте. Свет играл на поверхности массивной угловатой формации, которая напоминала отцепленный трейлер или крытый железнодорожный вагон.

И казалось, что звуки, которые они слышали, — теперь ясно узнаваемые как гудение механических частей — исходили оттуда.

— Давай, Холт! — прокричал Шустер. — Шагай сюда!

— Это сон или явь? — пробормотал Рамирес.

— Это не сон, — сказал Холт, направляя свой фонарь вниз. Он с удивлением увидел, что часть пола пещеры была выровнена, образуя дорожку в два с половиной метра шириной, и было это сделано явно не силами природы, а какой-то землеройной машиной. Скользнув по стенам пещеры, его фонарь высветил огромные сборные танки из нержавеющей стали, имеющие форму перевернутых детских бутылочек.

Холт и Рамирес побежали к Шустеру, а Хазо остановился, чтобы отдышаться.

— Как все это сюда попало? — спросил Холт.

— Должно быть, доставили по частям и собрали на месте. Модульная конструкция. Посмотри-ка, — сказал Шустер, водя стволом вверх и вниз и высвечивая один из многих клепаных швов, соединявших внешние стальные панели контейнера.

Холт и Рамирес держали свои М-16 наготове. Бледный фиолетовый свет сиял на рифленом пандусе, который вел вниз от длинной стороны контейнера. Короткая сторона контейнера частично блокировала центральный проход. Рядом находилась дверь. Она была открыта. Вход закрывали полупрозрачные полосы гибкого пластика, образовывавшие что-то вроде занавеса. Пластик был достаточно прозрачным, чтобы можно было убедиться, что внутри никого нет.

Рамирес заметил еще шесть контейнеров, поставленных аккуратно в ряд позади первого.

— Семь контейнеров?

— Все верно, — сказал Шустер. — И еще посмотри туда.

Он направил фонарный луч вдоль гибкого трубопровода, выходившего из верхней части контейнера и присоединенного к центральной магистрали, которая, подобно дымовой трубе, поднималась на пятнадцать метров и исчезала в потолке пещеры. Шесть таких же трубопроводов шли от главной трубы и подсоединялись к верхним частям других контейнеров. Ветерок, дувший из-за пластиковых полос, подтверждал, что сверху, с поверхности земли, сюда закачивался свежий воздух.

— Это вентиляционная система, — сказал Шустер.

— Тюремные камеры? — предположил Холт.

— А может, военная лаборатория Саддама, — сказал Рамирес.

— Есть только один способ узнать наверняка, — сказал Шустер, заметивший трубы из ПВХ, змеившиеся рядом с воздуховодом. Водопровод, предположил он. — Оставайтесь здесь. Я загляну внутрь. Посмотрим, что там у нас.

Пока морские пехотинцы были заняты странными конструкциями, Хазо сделал собственное открытие. Его фонарь поймал пятно, где поверхность камня была гладко выровнена вокруг отверстия в камне на высоте примерно метр от земли.

Он подумал, не позвать ли других. Но ему нужно было беречь силы. Он будто бы погружался в сон, а лихорадка усиливалась.

Осторожно ступая по неровной земле, Хазо с трудом подобрался к стене. Он встал напротив ниши и посветил в нее фонарем. Она оказалась намного глубже, чем он думал, и уходила в камень метра на два, как маленький туннель. Глубокая кромка шириной примерно с его руку была вырезана по краю отверстия, вероятно чтобы сохранять на месте массивную печать — печать, которая была удалена. Оставалось думать, что содержимое также отсутствует. Форма ниши лучше всего подходила для чего-то длинного и узкого, что можно было бы задвинуть внутрь.

Он подумал о мифах, связанных с пещерой, и до него вдруг дошло.

Эта ниша была могилой. Могилой Лилит.

Заходя на посадку, «блэк-хок» пролетел над шоссе точно там, где отряд Джейсона начал бой всего девять часов назад.

— Боже, — сказал Кэндимен, разглядывая разгромленный лагерь. — Ну, дела.

На южной стороне стояли пять «хаммеров», превратившиеся в дымящиеся груды искореженного металла. С двумя палатками в центре лагеря судьба обошлась не лучше — они сгорели, остались только каркасы. Около дороги он насчитал пятнадцать аккуратно положенных похоронных мешков, готовых к перевозке.

— Я все еще не вижу подкрепления, — сказал Мясо.

— Они скоро прибудут, — сказал Кэндимен уверенно. — Минут через сорок пять или около того. Когда они связались по радио с лагерем, Крофорд сказал им, что здесь все хорошо… что лагерь в безопасности. Поэтому они повернули назад в Кемп-Иглз-Нест. Мне пришлось уговаривать их развернуться еще раз.

Кэндимен посадил «блэк-хок» на шоссе и сказал:

— Удачи, ребята. У меня приказ не задерживаться.

Прежде чем «блэк-хок» поднялся в воздух, Джейсон уже преодолел полпути вверх по склону. Мясо от него не отставал.

Пока агент Флаэрти договаривался по телефону о помещении Стоукса под стражу, Брук решила получше рассмотреть артефакты, имевшиеся в хранилище. Сначала она подошла к витрине с большим глиняным кувшином — чуть левее витрины, где была выставлена жуткая отрубленная голова Лилит.

Выпуклый глиняный сосуд был примерно треть метра в диаметре у основания и полметра высотой. За ним находился большой стенд с фотографиями, документирующими его осторожное извлечение из глубин пещеры.

Первая фотография показывала один из барельефов, который Брук сама изучала у входа в пещеру. На нем была изображена Лилит, несущая этот самый кувшин. Вторая и третья фотографии показывали могилу Лилит в двух стадиях: сначала закрытой замысловато украшенной печатью, изображавшей двух духов-хранителей (она взглянула на оригинал, стоявший на постаменте совсем рядом), затем без печати, так, что видно было содержимое. Могила была достаточно проста: глубокая ниша, вырезанная в каменной стене. Грудная клетка скорчившегося скелета и кости рук были едва видны за приземистым глиняным горшком, установленным в передней части ниши. Из-за горшка выглядывала верхняя часть кувшина.

В другой витрине находилось реконструированное ожерелье, также извлеченное из могилы Лилит. Бусинки ожерелья были двух видов: глянцевый обсидиан — черное вулканическое стекло, встречающееся в Восточной Турции, — и гладкие раковины каури, которые в древности находили на берегах Персидского залива. Брук видела подобные вещи, извлеченные на раскопках Арпачии и Чагар-Базара, отнесенных к периоду Убайд, приблизительно 5500 году до нашей эры.

«Как могла Лилит получить украшения, которые старше ее на пятнадцать столетий?» — задумалась она.