Чтение онлайн

Сегодня у Джека совсем другая тактика, не такая, как была с Пепито. Тогда он уклонялся, не давал себя достать, танцевал вокруг противника, будто отказывался подарить публике шоу. Сейчас его агрессивный напор вызывает такой шум, что Флоренс не слышит собственных мыслей.

Ямайке приходится закрывать лицо руками – Джек словно метит именно туда. Кажется, тому не очень комфортно в оборонительной позиции, и он пытается сделать пару неуверенных ударов, но в ту же секунду Джек отскакивает и замахивается ногой. Флоренс даже не успевает заметить, куда именно он попадает.

Они кружат по арене, так и не доставая друг друга, хотя каждый пытается атаковать. Невозможно сказать, как долго это длится: вечность или считаные секунды. Один раз Джек все-таки пропускает удар по лицу, но даже не реагирует на него, будто не чувствует.

Словно обретая уверенность, Ямайка становится агрессивнее в своих выпадах. Джек увеличивает дистанцию, ему приходится уклоняться от ударов активнее, но в какой-то момент его нога проезжается по песку, и он падает.

У Флоренс словно выбивают из груди воздух. Она вскакивает с места, хотя не может даже кричать. Сейчас бы перескочить через заграждение и избить этого урода самой! Она до сих пор сминает в руках футболку – единственное, что держит в сознании.

Конечно, Ямайка пользуется промашкой, тут же прыгая на Джека сверху. Тот перехватывает его ногами и… улыбается. Держит чужую голову в крепком захвате, игнорируя удары по ребрам. С арены раздается душераздирающий вопль, но кричит не Джек.

Ямайка поднимается, хотя Джек так и не расцепляет ни ног, ни рук – тому приходится нести его, как груз, и Флоренс видит: Ямайке тяжело вставать. Она перестает понимать, что происходит в кругу, хотя… Когда она вообще начинала?

Джек надолго не удерживается – видно, что ноги сползают, и он сдается. Но в ту же секунду, когда его ступни касаются песка, он резко поднимает одно колено и тянет голову Ямайки вниз всем своим весом.

От удара коленом у того брызгает кровь из носа, и он медленно обмякает, пока Джек помогает ему опуститься на пол.

Флоренс не верит своим глазам. Бой должен был продолжиться, когда Ямайка сбросит Джека с себя. Она даже боялась, что второе падение станет решающим, но теперь толпа восторженно приветствует победителя, пока сама Флоренс все еще не может дышать.

Он выиграл.

Он сделал что-то невероятное и снова выиграл.

Джек кланяется публике и перемахивает через ограждение, быстро поднимаясь к месту, где сидит Флоренс. Он так улыбается, будто собирается швырнуть эту победу к ее ногам. Она не в состоянии двигаться, но ей нужно его коснуться. Убедиться, что глаза не врут.

– Я чуть не умерла, – выдыхает она, когда руки крепко обхватывают ее талию.

– Я тоже. – Джек прижимает ее к себе.

Он набрасывается, как голодный зверь. Губы требовательно впиваются с жадным, опьяняющим поцелуем. Флоренс впускает чужой язык внутрь, и перед глазами взрываются фейерверки ярче, чем на четвертое июля.

Ноги подкашиваются: его запах, руки, которые властно держат ее, – всего этого не хватало с тех самых пор, как она зашла в затхлый ангар. Между ними не остается пространства, но оно и не требуется. Вспыхнувшая страсть подобна животной, такая же всепоглощающая и простая.

Это кружит голову – целоваться с победителем. Знать, что трибуны смотрят только на них, и все равно не стесняться в своих движениях. От шальной мысли, что второй раз подряд знаменитый Факбой после арены целуется именно с ней, земля окончательно уходит из-под ног.

Джек резко прерывает поцелуй, заставляя пошатнуться. Его глаза, болотные в тусклом свете, изучают ее лицо так, словно видят в первый раз. Он закусывает губу, и Флоренс невольно тянется вперед.

– Свалим отсюда? – Он прижимается своим лбом к ее. – Я так хочу тебя сейчас.

– Идем, – шепчет Флоренс.

Он коротко поворачивается к Бри и Маттео, но те просто машут руками.

– Мы тут еще не все посмотрели, – говорит Маттео, сияя, как начищенная кастрюля. – Чао!

Джек перехватывает ее за руку, их пальцы переплетаются… Так же, как это было в прошлый раз. Господи, сколько же всего изменилось с тех пор между ними. Сейчас Флоренс знает: ее ждет лучшее продолжение вечера. И она не заявилась на бои незваным гостем, чтобы забыть бывшего. Она пришла увидеть, как победит его брат.

А теперь думает о том, как не оседлать Джека прямо в машине.

Пьяняще свежий воздух наполняет легкие. Флоренс отдает Джеку футболку, но он достает телефон и ключи, а футболку затыкает за пояс штанов. Его замутненный взгляд скользит по ее телу, задерживаясь на топе, в вырезе которого он точно видит больше, чем тот показывает.

Они молчат, глазами пожирая друг друга, но недолго. Джек первым делает шаг навстречу, крепко обнимает ее, зарываясь носом в волосы, шумно вдыхает. Его пробивает мелкая дрожь, и Флоренс даже пугается, что это из-за драки. Мало ли что Ямайка еще ему…

– Не доживу до дома, – стонет Джек ей на ухо, – повторим в машине?

– Здесь, на парковке?

Джек не отвечает. Он сворачивает в сторону, тащит ее куда-то во тьму, и единственное, что выдает «Линкольн» – несколько бликов на фарах. Теперь Флоренс может только чувствовать его прикосновения, и беззвездная ночь словно сама подталкивает их к тому, чтобы нарушить очередные правила приличия.

Вдруг кто-нибудь выйдет? Флоренс пытается успокоить себя тем, что их все равно не заметят: Джек, видимо, заранее спрятал машину. Спланировал?

Он возится с ключами, кажется, пальцы не слушаются. Флоренс не выдерживает промедления: его дрожь передается и ей. Бездействие становится невозможным, и она, сама себе не веря, заставляет Джека опереться на капот.

– Что ты… – Сиплый голос прерывается, когда она расстегивает его штаны и опускается вниз.

Флоренс не подозревала, что однажды настолько захочет встать на колени и попробовать чей-то член на вкус. Не из желания сделать приятно или угодить – просто потому что это необходимо ей самой.

Она проходится языком по всей длине, от самого основания, и возбуждение пульсирует внизу живота, требует большего. Флоренс повинуется кипящему в крови адреналину, двигаясь быстрее, активнее, и когда из горла Джека вырывается тихий стон, это только подхлестывает.

В голове неожиданно появляется глупая мысль: у него красивый член. Флоренс давно заметила, а сейчас обводит языком каждую венку, обхватывает головку губами – ей даже больше нравится представлять, как это выглядит.

Она не думает, что именно сейчас делать, а получает удовольствие от процесса, а еще больше – от власти. Стоны Джека слышатся громче, решительнее: он начинает бормотать что-то, похожее на похвалу. Флоренс снова опускается вниз, к основанию члена.