Чтение онлайн

— И всё? Просто чтобы тебе позволили высказаться? Не чтобы суд встал на твою сторону, не чтобы оправдал? Ты просто хочешь иметь право на честный суд? — Лоран был явно поражён.

— Именно так. Я не генерал, чтобы давить на вас. Я прошу лишь о праве говорить. О праве быть услышанным. И только.

Лоран замолчал. Видимо, давно не слышал такой просьбы.

— И когда должен пройти суд? — спросил Ранвир.

— Вы об этом узнаете. Поверьте, даже не придётся никого созывать. Люди сами придут, — сказал я и встал с дивана.

Я забрал документы, надел шлем и покинул дом.

Молился, чтобы никто не вышел следом, не закричал стражникам. Вернувшись в убежище Рейн, я вновь погрузился в мысли.

Нужно готовить план. Я должен заявить о себе. Не знаю, справилась ли Алиса. Возможно, она всё ещё действует. Но медлить больше нельзя.

Прошла неделя. Неделя тяжёлых, изматывающих подготовок. Я прорабатывал каждую деталь, разбирал планы, просчитывал, где и как сделать свой ход, чтобы не провалиться. И вот, наконец, Алиса вернулась.

Сказала, что всё прошло даже лучше, чем ожидалось. Я же велел ей держаться в тени. Могла прийти на суд, могла слушать, наблюдать, но не показываться. Документы — при ней. Опасно? Безусловно. Но если мне понадобится козырь — он должен быть рядом.

— А как ты собираешься всё это провернуть? — спросила она.

— Просто выйду к людям, — ответил я.

Сегодня днём в столице проходила ярмарка. Типичная летняя забава: торговцы со всех уголков королевства, лавки, прилавки, диковинные товары, рукоделие, специи, сладости. Всё это, конечно же, в самом сердце города — на центральной площади. К полудню там будет не протолкнуться.

Я появлюсь тогда. Без эффектных выходов. Просто поднимусь на пьедестал — к статуе основателя столицы — и заговорю. Всё, что у меня есть — это голос и немного ораторского мастерства. Хватит ли? Не знаю. Но делать нужно именно так.

К тому моменту, как площадь заполнилась, я уже был там. Гул толпы давил на уши, мысли путались. Люди бродили между лавками: женщины с корзинами, дети с леденцами, мужчины приглядывались к оружию и амулетам. Я остановился, наблюдая за этой почти мирной картиной.

И всё же — стоит ли? Ведь мои действия могут привести к волнениям, бунтам, кровопролитию. Но в то же время вся эта суматоха даст мне шанс — шанс вытащить из столицы нужные детали и приблизит сделку с королём-личом. Если не сейчас — то никогда.

Статуя возвышалась над площадью, массивный пьедестал. Изображение великого человека, простого рабочего, сумевшего объединить народ и основать столицу, а вместе с ней — и всё королевство. Мужчина в тяжёлых доспехах, с мечом, смотрящий в сторону горизонта, как будто и сейчас ведёт за собой. И я пошёл к нему.

Начал взбираться.

— Эй, ты, рядовой, что удумал?! — выкрикнул офицер.

— Что он делает? — послышался женский голос из толпы.

Несколько человек уже отвлеклись от покупок и наблюдали за мной. Я оказался на вершине пьедестала.

— Люди Федера... — начал было я, но тут же осёкся. Нет, не стоит говорить им, как их называют за пределами стен.

— Это объявление от армии? — крикнули снизу.

Нет, Кай. Ты знаешь, что делать. Сделай шоу. Заставь их услышать.

Я снял шлем и бросил вниз. Он с глухим звоном ударился о камень и откатился. Теперь все видят моё лицо.

— Это же тот мутант с плакатов! — выкрикнул кто-то.

— Стража! Взять его! — закричал солдат.

Ко мне уже неслись.

— Люди! — закричал я, — Позвольте мне сказать вам правду! Правду о генерале! О том, как он лжёт вам, как заставляет верить в бред и страх!

На пьедестал полез ближайший ко мне солдат. Я пнул его в грудь, и он рухнул вниз.

— Всего пять минут! — прокричал я. — Дайте мне сказать, и я сам сдамся стражникам! Я требую суда над генералом!

Толпа загудела. Шепот, восклицания, ропот. Они не ожидали, что кто-то осмелится бросить вызов власти прямо в полдень, на глазах у сотен людей.

И вдруг... один из горожан дёрнул за ногу стражника, полезшего ко мне. Тот рухнул назад, и мужчина, обернувшись ко всем, закричал:

— У нас тут свобода слова! Дайте ему говорить!

— Да! Пусть говорит! — подхватил кто-то.

— Хоть кто-то должен высказаться о том, что творит наша власть! — раздался знакомый голос Алисы из толпы.

Она здесь и она следит. План "Б" рядом.

Толпа сплотилась у подножия пьедестала, не подпуская солдат. Люди окружили меня стеной. Я воспользовался своим правом — правом свободного человека королевства — высказывать недоверие к власти, если есть на то обоснования. И обоснования у меня были.

— А ну, отошёл! — стражник толкнул того мужчину, что помог мне.

— Эй! Это нарушение наших прав! — заорал здоровяк и со всего маху врезал стражнику в лицо.

И в этот миг я понял.. Сейчас!

— Хватит! Не нужно устраивать здесь драку! Пусть мутант скажет, что хотел! — я не ожидал этого, особенно от солдата, на котором красовались лычки майора армии.

В ту же секунду все солдаты и стражники отступили. Прекрасно, дебош остановлен. Осталось только правильно подать информацию.

— Многие из вас знают меня по плакатам: как врага королевства, как человека извне, как мутанта, что якобы угрожает вашей жизни. Но ответьте мне — стал бы я приходить сюда, сдаваться, и требовать суда над генералом, если бы действительно желал вам зла? — я посмотрел на лица перед собой.

Меня встретила тишина, а затем шёпот. Быстрые переглядки, брошенные фразы от одного к другому.

— Ты говорил, что генерал врёт. О чём это ты? — раздался голос из толпы.

— Генерал водит за нос каждого из вас. Он лжёт, когда говорит о зле за стенами. Я был там, я видел, что происходит. Нам десятилетиями вдалбливают фальшивую историю, где мы — жертвы, а за стенами — монстры. Но всё не так. Королевством управляет человек, способный превратить вас в безвольных рабов своего дела. И я требую суда над Кассианом фон Люмьером! У меня есть доказательства его тирании. Доказательства того, что он — безжалостный, бесчеловечный фанатик. Я требую суда присяжных! — голос мой звенел, срывался, но я не умолкал.

— Почему мы должны тебе верить? — спросил седой старик, стоявший неподалёку.

— А вы оглянитесь. Давно в столице было столько солдат и стражников? Давно ли вас заставляют сидеть по домам после заката? Проверяют каждого, заглядывают в сумки и кошельки? Кто из вас был услышан в сенате? Кто пришёл с жалобой и был принят? Вам даже говорить не дают! Вы и без меня всё знаете! Власть в столице давно прогнила. Законы действуют лишь по приказу генерала. Армия преследует тех, кто осмеливается не соглашаться. Очнитесь, люди!