Чтение онлайн

— Дело не в этом…, — шмыгаю носом, и все же с надеждой уточняю: — Я точно беременна? Может, пересдать?

Врач смотрит на меня со снисхождением и долей сочувствия:

— Мы, конечно, можем взять кровь на анализ еще раз, но… Что-то подсказывает мне, что результат будет тем же самым. Вера, вы же врач, неужели вас не смутило отсутствие менструаций? Потому что, судя по вашим анализам, вы беременны далеко не первую неделю.

Как раз-таки отсутствие менструаций меня не смущает ни разу. У меня очень нестабильный график критических дней, и любой стресс, изменение в режиме дня или питании на нем отражается. Поэтому задержки цикла для меня в порядке вещей.

— Но меня не тошнило до сегодняшнего дня! Не было болей внизу живота, как в прошлый раз! — предпринимаю я последнюю попытку.

— У вас уже есть ребенок?

Черт. Я сказала лишнего. Теперь главное — не сорваться и держать себя в руках. Я нужна маме и Свете!

— Нет.

Очевидно, врач понимает, что тема детей для меня очень деликатная и щепетильная, и тут же меняет направление разговора.

— Хорошо, Вера, давайте поступим так. Раз вы не верите анализам, то давайте посмотрим вместе на вашего малыша.

— Что? — перевожу ошеломленный взгляд на врача, которая встает на ноги и протягивает мне руку.

— Мы сходим на УЗИ, посмотрим, как развивается ваш ребенок.

Как в прострации иду за врачом, до сих пор не понимая, как такое могло произойти. Нет, я как раз в курсе, каким образом дети появляются на свет, но… Как такое могло произойти со мной?! За что?!

В кабинете ложусь на кушетку, оголяя живот и смотря в потолок. Повторяю про себя, что не буду смотреть на экран, ни за что, чтобы не ранить и не терзать душу еще больше. Но как только слышу биение сердца, впиваюсь глазами в монитор и не могу поверить, что человечек внутри меня — живой и даже шевелит ручкой.

— Срок беременности примерно десять — одиннадцать недель. Говорю примерно, потому что вы не помните точный день последних месячных, а по размерам плода все же немного сложно оценить. Пока плод развивается без каких-либо патологий. Все остальное точнее смогу сказать на первом скрининге. А это вам на память.

Врач протягивает мне черно-белый снимок УЗИ. Первое фото моего малыша.

В голове тут же всплывают воспоминания, как я с нетерпением ждала первого УЗИ, чтобы просто посмотреть на точку на экране и послушать, как бьется сердечко внутри меня. Как собирала все вот такие фотографии и сделала коллаж, как развивается и растет мой малыш. А потом все порвала на мелкие кусочки и сожгла. Дотла.

А сейчас… сейчас я не испытываю того трепета. Ничего, кроме священного ужаса, что внутри меня развивается новая жизнь. Еще раз я такого не переживу…

Мы выходим из кабинета, и врач произносит, касаясь моего плеча:

— Вера, я, конечно, понимаю, что лезу не в свое дело, но… Вы будете сохранять беременность?

— Я не знаю, — честно выдаю. Потому что действительно понятия не имею, как поступить. С одной стороны на чаше весов жизнь маленького человечка, которого я, безусловно, полюблю всем сердцем и душой. А, с другой, он обязательно разобьет мне сердце, если все пойдет так, как в прошлый раз.

— Я не имею права давить, но, Вера, прежде чем принять какое бы то ни было решение, подумайте. Внутри вас уже растет самый настоящий человечек: у него есть ручки и ножки, бьется сердечко. Подумайте над этим. И все дурное забывается, стоит услышать первый крик ребенка.

Тут доктор права, не могу не согласиться. Но и самые большие переживания, все самое страшное в жизни у меня тоже связано с ребенком. С сыном.

— Я подумаю, спасибо вам.

— И думаю, сами знаете, что, если все же захотите прервать беременность, то на решение у вас буквально несколько дней.

Я согласно киваю и разворачиваюсь, чтобы пойти, наконец, домой, но останавливаюсь, как вкопанная. Потому что напротив с совершенно обескураженным выражением лица и глупой улыбкой стоит тот, кого я совершенно не ожидаю увидеть здесь.

Руслан.

И он произносит то, от чего у меня буквально все леденеет внутри.

— Вера? Ты беременна?

Вера

Смотрю в упор на мужчину, боясь моргнуть. Кажется, прикрою глаза, и он исчезнет. Как мираж в пустыне. Но вот он стоит передо мной, глубоко дыша, и внимательно изучает. Прожигает, сканирует взглядом. Словно так сможет найти подтверждение своим словам.

Мое сердце неистово колотится о ребра, словно хочет пробить их и выпрыгнуть наружу. Чтобы оказаться в больших и сильных руках Руслана. Хочется вырвать его и вручить ему со словами: «Оно твое. Береги его, пожалуйста. И не делай больно. Потому что, кажется, больше я не выдержу».

Но вместо этого произношу идиотский вопрос, намеренно игнорируя его слова о беременности:

— Как ты здесь оказался?

Врач подходит ко мне, становится рядом, гладя меня по плечу и доверительно произносит:

— Извините, Верочка, но я оставлю вас. Меня ждут пациенты. Удачи вам.

— Спасибо вам огромное. За все! Особенно за маму. Завтра утром я навещу ее.

— Конечно.

И врач оставляет нас один на один. Мне становится страшно. Потому что одновременно хочется сказать так много, и в то же время я не знаю, что говорить…

— Ты не ответила на мой вопрос, — Руслан делает шаг вперед, а я отступаю назад.

— А ты — на мой.

— Я узнал, что у тебя случилась беда. И вылетел первым же рейсом. Чтобы быть рядом. Чтобы поддержать. Чтобы ты не осталась один на один со своим горем, — Руслан говорит, продолжая медленно наступать, а я задыхаюсь. От обиды, злости и несправедливости. Почему мы не встретились раньше на несколько лет?! Может, тогда бы я не прошла через весь ад в одиночку?! Может, моя жизнь сложилась бы совсем по-другому и была бы связана с этим невероятным мужчиной…

— Почему ты решил, что я осталась одна? — я готова нести какую угодно чушь, лишь бы не возвращаться к вопросу о беременности.

— Потому что я знаю, — отвечает твердо, а внутри меня вспыхивает волна негодования.

— Ты что, следил за мной?!

Руслан неожиданно берет мою ладонь в свою, переплетает наши пальцы и тащит в сторону выхода. Он идет широким шагом, и я едва поспеваю за ним.

— Куда ты меня тащишь?

— Тебе надо домой. Отдохнуть, привести себя в порядок. Еще ты хочешь утром навестить маму. Значит, надо собрать кое-какие вещи. Я отвезу тебя, — коротко поясняет Руслан, сажая меня на пассажирское сиденье и лично пристегивая ремнем безопасности.

Мы плавно трогаемся с места и едем в полной тишине. Я смотрю в окно, наблюдая за таким родным, но все же изменившимся городом.

— Ты поменял машину? — неосознанно вырывается у меня, когда тишина в салоне давит на подсознание, как гробовая плита.

— Это из проката. Взял в аэропорту, чтобы было быстрее.

— Ты один? С кем ты оставил Ангела? — беспокоюсь, переводя взгляд на мужчину. Как всегда, когда речь заходит о его дочери, он улыбается так, что сложно не улыбнуться в ответ.