Чтение онлайн

Прыгающие ракеты пробили в стене небольшую дыру — достаточную для того, чтобы обнажить туннель коммуникаций. Это небольшой, но полый коридор для подводки питания и боеприпасов. Туда и летят снаряды со станций. Они уже прошли щит помех. ПВО наконец раздуплилось и работает по целям, но стараний мало. Минатек считает сброс эффективным, если цели достигает 30 % снарядов. Алисе достаточно одного.

Боевая Информационная Система: три снаряда прошли ПВО и зашли на цель. Щит помех не сработал, снаряды…достигли цели.

Сначала ничего не произошло. Газовое облако из снарядов распространилось по полостям и пустотам, заполнило технические тоннели и добралось до складов с боеприпасами. И только потом подрыв аэрозоля создал локальный шторм огня и разрушений в пирамидальной стене. Даже до Алисы долетел жар от взрыва, вскрывшего посольство. Вот его главная уязвимость — стены, закрытые коммуникации, боеприпасы вместе с контингентом и всё внутри. Ты нашла лазейку, подготовила инструменты для расковыривания посольства и блестяще провела операцию.

Б оевая Информационная Система: корабль готовится к старту.

Алиса: пусть готовится к полной жопе.

Ты преодолеваешь пятьсот метров выжженной земли за 2 минуты. Если внутри и остались выжившие, они не боеспособны — посольство выглядит как разворошённый муравейник, который подкурил сигару и теперь дымит вверх чёрным дымом. Ты проскочила сквозь обломки внутрь, пригибаясь и находя дыры в раскрученном бетоне. БИС не мог действовать против корабля, но тут ты и сама справилась, установила на аналоговых щитах небольшие пласты взрывчатки — снесла их к чертям и получила доступ в шахту за бронепластиной. А дальше дело техники, легко перекувыркнувшись, ты выпала на поверхность корабля. Ещё немного взрывчатки и ты внутри.

Посол укрылся в небольшой рубке, голографические экраны дублировали АИ корабля и создавали иллюзорную наполненность пространства чем-то реальным, даже обладающим запахом, отличным от горелых запахов войны. Здесь было спокойно. Зелёные тона, велюровая обивка кресел, седой посол в конце концов. Его приятные черты мужественного лица располагали, но таким и должен быть дипломат — приятным, мудрым. Хорошо что ты никогда не доверяла внешности.

Пальцы посла остановились. Изображение разгонных блоков под ними пропало. Ты села рядом, во второе кресло. Он перевёл рубку из вертикального состояния, в горизонтальное. Стало намного удобней. Кресла развернулись навстречу друг другу. Осталось принести выпивку.

— Охотник. Такая молодая.

— Душа старая, — ответила ты.

У него седая борода, длинные волосы. Он похож на техно-пророка. За добрыми глазами ты читаешь в нём высокомерие. Пожалуй, это все его грехи.

— Впервые вижу охотника так близко.

— И это значит, что ты умрёшь, — отвечаешь ты на его языке. Кажется, он видит, что ты ещё не решила, убивать его или нет.

Вот теперь он на высшем уровне дипломатии. Одно неудачное слово, эмоция, жест и чаша весов его прикончит. Для убедительности ты достаёшь нож. Небольшое, но достаточное для колющих ударов лезвие, так смерть свою видишь сразу в металлическом отражении.

— Что тебе сказали? Что ты спасаешь мир? Ведь это вам всем говорят? Моя смерть не станет концом конфликта. Это начало войны!

— А ты у нас миротворец?

— Я делегат от Марсианской Торговой Компании и лечу на Марс с дипломатической миссией. Поверь, умений и полномочий у меня хватает, чтобы пресечь этот конфликт на корню.

Ты убираешь нож обратно в ножны. Что-то в тебе было тогда Алиса. Но что? Ты сделала выбор и в итоге потеряла всё.

— Говори, — произносишь ты.

Эта пауза такая длинная, что её можно завязать в узел и повесится.

— Думаешь, в МТК не понимают, что Марсианская Республика — это свершившийся факт? Они упустили её создание, они не заметили, как сформировался альянс из производственников и как часть их армии и внутренней охраны перешла на сторону политиков, ещё вчера бывших уличными зазывалами. И всё это их бесит настолько, что они без труда направят весь свой звёздный флот для полномасштабного вторжения и ни одна мегакорпорация Земли даже не пикнет в ответ. Для старых идиотов, которые на Марсе-то никогда не бывали — это не республика, это мятеж.

— Звучит так, как будто если ты умрёшь, то ничего не изменится. Ты меня не убедил.

— Суть в том, что есть я — делегат, и неважно какие у меня предложения, важно, что есть переговоры. Пока я лечу туда и пока я лечу обратно. Но главное, охотник, — он повысил голос. Всё-таки страшно ему, — ты ведь ни разу не убивала?

Вот ещё кое-что к его портрету: он манипулятор. Перед чёрным комбезом охотника, перед лицом смерти (да, это твоё лицо Алиса), ему совсем не страшно. Потому что он и сам убивал. В его словах нет ни слова правды, прав Лигостаев. Гидре нужно отрубать конечности.

— Назад дороги не бу… — он не успевает договорить.

Ты достала нож и воткнула ему в сердце. Смерть была быстрой и милосердной. Как тебе учили. В это время по продырявленному баку ракеты стекало топливо. Через пять минут оно детонирует, но тебя здесь уже не будет.

— Опять вспоминаешь прошлое? — вырывает Алису из небытия Аида.

— Рефлексии на целую главу хватит. Я часто воображаю, что обо мне думала бы моя сестра. Она будто цензор наблюдает за мной сверху. Иногда я не поступаю определённым образом, потому что она бы так не поступила. А иногда я делаю то, что она точно никогда бы не стала делать. Потому что так я ощущаю себя собой. Только ничего не говори в ответ. Ты машина.

— Но и ты не человек, — обижается Аида.

Удивительно, как можно развернуться в четырёхместной каюте, если поднять все верхние койки, стряхнуть накопившийся слой пыли. Застелить кровать с пружинами класса комфорт, испытавшими на себе тяжесть телес послов, вскормленных на приготовленных людьми блюдах из отборных продуктов и только в путешествии перебивающихся искусственной едой из автомата.

Нижняя кровать трансформируется в диванчик и выдвижной стол, достаточно большой для всех посольских дел, если они возникнут в долгом пути. Всё оформлено в ретро-стиле: дорогой пластиковый материал местами плоско имитирует деревянные поверхности, обитые медью. В подобных комнатах, с более дешёвыми материалами Алиса и провела свою юность. Правда в эту каюту полагалась роскошь — настоящее шерстяное одеяло.

Мягко стартовав, корабль быстро заменил гравитационную ловушку на Луне, на собственную центробежную гравитацию. Комфортом же здесь считалось полное отсутствие звуков, ни гула, ни вибрации, ничего. Это помогало проникнуться мыслями о путешествии в пустоте. Жаль, что оно сопровождалось запахами — в каюте давно не было людей, но это тоже особенный запах, особенно в космосе.

В каюту постучали, Алиса махнула рукой, чтобы дверь открылась. Синчен поднял руки и повис в проходе. Демонстрирует подмышки — показывает, что расслаблен. Корабль, это единственное место, где он чувствует себя в безопасности. Даже переоделся в простую хлопковую футболку. На шее цепочка — висит небольшой неприглядный вытянутый камень красного цвета, что наводит на мысль о красной планете. Когда-то Синчен был атлетом, но теперь у него появился жирок на животе и тем не менее развитый плечевой пояс и руки дали бы фору даже вечно молодому Ульяну Чеснокову. Синчену же уже под сорок: короткий седеющий ёжик, мощная гладковыбритая, но всё равно синяя челюсть, высокие скулы и холодные расчётливые голубые глаза под нависшими бровями, выразительные тонкие губы. Он тщательно скрывает свою проницательность, постоянно играет в весёлого и очень фартового парня, внутри же Синчен — льдина. Бывший агент Марсианской Торговой Компании, полевой военный советник?