Чтение онлайн

— Спасибо, — отвечает Слава и открывает дверь, пропуская жену и подростков. — Ну, что? Показывайте дорогу.

Они идут по коридору, ловя на себе взгляды других детей, чувствуя кожей чужие зависть и радость. Скоро эта новость разлетится по детскому дому, как горячие пирожки.

— Сюда, — Никита открывает дверь, где стоят столик, несколько стульев и стеллаж с игрушками и детскими книгами.

Подростки садятся напротив, исподлобья смотрят на взрослых.

— Гхм, — Слава прочищает горло. — Вы простите, мы в подобной ситуации впервые и не очень понимаем, что нужно делать. Давайте для начала познакомимся, что ли? Меня зовут Вячеслав, а это моя жена Светлана. Можете называть нас по имени. Нам тридцать девять и тридцать пять лет соответственно. Я работаю в сфере логистики, а у Светы своя парикмахерская.

Никита смотрит на сестру, хмурится, видя, что той нравится все, что она слышит. Девочка впитывает каждое слово и каждый взгляд.

— У вас есть свои дети? — сразу в лоб.

— Нет, — отвечает Света. — Мы много лет пытались, но… Нет.

— Почему мы?

Тепловы теряются. Они не ожидали таких вопросов. Как объяснить, что их выбор был спонтанным, замешанным на эмоциях?

— Мы видели твою игру, — начинает Слава.

— Да, а потом узнали и про Вику от жены твоего тренера, — продолжает Света.

— Решили помогать вашему детскому дому, обращались к господину Полунину, — подхватывает Теплов, — оказались на Дне открытых дверей…

— Где снова вас увидели и решили, что стоит попытаться. Жаль, что вы ушли так рано тогда, мы хотели с вами поговорить, чтобы для вас не было неожиданности.

— Вы сейчас с нами говорите, — отрезает Никита.

Вика пинает его ногой под столом, прося не нагнетать обстановку. Ей же самой с трудом даются слова, она очень стесняется, не знает, куда деть руки, и постоянно прикусывает внутреннюю сторону щеки.

— Верно, — Слава достает из пакета коробку шоколадных конфет в виде морских ракушек и маленькие коробки сока, — мы не знали, что вы любите, и купили сладкое, чтобы отметить нашу первую встречу.

— У нас нельзя алкоголь, — тихо произносит Вика и низко опускает голову, пряча глаза.

— Ох, он не это имел в виду, — Света наклоняется вперед, — мы вообще не употребляем ничего, крепче кофе. Слава постоянно за рулем, а я столько лет лечилась, что уже отвыкла от спиртного.

Долгое время в комнате царит тишина. Дети немного успокаиваются, узнав об отношении Тепловых к спиртному.

— Вика любит ванильное мороженое, а я — леденцы. Только немного, иначе тренер меня будет гонять, — произносит Никита, снимает прозрачную пленку с конфет и открывает коробку. Вика смотрит на брата и берет сок.

Это согласие принять сладости заставляет Тепловых внутренне отпустить себя.

— Хорошо, в следующий раз принесем их, — говорит Света. Ей сейчас не до конфет, она смотрит на подростков, жадно жующих шоколад, и не может насмотреться.

— Только не слишком много, а то в группе отберут, — тихо произносит Вика, краснея.

— Отнимут? — Слава удивлен и раздосадован.

— Я, конечно, могу за себя и Вику постоять, но против толпы бессилен, — оправдывается Никита, — не только мы любим сладости и подарки, другие дети тоже их хотят. Как и родителей.

Тепловы переглядываются.

— Что ж, тогда, наоборот, принесем больше, чтобы всем хватило. Спасибо, что предупредили. Наелись? На улицу пойдем? — Света собирает мусор, чтобы не оставлять грязь после себя.

— Спасибо, — благодарит Вика. Не за угощение, а за надежду. — Да, только нам одеться надо, подождите нас в холле.

Спустя несколько минут четыре человека прогуливаются по дорожкам. Снег хрустит под подошвой ботинок и сапог. Они гуляют недолго, у подростков не слишком теплые одежда и обувь, но этого времени хватает, чтобы продолжить разговор и положить начало зарождению новой семьи.

— 17 -

Скажи мне, кто не ошибся, не сбился в жизни ни разу:

Кто первый остановился, когда его несет?

Ломали нетерпеливо, в упор не слушая разум.

Хотели, чтобы красиво, но все наоборот.

По дороге одной в разные стороны.

Кто мы с тобой? Орлы или Вороны?

М.Фадеев, Г. Лепс — Орлы или Вороны

Несмотря на пережитые вчера волнения и накопившуюся усталость, Олеся не может уснуть. Ловит разрозненные, как потревоженные пчелы, мысли, пытается уложить их в придуманную шкатулку, понимая, что, для того чтобы собрать их воедино, нужен как минимум чемодан. Сжимая в руках уголок одеяла, она призывает сон с его черной бездной, просит забрать ее в свой мир, где нет правды, а дождавшись, чуть улыбается уголками губ. Сегодня же утром, сидя за столом, она, напротив, пытается разогнать туман перед глазами, в ласковых объятиях сигаретного дыма поглощая кофе чашками. Проводив Пашку в школу, собирает в себе силы, чтобы поехать на Васильевский остров, где теперь их дом. Нужно о многом подумать — что купить, что поменять, а что оставить прежним. Хочется заехать и жить, а не спотыкаться о строительные материалы и дышать запахом краски. Как можно скорее заехать и жить.

Чтобы не совершать поездку совсем порожняком, Войтович собирает два пакета вещей — пригодятся в ремонте и уборке. Несмотря на то, что сумки довольно тяжелые, поездка в метро, а также прогулка по Наличной улице дарят бодрость и желание успеть за сегодняшний день как можно больше.

Знакомый консьерж, оторвав взгляд от утренней газеты, встречает Олесю пожеланием доброго времени суток. Та отвечает взаимным приветствием и говорит о том, что скоро они с сыном переедут сюда, интересуется бытовыми вопросами, узнает о тех, кто живет по соседству.

В самой квартире пусто, прохладно и очень тихо. Олеся открывает окно, впуская морозный воздух и городской шум, достает блокнот и делает записи, чтобы ничего не забыть в будущем — купить пару диванов, попробовать отремонтировать вытяжку в кухне, переклеить обои, заказать потолки и постелить ламинат вместо старого паркета. Работы много, но нет ничего, с чем они бы не справились. Войтович представляет, как в будущем будет жить здесь с Пашкой, и эта картинка радует своей перспективой.

Вернувшись домой вечером, она обнаруживает в комнате не только сына, но и Мирона, играющего с ним в компьютерные игры.

— Привет, ты разве не должен быть на тренировке? — обращаясь с вопросом к подростку, ставит на пол пакет с продуктами и расстегивает куртку.

Мирон останавливает игру, подходит к Олесе, здоровается, целует в щеку и помогает с одеждой.

— Антон простудился, — отвечает вместо Пашки. — Твой сын мне позвонил, и я решил не задерживаться на работе. А ты где была? — видит пакет. — Зачем тяжести носишь? Попросила бы кого-то из нас тебя встретить.

— Надеюсь, он скоро поправится… Я на Васильевский ездила, — игнорирует последнее замечание. Понимает головой, что могла бы доверить походы по магазинам Пашке, но привыкла выбирать продукты сама. Ей же из них готовить. — Вы ужинали?