ЖАНРЫ

Чужие. Променявший на чужих детей
Шрифт:

— Ты мой джигит, — я подхватываю его на руки. — Самый лучший.

— А я? — подбегает Зарема. — Я кто?

— Ты моя красавица.

— А я? — Руслан.

Ты мой защитник.

— А я? — Аниса подходит, улыбаясь.

— А ты моя помощница. Самая главная.

— Ура! — кричат они хором.

Из дома выходит Ахмед. Он почти не изменился — разве что седины на висках прибавилось, да морщинки у глаз стали глубже.

— Что за шум? — спрашивает он.

— Мама нас похвалила! — объясняет Тимур.

— Маму надо всегда слушаться, — назидательно говорит Ахмед. — Она у нас главная.

— Папа, а ты? — удивляется Руслан.

— А я у мамы под каблуком, — усмехается он.

Дети смеются. Я шлепаю его по плечу.

— Не говори глупостей.

— Правду говорю, — он обнимает меня. — Самую настоящую.

Мы стоим обнявшись на крыльце, глядя на наших детей. Солнце светит, горы синеют на горизонте, где-то поет птица.

— Сумая, — говорит Ахмед тихо.

— Ммм?

— Ты счастлива?

— Очень, — отвечаю я. — А ты?

— Я самый счастливый человек на земле, — он целует меня в висок. — Потому что ты у меня есть. Потому что у нас есть они.

Я смотрю на него. На этого мужчину, который когда-то разбил мне сердце, а потом собрал его заново. По кусочкам. С любовью. С терпением.

— Я люблю тебя, Ахмед.

— И я тебя, Сумая. Навсегда.

— Навсегда, — шепчу я.

Где-то в горах, на старом кладбище, спит бабушка Зухра. Я знаю — она смотрит на нас и улыбается.

Потому что род продолжается. Потому что любовь живет. Потому что мы — вместе.

А вместе — мы вечность.

Конец

Поделиться с друзьями: