Чтение онлайн

Хотя собственный опыт Эллен по части наркотиков ограничивался несколькими сигаретками с марихуаной, которые она выкурила на вечеринках, тем не менее она достаточно ясно представляла себе эту проблему. Многие ее знакомые употребляли амфетамины и ЛСД. Это являлось неотъемлемой частью культуры хиппи, которые заполонили Бристоль и Лондон. С ее точки зрения, особого вреда в том, чтобы время от времени подстегнуть себя каким-нибудь стимулятором, не было — при условии, что наркотик не подчинял себе все существование человека.

Но случай Джози был именно таким.

Эллен знала: на эту дорожку ее направил Марк, и подозревала, что таким образом он рассчитывал привязать Джози к себе, выкачивая из нее все деньги, которые она зарабатывала. Однако их отношения коренным образом изменились вскоре после возвращения из Франции. Марк по-прежнему оставался единственным, кто снимал Джози, но он больше не был ее любовником, и она получала деньги непосредственно через свое агентство. Не похоже, чтобы именно эта трещина в отношениях с Марком стала причиной всех проблем — наоборот, Джози утверждала, что это ей только на руку, теперь она может делать все по своему усмотрению и встречаться с кем угодно. Кажется, в этом она была искренна, а значит проблемы Джози заключались в ней самой.

Эллен достала фотографию, где они с сестрой были сняты на набережной Фальмута. Накануне Джози купила камеру и попросила прохожего сфотографировать их вместе. Снимок был сделан у кабачка «Чейн Локер» в гавани, они тогда веселились от души, поскольку мужчина, который фотографировал их, все время повторял, что Джози ему кого-то напоминает, но вот кого именно, никак не мог припомнить. Можно было помереть со смеху, представив его физиономию, когда он наконец-то сообразит, что снимал знаменитую Жожо.

Эллен тяжело вздохнула. В тот день они хохотали до упаду, однако финал визита на родину оказался просто ужасным. Вероятно, Джози еще не была внутренне готова заключить мир с родителями.

Начиная с момента, когда Эллен узнала лондонский адрес Джози, она принялась мало-помалу обрабатывать родителей, убеждая их простить сестру. Альберт был не в силах забыть о том унижении, которое ему и Вайолет довелось испытать в редакции «Миррор», а также о лживых байках, рассказанных Джози газетчикам. Тогда он поклялся больше ни словом не обмолвиться с младшей дочерью, но постепенно все-таки смягчился до такой степени, что позволил Вайолет отправиться в Лондон для ухода за расхворавшейся Джози. Эллен уже начала надеяться, что их отношения вот-вот нормализуются, однако Джози все испортила, выгнав и оскорбив Вайолет.

Постепенно, беседуя то с одним, то с другим, Эллен сумела убедить родителей, что всему виной Марк Кинсэйл. А поскольку Марк к тому времени уже, образно говоря, сошел со сцены, они наконец-таки решили попробовать примириться.

Если бы Эллен настояла на своем и сделала так, как задумывала, первая встреча состоялась бы в «нейтральных водах» — скорее всего, у нее дома. Но Джози, только что купившая роскошную голубую спортивную машину, пожелала отправиться на ней прямо к родным. Она, похоже, не давала себе труда поразмыслить над тем, как вернуть расположение родителей, по-прежнему считавших, что она совершенно незаслуженно покрыла их головы позором. Разумеется, Эллен пришлось отправиться с ней в качестве посредника.

Если бы Джози вела себя немного скромнее, надела неброский наряд — джинсы, например, — или изъявила готовность хоть чуточку помочь по хозяйству, все могло получиться. Но она вырядилась, как на светский прием, то и дело жаловалась на то, как холодно и неуютно в доме, и без умолку трещала о роскошных отелях, где привыкла останавливаться. Будто родительский дом был уже недостаточно хорош для нее.

А затем произошел инцидент с холодильником. Джози просто пошла и заплатила в магазине, а через час его доставили домой. Эллен не могла сдержать улыбку, вспоминая ошарашенное лицо Вайолет, когда грузчик ввалился со своей тележкой, залихватски сбросив упакованный холодильник на пол.

Джози была права, родителям и в самом деле давно был нужен холодильник — молоко и другие продукты летом быстро портились. Но ей следовало не забывать о том, что ее близкие — старомодные деревенские жители с устоявшимися привычками. Их вполне устраивала кладовая для мяса и ледник, к тому же они не привыкли принимать подаяние, а именно так все это и выглядело.

Джози, естественно, вскипела, когда Альберт и Вайолет не пали ниц перед ней, покрывая поцелуями подол ее платья в знак благодарности. Взбесившись, она принялась поносить одежду, которую носила Вайолет, ее испещренные старческими пигментными пятнами ноги и длинные, плохо промытые волосы отца.

Как бы Эллен хотелось забыть об этой злосчастной попытке примирения! У нее чесались руки от желания закатить Джози оплеуху за то, что она так оскорбительно повела себя с родителями и погубила всю кропотливую предварительную работу, которая далась старшей сестре таким трудом.

Иногда Эллен казалось, что ее сестра немного тронулась умом. Джози так и не научилась вовремя останавливаться, отступать, придерживать язычок. Она постоянно рисовалась, пускала пыль в глаза и не испытывала ни малейшего уважения к другим людям. Были ли виной тому наркотики, или она родилась такой?

Вот уже несколько месяцев от сестры не было никаких вестей. Она не звонила и не писала с тех пор, когда последний раз наведывалась в Бристоль после разрыва со своим очередным возлюбленным. Однако миссис Питерс сообщила Эллен, что Джози посетила Корнуолл.

Это была еще одна странность сестры. Она утверждала, что ненавидит ферму, ее визиты туда всегда заканчивались очередной ссорой с родителями. Тем не менее Джози снова и снова продолжала наведываться в Фальмут. Однажды, по слухам, там ее попросили покинуть ресторан, поскольку она привела с собой компанию людей, которые едва держались на ногах и оскорбляли посетителей. Говорили также, что она стала нежеланным гостем в некоторых барах из-за своего вызывающего поведения.

Возможно, сестру тянуло в родные места — там ее просто боготворили старые школьные друзья и подруги. А Джози требовалось чье-то бескорыстное обожание для того, чтобы избавиться от глубоко скрываемых мыслей о скором увядании ее красоты, в результате чего она снова станет никем.

Знакомый шум мотора заставил Эллен выглянуть из окна. Внизу, к своему неописуемому изумлению, она обнаружила пресловутый голубой спортивный автомобиль. Джози как раз сворачивала во дворик перед магазином.

Так бывало всегда — от радости, что наконец-то увидит сестру, Эллен забывала о своих страхах и сомнениях. Она тут же вскочила и помчалась вниз по лестнице ко входной двери.

— Вот так сюрприз! — воскликнула она, распахивая дверь. — Хорошо что идет дождь, а то я бы ушла прогуляться и прозевала тебя.

Несмотря на погоду, Джози была в солнцезащитных очках, но Эллен объяснила этот факт ее обычной экстравагантностью. Удивило другое — сестра не начала болтать без умолку с самого порога.

— Как ты доехала? Долго ли сможешь у меня погостить? — расспрашивала Эллен, пока они поднимались по лестнице.

— А сколько ты сможешь меня вытерпеть? — устало поинтересовалась Джози.