Чужое право первой ночи
Шрифт:
– Я поговорю с ней, – неожиданно сообщил незнакомец, – Мы старые знакомые, и она точно меня послушает.
– Ты же сказал, что не знаешь её, – с сомнением подметила я.
– Я много всего говорю, птенчик. И далеко не всегда это правда, – усмехнулся мой спаситель, – Впрочем, по поводу Посвящения я тебя не обманывал, Ниса. Подумай об этом.
– Я же не называла тебе своего имени, – робко прошептала я, но мои слова унёс откуда ни возьмись налетевший ветер, немедленно сорвавший капюшон с головы моего нового знакомого.
Пепельные волосы. Янтарные глаза, левый из которых перечёркнут шрамом.
– Я буду ждать твоего решения, птенчик, – хитро сощурился бог обмана, постепенно растворяясь в ночной темноте, – И обещаю тебе, что если ты выберешь этот путь, я всегда буду рядом в твоей судьбе.
Глава 3. До свидания, Ниса. Привет, Алиан.
“Я всегда буду рядом в твоей судьбе”... Ну и лжец же ты, Таящийся в тенях.
Я грустно усмехнулась, подняв голову на статую, само собой, не имевшую ни малейшего представления, что случилось с тем существом, которое она олицетворяла, и оттого продолжавшую смотреть на меня привычным для бога коварства взглядом, полным озорства и весёлых искорок.
Что ж, понимаю тебя, кусок мрамора. Прошло уже почти три года, а я до сих пор не могу привыкнуть, что его нет. Что сила моего бога больше не струится в моём теле, стоит мне лишь попросить его об этом. Что мои слова не находят молчаливого ответа в едва уловимом натяжении той мистической нити, которая связала нас с Иррой во время моего Посвящения. Которая подпитывала меня во всех развесёлых и не слишком законных историях, случившихся со мной за долгие годы на пути… И которая вдруг совершенно неожиданно оборвалась, причинив мне боль настолько мучительную, что даже теперь, спустя время, я не могла воссоздать тот страшный день в своей памяти. Я не помнила ничего, кроме всепоглощающего ощущения отчаяния, будто моё сердце в один миг разбилось на сотни мелких осколков, которые невозможно было собрать воедино. И точно так же себя чувствовали все жрецы и Посвящённые Таящегося, впервые в человеческой истории познав молчание того, кому они поклялись служить до самого последнего дня, когда их останки лягут в могилы.
Дни, недели и даже месяцы проходили с тех пор, как мы утратили слова нашего бога… Но Таящийся и не думал возвращаться. Каждый из нас надеялся на то, что Ирра ещё жив, мы искали ответы в полупотухших взглядах друг друга, пытались обращаться за помощью к другим богам, но всё было тщетно. Таящийся превратился в Замолкшего, тем самым оставляя своим последователям лишь два варианта: посвятить свою жизнь скорби или двигаться дальше с надеждой на то, что однажды наш бог всё-таки сможет вернуться из того небытия, в которое он, по всей видимости, провалился.
Конечно же, я выбрала второе. Жажда приключений продолжала гореть внутри меня неукротимым пламенем, подгоняя и подстёгивая к новым свершениям. Пускай Ирра обещал быть рядом и не сдержал своего слова, пускай он оставил тех, кто был ему верен… Но я точно знаю, что он всегда желал мне яркой, единственной в своём роде судьбы, и я не могла его подвести.
Милостью Таящегося, я давно уже перестала быть просто Нисой, Посвящённой Ирры. Я превратилась в Нису, Кошку из Валесса. Моё имя вдруг оказалось важным не только из-за моего бога, но и само по себе, и это не изменилось, стоило мне утратить его благословение.
Поэтому я должна была двигаться дальше. Вместе с моим богом или без него.
В зале Тёмной Троицы начинало становиться слишком людно: такие же ночные жители, как и я, постепенно выползали из своих нор, являясь ради почитания своих мрачных покровителей, прежде чем отправиться по другим, не менее мрачным делам. Среди прочих людей, пришедших к Агрифу и Эноле, посетители Ирры были заметны издалека: мы будто бы держались особняком от остальных. Или, наоборот, они от нас. Словно молчание Таящегося было вызвано какой-то божественной лихорадкой, которую мы могли распространить, если подойти к нам достаточно близко.
Впрочем, кто его знает. Остальные из Шести либо тоже понятия не имели о случившемся с одним из них, либо не собирались посвящать в это дело людей, иначе правда об исчезновении Ирры давно бы уже раскрылась. А мы, смертные, и подавно не могли приблизиться к разгадке своим умом.
В любом случае оставаться в храме не имело больше никакого смысла. Самое главное я у жрицы узнала, а значит, пора было отправляться в путь. Тем более что дорога предстояла неблизкая, а время было ограничено одним весьма существенным обстоятельством, без которого весь мой план можно было выбросить в мусорное ведро. И звали это обстоятельство славным именем “виконтесса Алиан О’Санна”.
Когда я попробовала разузнать о следующей избраннице графа Ле’Куинда через внутреннюю сеть Длани, то не поверила своему везению: девчонка была родом из графства Оша! Простолюдинка из зажиточной семьи, она каким-то образом умудрилась подцепить не абы кого, а виконта Ромула О’Санна, приехавшего из Акроса на юг заключить торговый договор с её отцом. Изначально предметом контракта была, конечно же, не прекрасная Алиан, а пряности или что-то подобное, распространённое в Оше, но любовь сделала своё дело, и довольно скоро отношения между семьями деловых партнёров приобрели совершенно иной характер. Буквально через пару месяцев после знакомства молодые обручились и стали вовсю готовиться к свадьбе.
Их счастье, впрочем, омрачал один малюсенький факт. А вернее, даже два. Наличие у Ромула О’Санна виконтского титула – раз. И почти обязательное право первой ночи для новоиспечённых виконтесс графства Акрос – два. Так что свадьбу молодые решили играть в родном графстве юной Алиан, по-видимому, пытаясь хоть как-то скрыться от взора графа Дейрана. Впрочем, затея эта благополучно провалилась. Вероятно, молодой виконт всё же привлёк к себе внимание своим долгосрочным пребыванием на юге Касэта, или его попросту сдал кто-то из других виконтов, не оценивших Ромулову хитрость. Так или иначе, но графские слуги, совершенно неожиданно объявившиеся на церемонии во время первого брачного поцелуя, здорово подпортили всем присутствовавшим впечатление от торжества. А сразу после завершения празднования подхватили виконтессу под смуглы рученьки, посадили в карету да были таковы.
Могла ли я проигнорировать подобный шанс, поднесённый мне буквально на ангельском крыле? Конечно же, нет!
Могла ли я его упустить? О да, запросто.
Графство Оша, конечно, находилось в сущей глуши, на самом юге Касэта. Добираться оттуда до Акроса было куда дольше, чем мне из центрального Ксау. Впрочем, графские слуги выдвинулись в путь намного раньше меня, а потому мешкать мне всё же не стоило. И так потратила время за выяснением всех подробностей и подписанием контракта, затянувшимся из-за какой-то чрезвычайной привередливости заказчиков.
Благо, хотя бы с транспортом у меня проблем не было никаких. Навьюченная моими сумками крепкая лошадь, удерживаемая под уздцы одним из служащих Длани, почти сразу при моём приближении растворившимся в ночной темноте, уже ждала меня в переулке недалеко от храмовой площади. Угостив животное заранее подготовленным яблоком, я взлетела в седло, с неудовольствием для себя отметив, как моё тело успело отвыкнуть от путешествий верхом, и легонько послала лошадь вперёд, не отказывая себе напоследок в удовольствии неспешно полюбоваться чарующей красотой ночного Валесса.