Чужой космос: миссия на Элледию
Шрифт:
Широкий луч, разрушающий взаимодействие атомов, накрыл защиткостюм Соренсена, а затем и самого капитана. Гуннар даже не успел понять, что случилось. Его изуродованные останки тихо сползли на дно оврага.
Последний робот решил атаковать Зихао, не оставлявшего безуспешные попытки уничтожить «паука» из излучателя. Хотя плазма и плавила наружный слой брони «паука», она быстро застывала, не нанося сильного ущерба. Робот выпустил еще несколько сгустков энергии, и там, где прятался Цзянь, возникло целое облако из обломков дерева и камней.
Виктор выглянул из-за дерева и оглядел поле боя. Штефан вне игры, Кай Дюпон и Соренсен, судя по всему, погибли, Зихао тоже не видно.
Серов присел, не отрывая взгляда от робота-«паука». Дисков с наннерами у Виктора не осталось, а персональный антиграв был поврежден.
Он открыл один из отсеков защиткостюма и засунул в него руку. Серов собирался достать противотанковую гранату РНГ-8, но неожиданно его пальцы наткнулись на что-то прохладное. Это было оружие эрвов — шары, создающие эффект заморозки. Виктор взял их с собой, не думая, что они ему действительно понадобятся. Серов тут же придумал план, как нейтрализовать «паука».
Виктор воспользовался тем, что орхеантцы и «паук» отвлеклись на Цзяня и Венцеля, и с трудом взобрался на дерево, росшее рядом с тем местом, где возвышался робот. Он поднялся по отросткам на высоту десяти метров и осторожно достал холодный на ощупь шар.
Робот не спеша поворачивался и осматривал поле битвы своими глазами-линзами. Орхеантские солдаты, которых осталось не менее десяти, медленно направились к тому месту, где под отломанными отростками подергивался Штефан.
Серов замахнулся, и, вложив всю силу в бросок, метнул в «паука» замораживающий шар. Шар стукнулся о бронированную поверхность металлического чудовища, разлетелся с громким шипением и покрыл синей массой добрый метр корпуса. Верхняя часть «паука» начала разворачиваться. Виктор швырнул еще один шар, а следом за ним третий, последний.
Солдаты повернулись в сторону дерева, на отростках которого балансировал Серов.
«Паук» уже развернулся и направил дула своих орудий на полковника. Виктор бросил гранату РНГ-8 туда, где пузырилась синеватая слизистая пена.
То, что случилось далее, превзошло все ожидания Серова: раздался ужасающий взрыв. Верхняя часть «паука» взорвалась, разбрасывая во все стороны искореженные куски металла. Затем стали взрываться питающие элементы робота, салютом освещая лес. А потом высоко в воздух поднялся столб искр, которые, наверное, были видны издалека. Виктор прижался всем телом к дереву и уцепился за отросток.
— Что, ублюдок, получил! — крикнул он, довольный результатом, и только тут заметил, что один из осколков паука вонзился в левое бедро и раздробил кость. Острая боль разливалась по ноге. Если на Серове не было бы специального костюма, он вообще лишился бы ноги.
Виктор видел, как пришельцы направляются к нему и медленно поднимают оружие. Шансов у полковника не оставалось.
Он уже собрался прыгнуть на орхеантских солдат и взорвать последнюю гранату, чтобы забрать их с собой, как тут из-за деревьев с шумом выехала тефинора, в которой сидели Лэнфорд, Щербаков и несколько эрвов во главе с Лиелом.
Нил за секунду понял, что сейчас произойдет, и хрипло выкрикнул:
— Огонь!
Началась оглушительная пальба. Почти все орхеантцы были сразу же убиты, но один успел-таки сделать выстрел. К счастью для полковника, выстрел не был точным, и лишь задел его. Виктор почувствовал необычное онемение в районе локтя, а потом увидел, что у него теперь нет левой руки. Пришелец сумел выстрелить еще пару раз, прежде чем был застрелен кем-то из эрвов.
Один из выстрелов пришельца задел плечо Серова, но защиткостюм принял на себя основное дезинтегрирующее действие, и поэтому полковника не прорезало насквозь. Однако он все-таки лишился куска кожного покрова и части ключицы. Второй выстрел раскрошил отросток, за который Виктор держался оставшейся рукой. Серов потерял опору, качнулся и полетел вниз с десятиметровой высоты. Он видел, как громадный эрв бежит ему на помощь, надеясь поймать его.
Виктор сильно стукнулся об отросток и попытался затормозить падение, затем ударился о ствол головой, с хрустом приземлился на землю и потерял сознание.
Глава 58
Трелан Треньюн расположился в своей просторной эдиарии на своеобразном троне, поддерживающемся в воздухе антигравитацией, и выслушивал тревожные вести, которые докладывал ему первый рефин Инефр Синфир Треньял. Лицо Высшего Виора не изменилось даже тогда, когда он услышал, что армия туземцев уже почти добралась до мест обитания орхеантцев. Его лицо не выразило эмоций и после того, когда рефин доложил о самоликвидации Кевлуана.
«...Их многие сюрвы, — мысленно «говорил» Треньял, — и очень скоро они уже будут здесь. Туземцы используют летательные средства, которые и доставляют их в эту часть планеты. Они могут покрывать за один нур несколько зирт. Мне неизвестно, каким образом туземцы вычислили наше местонахождение, но они доберутся до нас. И тогда мы не сможем удерживать их долго».
«И почему же?» — спросил Треньюн.
«Виор, у них есть тяжелые орудия, с помощью которых рано или поздно они смогут прорвать наши защитные экраны. К тому же у туземцев имеются мощная техника и оружие людей. Виор, вы должны немедленно покинуть наши города и найти безопасное место».
Трелан неторопливо поднялся с «трона» и завис в воздухе. Он протянул руку и коснулся кристалла, парившего рядом с ним. Появилось изображение окрестностей орхеантских обиталищ. К ним двигались многочисленные отряды эрвов, роботы и боевая техника. Эрвы лились плотной массой, будто колония странствующих муравьев.
«Что думает рефин Орфалун?» — спросил Треньюн.
«Виор, он сделал расчеты и представил неутешительные данные: нам не одолеть аборигенов. Виор, где-то мы допустили просчет, и он нас всех погубит. Возможно, виор Лиирда все-таки был прав. Теперь нам нужно немедленно уходить».
Трелан парил над полом, изредка поглядывая в сторону мерцающего изображения. Инефр с почтением ждал. Высший Виор молчал, однако он уже принял решение.
Треньюн отключил панораму границ цитадели орхеантцев, и, не глядя на рефина, мысленно «произнес»:
«Мы останемся здесь».
На лице Треньяла мелькнула еле уловимая тень изумления. Он сразу же попытался скрыть свои эмоции.
«Что заставило вас сделать такой выбор, Высший Виор?»
«На нашей расе не будет клейма позора! — В зрительных фенторах Трелана сверкнула ярость. — Орхеантцы никогда не отступают! Или, может быть, вы забыли об этом?»
«Нет, Виор, я всегда был и останусь орхеантцем».
«Тогда к чему этот вопрос?»
Инефр немного помедлил, затем сказал:
«Если туземцы уничтожат или — что еще хуже — поработят нас, это будет, вероятно, конец всей нашей расе. Именно поэтому я почувствовал непродуманность и поспешность вашего решения».