Чтение онлайн

— И, если все будет в порядке, когда мы соберем два остальных? — Спросил я, хотя все графики, конечно, видел.

— К концу месяца, точно. Сборку мехов мы закончим даже раньше. Но давайте не забегать вперед. Каждый раз, когда из наших ворот выезжает очередная новинка, я переживаю, что все посыпется, ничего не поедет, и вообще в пути развалится.

— Настолько не веришь в себя и своих людей, Алекс? — Подколол его я.

— Да это не на уровне сознания. Так-то я знаю, что все мы правильно сделали. Эмоция такая. Мандраж дикий, как в первый раз все время. А все ты виноват! — Он весьма некультурно ткнул меня пальцем в бок. — Меня устраивало быть руководителем провинциального отделения клана. А ты меня втянул в этот проект имперского значения. Если облажаюсь я — облажаются Игнатовы. Клан. А мне вот в болт не уперлась такая ответственность, Олег!

— Эх, молодежь. — Подкрутил ус Бальмонт. — Чтобы вы знали об ответственности. Когда под твоим руководством люди гибнут, вот это шок и трепет. Подумаешь железка развалится. Новую построишь. Главное, чтобы по итогу людей погибло как можно меньше.

— Как-то пессимистично звучит, про людей, Константин Дмитриевич. Заранее потери считаете? — спросил я вроде как с усмешкой. И нарвался на довольно серьезную отповедь.

— А вы что же думаете, Олег Витальевич. Эта наша затея без трупов обойдется? Это поход-то в Хмарь? Да еще в красную зону? Будут потери. И смерти. Непременно будут. Хмарь свою плату за наглость нашу возьмет, будьте уверены. Железки вы напридумывали весьма занимательные, спору нет. Но считать их полной гарантией безопасности — заниматься самообманом. Да уже наш проект кровушкой полит. Трое простецов погибли. Двое на производстве. Один во время испытаний. Не бывает по другому-то, драгоценные мои господа. Я, если честно, за большую удачу буду считать, когда мы сможем проникнуть достаточно далеко и вернуться, хотя бы частично. Даже если не найдем там ничего. Это все равно будет уже прорыв!

Для меня такой фатализм был не очень понятен. Я всегда рассчитывал вернуться после задания. Но, возможно, в этом и состоит фундаментальная разница между солдатом и убийцей. Или я брежу.

А еще он прав. Потери уже есть. Неважно — усталость, неосторожность, производственный брак. Проект уже забрал чьи-то жизни. Ну и стоит помнить, что в центре красной зоны, без защиты, я, как и любой магистр и выше маг, продержусь не сильно дольше, чем какой-нибудь адепт. Так что смертельный риск нас всех касается. А не ограненных с нами в экспедиции вообще не будет. Они точно не переживут адаптацию даже к оранжевой зоне, молчу уже про красную.

— Что? Нагнал тоску на вас, молодежь? — Бальмонт снова подкрутил ус. — На самом деле и хорошо, что вы о таком не думаете. Для того я сюда правителем поставлен. А ваше дело — мечтать. Проектировать. Строить.

— Я-то, в любом случае иду, Константин Дмитриевич. Это не обсуждается! — а то заведет сейчас свою песню: «Смертельная опасность для профессионалов… Ваши мозги слишком ценны…» и вся вот эта пафосно нравоучительная муть, которая периодически из него вываливалась.

— Да знаю, я. Василий Александрович четко дал понять, что вы в первых рядах. Хотя, как по мне — расточительно.

— Есть причины, которые вы, возможно, узнаете позже, почему я должен принять участие обязательно. Это помимо моих «хочу». На самом деле еще и «должен». Кому, как не вам понять-то, господин генерал.

— Хотелось бы верить. Пойдемте смотреть, сиятельные господа, как «Исполин» на трассу выбирается. Кажется, макет закрепили уже.

Наш гигант прекрасно справлялся. Уверенно и ровно пер вперед. Он вообще выглядел так, как будто никакая сила в мире не могла его остановить.

Такая немагическая иллюзия.

Я включил разгерметизацию. Ставшее практически непрозрачным от потеков слизи и какой-то неидентифицируемой гадости, стекло блистера с легким щелчком запорных механизмов и чавкающим звуком, отодвинулось назад и вверх. Мой «Цыпленок» стоял по колено в трупах тварей.

Я отстегнул маску костюма, и в ноздри ворвался запах бойни. Кисловато-гнилой химический запах того, что заменяло тварям кровь, сгоревший порох, вонь паленой псевдоплоти. Феерия ароматов победы.

Огромная тень «Громовержца» накрыла меня, и я полез наверх кабины, чтобы закрепить сброшенные тросы на скобах, приваренных к задней броне моего меха.

Тросы натянулись, куча безобразных тел начала рассыпаться. Один из яффе вдруг зашевелился, силясь встать. Я, почти на автомате, метнул «теневой меч» в его суть, добивая тварь.

Меня дернуло и повлекло наверх к абордажной палубе «Громовержца», открывая вид на предполье Форта, устланное тысячами трупов тварей.

Пока мы собирали фекалодендроидным способом нашу будущую экспедицию, я пережил в форте шесть приливов.

Такого разгрома, как подкинула нам Хмарь за месяц до новогодия, больше не было. Стену мы ни разу больше не уступили. Но в каждый новый прилив я выкладывался по полной. Почти до истощения ауры. А иногда и без почти. И вот сегодня я не потратил даже половины.

Потому что практически всю задачу по уничтожению орд чудовищ, набросившихся на стены форта, взяли на себя наши новые «мехи». Пилоты уже называли их «самоходками», потому что с шагающими роботами наши стальные мини-крепости не имели уже ничего общего.

Нельзя сказать, что со стен не было сделано ни единого выстрела. Или бой для защитников форта выглядел совсем уж как легкая прогулка. Нет. Но ни одна тварь не поднялась на стену. Ни одна! Это уникальный результат. Правда, такой способ защиты или, как говорит Бальмон, «активной обороны», вряд ли удастся распространить на все форты. Очень уж разорительно. Форты и так убыточные поселения. Или как там? Дотационные. И уж точно Ожерелье не сможет построить в ближайшее время еще пятьдесят «Громовержцев». А наш летающий «ужас на крыльях ночи» внес в сегодняшний разгром полчищ тварей ощутимый вклад.

И, да. «Громовержца» приписали к нашей экспедиции. Собственно, мы сорвали сроки выступления на три недели, поскольку к предыдущему приливу переоборудовать его не успели. Заменить пушки, перестроить внутренние помещения, поменять систему крепления легких мехов… Этого «Громовержца» мы изрядно модернизировали., а это потребовало времени. Но это была последняя задержка.

Поэтому сейчас я смотрел вниз и пытался понять, что меня гложет. Победа же! Два погибших. Пятьдесят раненых. Четыре выведенных из строя легких меха.

Примерно десять тысяч трупов коргов и несколько сотен поверженных Яффе. Виктория, зерг ее сожри.

А еще, у нас все готово. Можно выступать. Очевидно, что имело смысл идти сразу, после прилива. Самое оптимальное время для выступления. Где-то там за плотной стеной тумана красной зоны «выпекалась» новая армия казавшегося бесконечным воинства Хмари. Завтра к моему манору подъедут «Исполины», и мы выдвигаемся. Но меня терзало чувство незавершенности. Вроде бы все, что можно сделано. Конечно, нет предела совершенству, и мы можем готовиться к экспедиции еще год. Или десять. Хе-хе. Это было грустное хе-хе, если вдруг непонятно. Потому что сторонников «отложить», «подготовиться получше» и тому подобной зергни было предостаточно.