Чтение онлайн

Несколько раз, пока длилось это скучное представление, я ловил на себе чей-то неприязненный взгляд. В конце концов я смог отыскать его источник. На меня недовольно зыркал молодой аристократ с александритовым ранговым кольцом. Ба, да это неудачник в маске, который провалился в пустую голову фомора. Адепт зергов. И куда полез-то тогда? И чего ему от меня надо-то теперь?

Вскоре церемониймейстер объявил: «эр Аристарх Медведев», и вперед для награждения вышел тот самый молодой аристо. После короткого описания «подвига» Ярослава который выглядел в устах церемониймейстера не очень впечатляюще:

— За проявленную бесшабашность и ярость в атаке, на превосходящего силами врага, эр Медведев награждается памятным знаком «Легко-конной бригады»!

Аплодисменты вышли жидковатыми. Да и некоторый гул по залу пролетел. Августович хмыкнул. Святов скривился. Один я ничего не понял.

Я хотел уже вызвать пояснительную бригаду в лице Августовича и Святова, но тут глашатай завопил:

— К награждению приглашается гражданин Олег Строгов.

Ну все пора. Аристарх Медведев, проходя мимо толкнул меня плечом. Рожа у него была красная как после бани. А знак он сжимал в кулаке как кастет. Я, в качестве ответной любезности, наступил ему каблуком ботинка на костяшки пальцев на ноге, и, оттолкнувшись, оказался прямо перед возвышением, которое занимали Длань и прочие шишки. Болезненный вскрик Аристарха заглушили очередные вопли церемониймейстера.

— Гражданин Олег Строгов. Являясь старшим несовершеннолетним членом семьи, он явился для защиты форта. Во время атаки на стены укреплений показал наилучший результат, среди ополченцев, по уничтожению тварей Хмари. Кроме того, после появления возле участка обороны фомора, — тут зал ахнул и загудел, — Олег не покинул позиции. Он атаковал монстра, и добился успеха. Именно его атака, по свидетельству регистратора и очевидцев, уничтожила чудовище. За проявленное мужество и волю к победе, Олег Строгов награждается гражданским вариантом медали «За мужество и стойкость» первой степени.

Зал снова загудел. Я скосил глаза на Святова и Августыча. Святов улыбался как наевшийся лягушек гоблин, Августович оставался непроницаемым, но вытянулся по стойке смирно, как на параде. Видать награда серьезная.

Тут зал замолчал. Потому что Длань, его светлость Эдуард Орлов-Дарский встал со своего кресла и сделал несколько шагов мне навстречу. Во время церемонии он иногда говорил что-нибудь награждаемым, но не очень громко и не вставая. Это жж не спроста. Мужик — старший мастер. Рубин, конечно. Плотного сложения средних лет мужчина, он не выглядел перекачанной горой мышц, как многие ограненные его камня. Но его поза, походка, разворот плеч, все дышало сдерживаемой мощью. Силен. Опасен. Он заговорил, спокойно и не надсаживая горло, как церемониймейстер, однако его слова, уверен, было слышно во всех уголках зала.

— Я часто слышу от вас, мои драгоценные лорды и леди, люди из благородных семей, что мол молодежь пошла не та. Не то, что мы в молодости, — говоря это, он посмотрел на конкретную группу ограненных. В зале послышались короткие вежливые смешки. — Мол где напор и отвага? Неужели настают для Ожерелья тяжелые времена? Сможем ли мы и дальше сдерживать напор Хмари и расширять владения Яви? Я говорю вам. Смотрите. Смотрите на Олега Строгова. Он решился на почти безнадежную атаку. Предусмотрел свою эвакуацию. И победил! Тонкий расчет. Немыслимое мужество. Филигранная работа клинком. Поверженный фомор. А ведь Олег только ступил на путь огранки. И он не один такой. Сегодня мы чествовали героев, отразивших один из тяжелейших Приливов в истории Алого Рассвета. Многие из защитников пали в этом бою. Но они выстояли. Я прошу почтить их память и мужество живых минутой молчания.

В зале воцарилась сверхъестественная тишина. Если закрыть глаза, легко можно было представить что вся расфуфыренная толпа внезапно испарилась без следа. Не слышно было кашля, шарканья ног, или шуршания одежды. Мужчины, склонив головы, приложили ладони к сердцу. Дамы опустили на глаза мантильи со шляпок.

Я стоял выпучив глаза, бессмысленно пялясь в пространство, и усиленно старался покраснеть. Так чтобы уши запылали. С моим контролем над организмом — не проблема. А что вы хотите? До пацана семнадцати лет снизошел небожитель местного пантеона. И еще смотрела толпа взрослых ограненных. Оценивающе смотрела. Как пес на кусок мяса. Обязательно надо покраснеть и разволноваться. Иначе неестественненько выйдет.

По окончании минуты Орлов снова заговорил, а по залу пролетела волна шуршания и вздохов.

— Заслуженная награда, — с этими словами он прикол мне на пиджак восьмиугольную медаль на «гражданской» колодке. — Заслуженный трофей, — он передал мне анонимную карточку. Клан Рубина будет рад принять к себе твою семью.

Бамм. Вот и вербовка. И одновременно заявление прав другим кланам — не лезьте. Занято. В ответ я сделал вид, что у меня от волнения перехватило горло. Уже тише, так чтобы слышали только окружающие, длань изрек:

— Думаю свое право на эмансипацию ты доказал. Экзамен станет лишь формальностью, не так ли эр Харитонов? — Харитонов, глава управления по делам Ограненных, находящийся здесь же, мерзко оскалился, но кивнул. — В качестве дополнения к основной награде ты можешь выбрать когда этот этот экзамен состоится.

Харитонов квакнул, раздулся, но ничего не сказал. А я, слегка подумав, решительно и так же негромко ответил:

— Я готов сдать экзамен через три дня.

Орлов-Дарский приподнял подбородок, глянул как ножом ткнул, но подтвердил:

— Три дня. На четвертый. Эр Харитонов подготовьте все, соберите комиссию.

Тот опять квакнул и кивнул. Жабу он что ли проглотил? А, ладно.

Длань вернулся на свое место, а зал разразился громом оваций.

Выходили с церемонии мы в разы медленнее, чем пробрались на нее. У меня внезапно обнаружилась куча поклонников. Мужчины подходили, представлялись и оставляли визитку. Пара слов восхищения, и их место занимали следующие. Каждый второй, зерг их сожри, считал своим долгом похлопать меня по плечу. А оно, не казеное! Дамы приседали в реверансе, приходилось кланяться в ответ. Зачарованная карусель какая-то. Наконец мы вырвались из этой душной толпы и устремились к выходу из особняка.

На улице меня встретил не кто иной, как юноша бледный со взором горящим. То есть эр Аристарх Медведев, собственной персоной.

ЭР АРИСТАРХ МЕДВЕДЕВ

Сомневаюсь что он хочет меня поздравить или потрепать по плечу. Тут скорее намечается хук слева. Тем более, что Августович в своей излюбленной суховатой манере объяснил мне, по дороге, нюанс с его награждением. Это была по сути публичная порка. Знак «Легко-конной бригады» означал что его носитель конченый долбоклюй, готовый сложить голову не за зерг собачий. Мне даже жалко стало парня ненадолго. Зачем Длань так с ним поступил было неясно. Жалость моя продержалась до первых слов благородного эра.

— Ну и как себя чувствует человек, укравший чужую славу? Слабак и сопляк, якобы победивший фомора?

Ууу, как у нас тут все запущено! Совсем у парня кукушка улетела. Понять можно. Простить такой прямой выпад нельзя. Нас слышали выходящие с приема гости. Святов было открыл рот, чтобы что-нибудь ляпнуть, но я его опередил. Решительно шагнул вперед, встав с «обвинителем» нос к носу.

— Я не совсем понимаю на что вы рассчитываете, эр Медведев, распространяя этот смешной анекдот и пытаясь публично оскорбить меня. Вызвать меня на поединок вы не можете. Рассчитываете остаться безнаказанным? Довольно подло.