Чтение онлайн

Аааррр… Больно, зерг! Я даже на пол свалился. Ноги не удержали. Порычал в рукав, закусив его, для верности. Нет реально больно. Немного полежав и отойдя от болевого шока, осмотрел ауру. Ошметки проклятия цепко держались за края ауры. Ладно это в полевых условиях не лечится. Пойду посмотрю, что там в комнате с пивом шебуршится.

Сплющенный о стену, труп Шныря шевелился и почти дополз до порога комнаты.

— Соберись, тряпка! — рявкнул я на него. После чего, опровергая собственные слова, шибанул сгустком ауры. На всякий случай тем, с ошметками проклятия. Начинающий свою карьеру недоделанный зомби дернулся затих. Не быть ему зомби-лордом.

— Так будет с каждым, — пафосно провозгласил я, воздевая вверх дрожащий от напряжения средний палец.

Во входную дверь заколотили. Истеричный женский голос требовал открыть немедленно и прекратить. Видимо, вот это все. А я что. Я уже все вот это прекратил.

— Вы кто такие? Идите на хрен! Я вас не знаю! — рявкнул я голосом Муромца. Для меня подделать любой голос или интонацию — пара пустяков. Входит в набор базовых навыков, так сказать.

— Что там у вас происходит? — возмущенный женский голос, — Мы сейчас полицию вызовем!

— Ты полицая вызовешь, а я тебе шею сверну, курица! Угомонись! Нормально уже все!

А что, не соврал. У меня вот все нормально. Ну, относительно. А у этих… ну тут ведь как. За дверью послышалось бормотание, явно мужское. Женский голос пару раз взвизгнул, но потом отдалился и затих. Вот так мужское благоразумие побеждает врожденную женскую стервозность! Мужик зассал связываться и отмороженную жену увел. Или сожительницу, кто их там знает. Хехе. Не, реально, она этого Муромца видела вообще, чтобы так в его хату бесстрашно ломиться? Ладно, зерг с ней.

Пора приступать к допросу. А потом и к приятному. К обыску и конфискации ценностей к вящей пользе прекрасного меня. Чую, у ребят есть чем поживиться! Особенно интересуют грани еще живого аметиста. И артефакты!

Допрос прошел быстро. Шрам был профессионалом. Поэтому он не сильно запирался, понимая что ответы я получу в любом случае, а мучится придется долго. Игра проиграна и смысла хранить верность случайному нанимателю он не видел. Окончив допрос, перерезал ему горло.

При обыске в комнате главаря наемников я обнаружил уже знакомый мне телефон. С единственным контактом обозначенным, как «Наниматель». Наниматель. А я знаю имя и фамилию этого нанимателя. Эр Роман Соколов, из клана Рубина. Надо бы позвонить, о делах наших скорбных покалякать.

После нескольких гудков трубку сняли и недовольный голос произнес:

— Что-то срочное? Мне сейчас не очень удобно говорить.

— Привет эр Соколов. — прохрипел я. — Это снова Арлекин. Засылай новых наемников. Эти кончились. Но побыстрее. Я уже иду за тобой. Оглядывайся! — и положил трубку, из которой перед этим донесся яростный скрип зубов.

Пару часов спустя я вышел из храма Силы. Все тот же молодой парень — астральщик, который вел службу для родителей Олега, вычистил из моей ауры остатки проклятия. Естественно за деньги. За немалые деньги. Жадные, бессердечные твари, служащие не Силе, а Золотому Тельцу, эти дети турмалина! Хорошо, что я порядком истощил ауру. Вопросов у него не возникло. А то, будь я в полной силе, зерг знает, как от проклятия избавляться. И чем его присутствие в ауре грозит. Слава о том, что моя аура повышает ранг на порядки, мне точно не нужна. Такая огласка бы не кончилось ничем хорошим.

Процедура очистки тоже не была приятной. Он призвал каких-то бесплотных тварей, похожих на помесь пиявки с шейкером. Они с удовольствием сожрали фиолетовые пятна, и присосались бы к ауре, но астральщих вышвырнул их обратно.

Вот и ладушки. Пойду домой досыпать, а потом к Барыге что ли. Надо сбыть хлам и банковские карты, полученные у наемников. А кое-что и себе оставить можно. Кроме того, на сегодня запланирован еще и легальный шопинг. Покупать что-то у Барыги я не собирался.

После сна я шел по форту, и душа моя радовалась. Мне нравились кривые узкие улочки. Симпатичные приткнувшиеся к стенам трехколесные мобильчики. Ползучие плети, зеленеющие первыми листиками, взобравшиеся на подоконники квартир некоторых домов. Яркие граффити, сделанные из хулиганских побуждений. Я улыбался городовым, переодевшимся из костюмов химзащиты обратно в свою синюю форму и белые фуражки. Они провожали меня слегка ошалевшими взглядами, видать нечасто им улыбаются. Вдыхал утренний воздух, запахи весны и города. Я был счастлив быть здесь, был доволен тем, как разрешилось ночное дело. И я, наконец, узнал кто стоит за этой охотой. И за убийством родителей.

Поймите, я не убийца-рецидивист с выжженной душой… А, нет, как раз он!

Но я не убиваю людей за косой взгляд или ни за понюх табаку. Я устранил угрозу себе и своей семье, действуя безжалостно и последовательно. Прибарахлился. Меня радовало именно обретение безопасности и трофеи. А не то, что я жестоко замочил давешних неудачников. Такие люди, как они, всегда так заканчивают, если не успевают соскочить. А соскочивших — единицы. Издержки профессии. Кисмет.

У меня в свое время была самая крутая крыша в Империи, но если бы я облажался, хоть раз… никто бы не пришел меня спасать или там, выкупать из плена. Меня списали бы, как списывают отработавшую свое вещь.

Сейчас же я был почти счастлив, причем почти беспричинно. Просто потому что.

Для меня такое состояние было странным. Необычным. Ощущения полноценности бытия прочно подзабылись, стерлись, истончились, покрылись серой липкой пленкой обыденности. Если подумать, то последние лет семьдесят из моих ста пятидесяти я ничего подобного не испытывал. Особенно после смерти единственного сына.

Я был желчным зловредным стариком, которого ничего не радовало и ничего не удивляло. И вот — я вновь могу радоваться жизни и милым пустякам. Может, во мне действительно живет кусочек души Олега. Может, заключение в амулете-филактерии так повлияло на мою суть. Но я благодарен Судьбе и Силе, что эти ощущения вновь со мной. Неважно почему.

По дороге я зашел аж в две булочные, потому что кренделя это круто, а круассаны просто огонь. И незачем себя искусственно ограничивать.

В магазине «Промтовары» за прилавком меня встретила красотка. Прошлый раз был какой-то скучный пыльный хрен. Сейчас там стояла симпатичная, лет двадцати двух — двадцати пяти, девушка в белой рубашке и темно сером комбинезоне. Брюнетка с короткой прической и карими смеющимися глазами. Я бы не назвал ее красавицей. Но она была полна необъяснимого обаяния и шарма. Жалко, что этот обаятельный флер обычно рассеивается, едва девица из подобного Качалке квартала открывает рот.

— Приветствую, барышня, меня зовут Олег. Я, наверняка, стану вашим постоянным клиентом.

— Привет, Олег, а я про вас знаю! Я Оксана. Пойдете дальше или у меня расторгуетесь?

ОКСАНА ДМИТРИЕВА

Мелодичный, сильный голос. Правильная речь. Да она просто милашка! Так воу, воу, Олег, тормози! Как я только что себя назвал? А, ладно!

— Давайте, посмотрим, что кот принес, — проговорил я, выкладывая на прилавок всякую ерунду, реквизированную у покойников. Включая «Бизон» с золочеными щечками рукояти и долами ствола.