Чтение онлайн

Когда Мария узнала о побеге жениха и двоюродной сестры, разрыдалась и закрылась у себя в комнате.

– Степан, брат, прости меня, не углядел я за Иринкой. Скажи Марии что я даю ей несколько дней на то, чтобы в себя прийти. Понимаю, как ей будет сейчас тяжело.

– Петь, как ты думаешь, где они сейчас?

– Мне кажется им одна дорога – в город. А где им еще остановиться? У Светланы. Вот я к ней и поеду, разведаю что к чему, да заодно и вправлю им мозги.

– Я с тобой поеду.
– выступил вперед Иван Андреевич. – Поговорю с сыном по-мужски.

На следующий день Иван Андреевич и Петр Сергеевич выехали в город.

3

Петр Сергеевич и Иван вернулись ни с чем – у Светланы беглецы не появлялись. Через несколько дней Мария вышла на работу и все вокруг перешептывались и пересмеивались. А некоторые сочувственно кивали.

Тем временем Маша стала плохо себя чувствовать. Думая, что это от переживаний у нее кружится голова и тошнит, она не обращалась к фельдшеру и не говорила никому о своем самочувствии, став за последнее время нелюдимой – даже мать не могла ее разговорить. Но в скорее она поняла истинную причину – оказалось, что девушка ждет ребенка.

Узнав о том, что скоро станет мамой, Маша никому ничего не говоря зашла в сарай…

– Ах ты батюшки! – закричала Елена и ведро выскользнуло у нее из рук. Она застала свою дочь с веревкой в руках – Дочка, ты что же делаешь? Ох, как же вовремя я зашла, беды не случилось!

– Мама… – девушка заплакала. – Я не могу так больше жить.

– Ну что ты, что ты? – Елена обняла дочь. – Машенька, ты чего удумала? Разве ж стоит из-за мужика в петлю лезть? Да сколько у тебя таких Андреев еще будет. А может и к лучшему что свадьба не состоялась, смотри какой он ненадежный! Эх, а ведь я отцу твоему говорила – не к добру все это. Но он слово давал. Ничего, ничего, мы тебе другого жениха найдем, порядочного. Любить тебя будет, детки пойдут и обо всем забудешь. – приговаривала мать, прижимая дочь к себе.

– Ах, мама. Да никто меня замуж не возьмет!

– Почему? Ты же вон какая красавица. Интереснее, чем Иринка будешь, и что в ней Андрей только нашел? – бормотала мать, обнимая дочку сильнее.

– Да порченная я! – Закричала Маша. – Андрей. Он… он… У нас ребенок будет.

– Дочь, ты что же такое говоришь?

Маша рассказала матери о том, как это все случилось, как она легкомысленно доверилась своему жениху и потому, узнав о том, что носит дитя под сердцем, решила свести счеты с жизнью.

– Никогда, запомни, никогда не делай так! Все перемелется, мука будет.

– А люди что скажут? Сейчас смотрят на меня и пальцем тычут, а что будет когда пузо на лоб полезет?

– Поговорят и перестанут!

– А отец? – Маша снова заревела.

– А что отец? – Елена вздохнула. – Поговорю с ним… Куда же теперь деваться.

Степан был не в восторге от новости что дочь беременна. Он рвал и метал, кричал что найдет Андрея и за шкирку приволочет его, заставив жениться.

Но об Андрее и Ирине ничего не было слышно. Председатель и его брат регулярно ездили в город, но они как сквозь землю провалились.

Прошло пять месяцев, у Маши живот был сильно заметен и это служило поводом для сплетен односельчан.

И вдруг возвращается Ирина… Люди в селе, затаив дыхание, стали ждать развитие событий. Каждый будто боялся пропустить главную сплетню, и все друг у друга выспрашивали есть ли новости. Самые знающие, соседи Петра Сергеевича, с упоением рассказывали о встрече, которая произошла накануне. Ах, с каким же интересом они слушали их разговор прижавшись к забору…

Зайдя в калитку, Ирина остановилась перед крыльцом на котором сидел председатель.

– А, блудница явилась..

– Здравствуй, папа. – нерешительно произнесла она.

– Я тебе больше не отец. И ты мне больше не дочь!

– Папа… – Ирина заплакала.

– Слезы утри. Пустое все это. Воровка и блудница, по-другому тебя и назвать нельзя. Это же надо! Стащила у отца ключи от сейфа, вытащила документы и деньги. Деньги, между прочим, я откладывал тебе на обнову. Думал, приодену девку, замуж можно будет выдавать. А теперь кому ты порченная нужна?

– Я не порченная. У нас ничего не было с Андреем, потому что он на мне так и не женился!

– А что так?

– По приезду в город, мы сразу сняли уголок у бабушки, дом которой опустел после смерти сына на фронте. Она сдавала комнаты. Подали заявление на роспись и перед этой самой важной для меня датой я застала его с соседкой, Галкой.

– Что, повторилась история? Теперь ты понимаешь, что Машка чувствует?

– Понимаю… Только в отличии от Маши я хранила себя до свадьбы! Не надо меня с ней сравнивать. Я не столь глупа!

– Глупа, еще как глупа! Но хотя бы в этом случае ты головой подумала. А дальше то что?

– А дальше ничего. Баба Катя, у которой мы комнату снимали, тоже это увидела и выгнала их обоих. Вот так я и осталась одна. Жила у нее, мыла полы на заводе, а домой было стыдно приезжать.

– А что сейчас вернулась? – усмехнулся отец.

– Баба Катя умерла, нашлись племянники, которые меня выселили. Вот и пришлось вернуться домой. Да и не могу я в городе жить. Папа, я устала, можно в комнату пройду?

Но отец перегородил девушке путь.

– В мой дом больше ни ногой! В сарае жить будешь. А к зиме что-нибудь придумаем. О, замуж пойдешь! – поднял он палец вверх. Однополчанин мой в соседнем селе, жену ищет себе. Говорит, девок свободных мало. А те, что есть, уже сосватаны. Вот и напишу ему.

– Папа, не надо!

– Надо, надо. Иначе, где же ты в зиму будешь?

Девушка зарыдала, но отец оставался непреклонен.

– Он не старый, ему всего 29 лет. Прошел войну, показал себя отважным воином. Ранение есть, в легкое, но жизни это не угрожает.

– Я не хочу.

– Ну значит и живи как овца в сарае до конца дней своих. Никто из местных на тебя не позарится после такого. А в дом не пущу. Наказание тебе за наш позор и материны слезы.

– Ну правильно, сейчас все Машку жалеют, а я плохая. – пыталась она съязвить.

– А ты зубы не скаль! Говоришь, Машку жалеют? Жалели, пока пузо на нос не полезло!

– Что?

– То! Брюхата она от Андрея оказалась, Елена из петли ее вытаскивала. А все ты! Так что скройся из моих глаз чтобы я тебя не видел. – Петр сплюнул и зашел в избу. Когда жена явилась домой, он строго настрого наказал дочь не кормить и в дом не заводить:

– Бежала из родительского дома, самостоятельной себя посчитала. Вот теперь сама и хозяинует в сарае и пусть за это скажет спасибо. Увижу, что еду ей таскаешь, накажу! Вон погреб, пущай лазит туда и картоху сама себе на костре варит. А то ишь! Решила прийти, слезу пустить и все ей простят! Вот как Лешка засватает ее, тогда и вернется в дом. Дай листок, напишу ему сейчас…