Чтение онлайн

Одной из самых значительных инвестиций Роджера, сделанных на раннем этапе развития Биткойна, стало вложение в проект молодого ньюйоркца по имени Чарли Шрем. Роджер впервые увидел Шрема на Bitcoin Show Брюса Вагнера, во время которого Чарли рассказывал о своей компании BitInstant.

Миниатюрный, энергичный двадцатидвухлетний юноша с шапкой кудрей на голове и легким бруклинским акцентом описал сервис BitInstant как инструмент для упрощения покупки биткойнов без необходимости совершать международные переводы на счета Mt.Gox в Японии и вникать в особенности биржи. Роджер вскоре связался с Чарли по скайпу, чтобы спросить, не нужны ли ему инвестиции. Чарли предложил Роджеру десятипроцентную долю компании в обмен на 100 тысяч долларов. Роджер отправил ему 120 тысяч безналичным переводом.

Молодой человек, которому Роджер отправил деньги, внешне мало походил на будущего лидера в области биткойн-бизнеса.

Он вырос в Бруклине, в районе Мидвуд, в общине сирийских евреев, в которой все дети посещали одну и ту же религиозную школу. С ранних лет Чарли приходилось бороться за общественное признание: у него было врожденное косоглазие, а после перенесенной операции на глазах – очки с толстыми линзами. Он почти всегда оказывался самым низкорослым ребенком в классе. Как и многих других новаторов, трудности реальной жизни привели Чарли к активной деятельности в виртуальном мире, где многих из своих друзей он знал только по сетевым никам. И все же, несмотря на невзрачную внешность, в манере Чарли сквозила удивительная уверенность в себе. С Чарли, старшим и единственным сыном в семье, где, кроме него, было еще четыре сестры, мать обращалась, как с принцем. Он уяснил для себя, что, в то время как среди других детей добиться признания нелегко, со взрослыми проделать это гораздо проще. Он был единственным ребенком во всей синагоге, который подходил пожать руку рабби после службы; его энергичность и благожелательный нрав импонировали взрослым. Когда Чарли вырос, он почувствовал, что его естественным образом влечет к предпринимательству, что было весьма похвальным стремлением в его общине и в семье (его родители владели ювелирным делом). На первом курсе Бруклинского колледжа он и его друзья придумали сайт для интернет-продаж вроде Groupon. Чарли постепенно превращался в амбициозного продавца собственных идей.

Чарли впервые узнал о Биткойне из статьи, посвященной Silk Road. Он стал читать форумы и наткнулся на запись пользователя, который собирался запустить проект, идея которого была заманчиво проста: стартап должен был облегчить процесс внесения денег на Mt.Gox. Тот пользователь, Гарет Нельсон, жил в Уэльсе и уже успел разработать прототип сервиса. Чарли убедил Гарета в том, что его участие способно решающим образом повлиять на судьбу проекта, заявив, что знаком с людьми, занимающими руководящие должности в PayPal, и непременно обратится к ним за поддержкой. В действительности же первыми людьми, которые оказали Чарли поддержку, были его родители. Чарли, который все еще жил в цокольном этаже родительского дома в Бруклине, попросил мать выделить ему стартовый капитал. Мать Чарли, владевшая ювелирной компанией Bangles by Kelly, редко в чем отказывала своему единственному сыну. Не отказала и в этот раз, переведя ему на счет 10 тысяч долларов. Чарли вовсе не был склонен к идеализации Биткойна, в отличие от его предшественников, занимавшихся популяризацией технологии. Его первый пост на биткойн-форуме не был посвящен преимуществам децентрализации; это было объявление о продаже ваучеров авиакомпании JetBlue за биткойны. В течение последующих нескольких месяцев он пытался продавать за биткойны подписки на журналы, “пушистые носки с пальцами” и метательные ножи.

В итоге оказалось, что попытки Чарли попасть пальцем в небо были не такой уж глупой затеей. Идеалисты, стоявшие у истоков Биткойна, больше фокусировались на своем видении идеального будущего, вместо того чтобы искать способы практического применения технологии, которые могли быть полезны людям в настоящем. В основе бизнес-модели, которую задумали Чарли и Гарет, лежал очень простой практический смысл: сделать сервис, с помощью которого купить биткойны будет проще, чем на Mt.Gox. Для покупки через Mt.Gox приходилось совершать международные переводы, а затем размещать ордера на покупку. Так же, как Чарльз Шваб когда-то стал первым брокером, заключив договор с нью-йоркской фондовой биржей, чтобы не утруждать биржевыми сложностями своих клиентов, BitInstant готов был взять на себя все операции, связанные с Mt.Gox, делая покупку биткойнов намного проще и быстрее.

Амбиции Чарли помогали ему генерировать новые идеи и реализовывать их теми способами, которые были еще непривычны для этой молодой индустрии. Вместе с тем его уверенность в собственных силах порой толкала его на безрассудства, за которые впоследствии ему приходилось платить. На биткойн-форуме Чарли открыто разглагольствовал о своем пристрастии к марихуане и раздавал пользователям Silk Road советы и рекомендации.

Кроме того, он начал сотрудничать с пользователем из Флориды, который помогал посетителям Silk Road покупать биткойны для приобретения наркотиков. Чарли хватило ума, чтобы разместить на сайте BitInstant объявление о том, что компания не одобряет нелегальных сделок с использованием Биткойна и просит не рекламировать данный ресурс на сайте Silk Road. Однако когда пользователь из Флориды с ником ВТС King обратился к нему с предложением в неофициальном порядке обменивать крупные суммы на биткойны для пользователей Silk Road, Чарли придумал способ сделать это, не привлекая внимания. Когда партнер Чарли по проекту стал расспрашивать его об этих операциях, Чарли заявил, что проблем не будет: “Он не нарушает никаких законов, да и Silk Road еще никто не запрещал”, – написал он Гарету и добавил: “Мы сможем на этом хорошо заработать”.

Когда Роджер Вер вкладывал деньги в BitInstant, он понимал, что Чарли еще зелен, и потому предложил взять на себя роль директора по маркетингу, чтобы поставить проект на ноги. Затем он познакомил Чарли с Эриком Вурхисом. Эрик, который по-прежнему жил в Нью-Хэмпшире, больше увлекался идеологией, чем практикой, но вместе с тем он был по натуре осторожнее Чарли, и Роджер подумал, что в команде они будут дополнять друг друга. В последующий месяц, после присоединения Эрика к BitInstant, компания обработала транзакций в общей сложности на 530 тысяч долларов, что вдвое больше, чем было двумя месяцами ранее (250 тысяч).

Когда Роджер и Эрик примкнули к проекту, они в шутку прозвали Чарли “этатистом” – за традиционность взглядов и уважение к правительству. Тем не менее убеждения Чарли не стали помехой для роста популярности BitInstant среди оппозиционно настроенной аудитории, искавшей простые способы заполучить биткойны – Роджер и Эрик им в этом помогали. В феврале Роджер выступил на Форуме свободы (одном из двух ежегодных мероприятий Free State Project) с речью о том, какие преимущества дает Биткойн тем, кто не согласен с действиями американского правительства. Зал был набит битком, и Роджера после выступления окружила толпа заинтересованных слушателей, готовых поддержать Биткойн действиями. Рост интереса отразился на цене монеты: после ноябрьского падения до 2 долларов к февралю стоимость биткойна стабилизировалась на отметке в 5 долларов. Помог и тот факт, что в январе 2012 года Биткойн впервые попал в поле зрения поп-культуры – вышел новый эпизод популярного телесериала “The Good Wife”, сюжет которого был лихо закручен вокруг Биткойна.

В апреле Эрик приехал из Нью-Хэмпшира в Нью-Йорк, чтобы встретиться с Чарли лично, – впервые за все время совместной работы, а заодно поучаствовать в презентации проекта на дебютировавшей выставке New York Tech Day, которая по задумке организаторов должна была стать местом встречи стартаперов и инвесторов. Чарли и Эрик провели все утро в старинном здании оружейной на Парк-авеню, оформляя свой выставочный стенд глянцевыми транспарантами и раскладывая безделушки с логотипом BitInstant.

Вскоре после начала работы выставки к Чарли подошли два престарелых джентльмена с повадками миллионеров. Чарли начал свою презентационную речь о Биткойне, опуская все, что касалось монетарной политики, и концентрируясь на возможности совершать трансграничные платежи без существенных затрат. Посетители прежде никогда не слышали о Биткойне, но один из них работал в сфере импорта и экспорта и знал не понаслышке о том, как дорого обходятся международные переводы. Кроме того, им пришлась по душе неудержимая энергия Чарли, которая сразу бросалась в глаза, а по его фамилии, Шрем, они сразу поняли, что Чарли принадлежит к тесной общине сирийских евреев, к которой они и сами имели прямое отношение. Они тут же предложили Чарли рабочее пространство в стартап-инкубаторе The Yard, который они недавно открыли в Бруклине. Они также дали понять, что намерены вложить средства в BitInstant. В тот же день Чарли посетил офис The Yard, переделанный из старого заводского здания, расположенного в модном районе Уильямсбург. Биткойн явно начал выбираться из пещеры и прокладывать себе дорогу в реальном мире.

Год назад, когда Чарли запустил BitInstant, сервис был способен решить лишь одну узкоспецифичную проблему – завести деньги на счета Mt.Gox и купить биткойны. Однако, судя по содержанию его разговора с инвесторами во время New York Tech Day, теперь Чарли уже осознавал, что его компания может помочь людям получить доступ и к другим практичным решениям, имеющимся в арсенале Биткойна. Благодаря тому что Чарли вырос в окружении предпринимателей, он знал, что даже в 2012 году у большинства компаний было мало надежных способов мгновенной оплаты товаров или услуг. Обычный банковский перевод шел несколько дней, электронные платежи доходили до адресата быстрее, но такая услуга обходились в 30–50 долларов за транзакцию.

Практический ум Чарли подвел его к мысли, которую шифропанки обозначили лишь вскользь, но вместе с тем она касалась одной из самых очевидных проблем традиционной экономики – существующая система денежных переводов невероятно устарела и явно нуждалась в инновациях.

В марте 2012 года, за месяц до того как Чарли нашел инвесторов, Федеральный Резерв провел однодневную конференцию, посвященную системе денежных переводов. В ходе конференции можно было услышать немало сетований на то, что в век технических инноваций система национальных переводов все еще базируется на разработках из 1960-х годов. Палата автоматизированных расчетов (АСН), отвечавшая за переводы между банковскими счетами, была создана именно тогда, и с тех пор не сильно изменилась – вследствие отсталости системы, любой элементарный платеж приходил как минимум через один банковский день. Для большинства американцев самым простым и быстрым способом передать деньги друзьям или родственникам по-прежнему оставалась чековая книжка. И эта проблема была актуальна не только для США. За неделю до New York Tech Day правительство Канады объявило о начале разработки новой электронной системы переводов и валюты под названием “Mint Chip”.

Несостоятельность традиционной финансовой системы стала особенно очевидной во время финансового кризиса, когда банк Morgan Stanley, обслуживающий Уолл-стрит, договорился о кредите в размере 9 миллиардов долларов с одним японским банком. Кредитный договор был подписан в воскресенье, но осуществить перевод в ближайшие дни оказалось невозможно, поскольку в выходные платежная система не работала, а на понедельник выпал праздничный день. Так выяснилось, что даже банки не способны пересылать друг другу деньги в выходные дни. Для того чтобы обойти это ограничение, японскому банку пришлось пойти на абсурдные действия – выписать бумажный чек на 9 миллиардов долларов.